Мой любимый вожатый - Свон Таня - Страница 12

– Ладно, – вдруг выдохнул Костя и поднялся со скамейки. – Денис не тот человек, о котором я бы хотел говорить. Просто знай, что от него лучше держаться подальше.

– Только от Дениса или от всех вожатых? – хитро подловила я и тоже вышла из тени кипарисов.

Солнце било в глаза. Чтобы взглянуть Косте в лицо, пришлось сильно прищуриться. Он горько улыбнулся, глядя куда-то вдаль, и произнес:

– От Дениса в особенности.

Глава 7

Остаток прогулки мы провели, болтая обо всем подряд. Выяснилось, что Костя работает в «Волне» первое лето и почему-то очень стесняется своего небольшого опыта. В лагерь он поехал по совету Зои, с которой знаком уже больше двух лет. Оказывается, ребята учатся в одном вузе на одном потоке.

Я не расспрашивала об их отношениях, не стала интересоваться и тем, как в этой истории замешан Денис, а лишь с улыбкой слушала рассказы Кости. Наедине он совсем не такой, каким хотел выглядеть рядом с Буч. Не было напускного самолюбования, нелепого кокетства и крайне неумелых заигрываний. Сейчас он не пытался строить из себя главного сердцееда, а был самим собой, и этот настоящий Костя, спокойный и внимательный, нравился мне куда больше.

– Поднимайся сегодня вечером на второй этаж штаба, – предложил он, когда мы уже завершали нашу прогулку. – Ребята устраивают посиделки. Будет весело.

– Не знаю, Кость, – замялась тут же и виновато потупила взор. – Меня не приглашали.

– А я что, по-твоему, только что сделал? Приходи, – вновь настоял он, – там все из медиацентра будут. Заодно познакомишься с другими ребятами.

– Зоя тоже придет? – Воображение красочно нарисовало недовольное моим появлением лицо Буч. Сомневаюсь, что девушка будет рада меня видеть сейчас, когда она даже толком не остыла.

Костя ободряюще коснулся моего плеча и по-дружески его сжал.

– Вам надо поговорить, – он улыбнулся одними уголками губ и добавил: – Все будет хорошо.

День прошел быстро.

Не дожидаясь окончания тихого часа, я одна отправилась в столовую на полдник, чтобы потом не злить своим присутствием Зою. Костя прав, мне придется с ней поговорить, но лучше дать Буч успокоиться и отложить нашу беседу хотя бы до вечера.

После полдника я уже отработанным с утра маршрутом пошла с фотоаппаратом по отрядам. Мне удалось заснять подготовку к мероприятиям, а перед ужином даже сходила на берег – «Чайкам» разрешили купание.

У прибоя я провела чуть меньше часа. За это время сменилось несколько отрядов, которые в сопровождении воспитателей и вожатых приходили к морю. Ребята плескались в соленой воде, визжали, а те, кто постарше, соревновались в плавании. Все это осталось в памяти моего фотоаппарата и значительно улучшило мне настроение.

Я бы и сама хотела поплавать, но против этого желания были правила, работа и бесконечный поток детей, заполонивших берег.

Когда солнце потихоньку начало клониться к горизонту, я вместе с последней группой ребят, явившихся на купание, отправилась обратно к центру лагеря. Опять в полном одиночестве побрела в столовую на ужин, который провела в глухой задумчивости.

Я погрузилась в воспоминания о сегодняшнем дне. Я думала о Денисе, Зое, Косте и о том, что, кажется, впуталась в чужие выяснения отношений.

Судя по всему, Костя влюблен в Зою, которая его в упор не замечает. Потому тот и строит из себя плохиша – пытается хоть как-то привлечь внимание девушки. Ну а сама Буч, похоже, без ума от Дениса.

Воспоминание о нем тут же отбило весь аппетит. В груди, потеснив легкие, гулко забилось сердце. Нет, я не запала, тут что-то другое. Еще и этот глупый запрет, о котором поведал Костя…

На душе было неспокойно.

Мероприятие на арене длилось полтора часа. В этот раз съемка обошлась без опозданий и приключений. Все прошло очень гладко, и я даже не заметила пролетевшего за работой времени.

Я со смесью волнения и предвкушения ожидала, что на арене встречусь с Денисом, но вожатого на мероприятии так и не нашла. Его отряд сидел на своих рядах – я узнала нескольких малышей в черно-белой форме. Только возле них сегодня вместо Дениса стояла девушка-вожатая, которую я уже видела во время утренней съемки.

После завершения праздника я вместе с коллегами-фотографами отправилась обратно в штаб. Там, в холле, нас встретили другие ребята, чтобы радостно напомнить о грядущей вечеринке. На сборы и завершение рабочих дел всем дали около часа. Я решила это время потратить с пользой и направилась в кабинет.

– Ты ведь придешь? – едва заметив меня, спросил Костя. – Вторая комната справа, второй этаж…

– Помню, – с улыбкой кивнула я, одновременно подключая фотоаппарат к компьютеру, чтобы сбросить сегодняшние фотографии. – Приду, раз ты так настаиваешь.

После этого Костя подмигнул мне и куда-то умчался. Я закончила дела и собиралась пойти в комнату, чтобы привести себя в порядок перед вечеринкой. Однако на пороге кабинета лицом к лицу встретилась с Зоей.

Ее глаза расширились, уголки губ поползли вниз. Бучкова резко перевела взгляд, будто и не видела меня вовсе, и без слов прошла мимо. Что-то в ее фигуре выдавало истинные чувства девушки. Даже одежда, что на несколько размеров больше нужного, не скрывала ссутуленную спину и вздернутые плечи.

– Буч, – повинуясь секундному порыву, позвала я, но девушка спрятала взгляд под сенью неестественно длинных синих ресниц и зашагала прочь.

На душе стало мерзко. Она злится, но моей вины ни в чем нет! Как и между мной и Денисом – абсолютно ничего!

Я хотела сказать ей это, как-то успокоить, но Буч продолжала отдаляться. И тогда я неуверенно позвала:

– Зоя?

Удивленный взгляд коснулся моего лица. В ее глазах что-то мелькнуло, но тут же потухло, а взор Зои снова потемнел. Она резко отвернулась и красноречиво уставилась в экран смартфона. Мне оставалось лишь созерцать затылок неформалки или же уйти.

Я тяжело вздохнула и вышла в коридор.

До начала тусовки медиацентра оставалось меньше десяти минут. Ребята уже собирались наверху, штаб гремел смехом и звонкими голосами молодых фотографов и журналистов. В открытые окна, заглушая цикад, со второго этажа лился шум грядущей вечеринки.

Я же сидела перед зеркалом и неуверенно теребила темный локон, выбившийся из высокого лохматого пучка. Глядела на свое бледное отражение и думала: а стоит ли мне появляться на вечеринке?

Один раз ко мне заглядывал Костя. Он в очередной раз напомнил про тусовку, а затем, убедившись, что готовлюсь и собираюсь, довольно кивнул и исчез в коридоре.

Костя горел идеей помирить нас с Зоей. Только вот он, похоже, не в курсе, что мы с ней уже столкнулись сегодня и Буч мои намерения спокойно поговорить не оценила. Так стоит ли мне присоединяться к ребятам и портить настроение нам обеим?

Я еще раз скользнула взглядом по своему отражению. Оценила макияж, нарочито растрепанную прическу и простой наряд – топ и шорты. Для обыкновенных посиделок до середины ночи и игры в «Правду или действие» – самое то.

Но хочу ли я там быть?

Мои терзания прервал стук. Шум доносился с улицы через окно, и я недоуменно покосилась в сторону распахнутых створок. Снаружи ничего не было видно – только черный холст опустившейся ночи. По лагерю давно объявили отбой, дети спят, шалить некому. Все еще бодрствует только персонал – не так давно завершились планерки. Но, может, ветка качнулась от ветра и ударилась о стекло? Или зверек какой пробежал?

Здраво заключив, что стук был случайностью, осталась сидеть в кресле и вновь погрузилась в раздумья. Идти на вечеринку или лечь спать? День выдался тяжелый…

Но не успела я с головой окунуться в размышления, как шум повторился. На этот раз это был не стук, а смесь скрежета и короткого грохота, будто о панель под окном один за другим глухо ударяются мячи.

Я резко встала, напуганная резкими звуками. Схватила с тумбочки первое, что попалось под руку, и приняла оборонительную позу. В следующее мгновение на подоконнике показались чьи-то пальцы, а за ними – светловолосая макушка.