Огонь и ветер (СИ) - Джелли Элли - Страница 20

— Получается так.

Я грустно вздохнула и положила голову на подлокотник кресла.

— А ты мне что? — произнес Алекс с дьявольской улыбкой.

— Не буду портить твою еду…

— Этого мало.

— Можем еще раз сходить к твоим родителям, это как раз стоит триста тысяч.

— Дорогуша, если понадобится, ты будешь делать это бесплатно, не забывай, что теперь ты в рабстве. Есть еще идеи?

— Ты же уже придумал, говори! — фыркнула я.

— Сыграем в игру?

Я недоверчиво посмотрела на Огнарева, в его глазах блестел уже знакомый мне лукавый огонек. Он цинично усмехался, развалившись на диване.

— Я задаю тебе вопросы, на которые ты должна ответить максимально подробно и правдиво.

— И все? — облегченно сказала я, — странная игра, я же могу тебе соврать.

— Не можешь, это игра на доверие. Соврешь- проиграешь.

— Хорошо, — я кивнула, — задавай.

Алекс медленно поднялся с дивана и пересел в кресло напротив меня, рукой он подпер голову и выпрямился. Создавалось ощущение, что я пришла к нему на интервью.

— Где и с кем был твой первый раз?

Ну конечно, каких еще вопросов можно было от него ожидать? Сейчас начнет расспрашивать меня обо всякой пошлятине и наслаждаться, что я смущаюсь и краснею.

— Первого раза у меня еще не было. Следующий вопрос, — равнодушно сказала я.

— Серьезно? Я думал, ты шутишь, — Огнарев округлил глаза, — Сколько тебе лет, двадцать один?

— Через месяц.

— Теперь я понимаю почему ты такая дерганая и агрессивная, — прыснул он, — Тогда второй вопрос: кто был твоей первой любовью?

— Миша Авдеенко, мы вместе учились с пятого по десятый класс, потом его семья переехала в другой город и мы больше никогда не виделись.

— Тебе интересно, как он сейчас поживает? — Огнарев хитро щурил глаза.

— Не очень, прошлое должно оставаться в прошлом.

Я соврала, я переодически мониторила его страничку в соцсетях и была примерно в курсе его дел.

— Кто дал тебе триста тысяч?

Я напряглась. Я совершенно не хотела рассказывать Огнареву о Сашке, во-первых, мне не хотелось, чтобы он лез ко мне в душу своими грязными руками, а во-вторых, у людей, которые со мной контактируют, в последнее время случаются неприятности. Рассказать Алексу о Комове значило дать ему еще один козырь.

Он словно почувствовал мое смятение и тут же начал на меня давить.

— Я внимательно тебя слушаю.

— Деньги дал мой однокурсник.

— И?

— Что? Я не буду говорить его имя!

— У тебя с ним что-то было? — спросил Огнарев чересчур неприличным тоном.

— Нет, — снова соврала я.

— И на этом наша игра подходит к концу, к сожалению, тебе не удалось одержать победу.

Алекс собирался уйти со своего места, но, по непонятной причине, я решила его остановить. Может быть мне слишком сильно хотелось вернуть Комовую деньги, а может, мне нужно было рассказать обо всем хоть кому-нибудь. Возможно тогда, я почувствовала бы себя легче.

— Да, у меня с ним что-то было! — выпалила я, — Но когда в моей жизни все пошло под откос, он самоустранился и сделал вид, что не понимает, как сильно я в нем нуждаюсь! Поэтому я хочу вернуть ему деньги и больше не быть ему обязанной! Других подробностей не будет!

Я обиженно отвернула голову в сторону. Легче не стало. На глаза стали наворачиваться слезы и я сделала вид, что чешу нос, чтобы незаметно смахнуть их.

— А кто больше задел твое самолюбие, он или я? — черные глаза, направленные на меня, все так-же заинтригованно блестели.

— Боюсь, тебя никто не переплюнет! Можешь быть спокоен, пальма первенства у тебя!

— Спасибо, это приятно! — Алекс сверкнул белыми зубами.

— И последний вопрос: тебе понравилось со мной целоваться?

— Нет, — мгновенно ответила я, не сомневаясь ни секунды.

— Хорошо, — безэмоционально сказал Огнарев, но я была уверена, что эта фраза задела его, — можешь взять деньги в верхней полке комода в спальне.

— У меня к тебе тоже есть вопрос…

— Мне тоже не понравилось, — брякнул Алекс и вернулся на диван.

Я закатила глаза и устало выдохнула. Как ему удается выбесить меня на ровном месте?

— Другой вопрос!

— У тебя нет денег, чтобы заплатить за ответ.

Я злилась уже не на шутку. Меня лихорадило от возмущения, что наглый блондин спокойно играет в приставку и попивает пиво. Пока мой друг находится в тяжелом состоянии и борется за жизнь, эта сволочь остается безнаказанной.

— У тебя есть эмпатия или хоть какие-то чувства?

Огнарев скептически на меня скосился. Мой тумблер сдерживания себя в руках уже выключился.

— Ты хоть понимаешь сколько боли и страдания приносит людям твоя жестокость? Почему ты считаешь, что можешь руководить чужими жизнями? Как тебе спится по ночам, когда Юрка лежит в больнице?

Я уставилась на него во все глаза, ожидая пылкую ответную речь, но блондин был все так-же спокоен и холоден.

— Спится по ночам мне отлично. Кстати, кто такой Юрка?

— Перестань! — зашипела я.

— Я и с Юрой что-то сделал? Вот это я негодяй! — Алекс нагло засмеялся, чем разозлил меня еще сильней.

— Не строй из себя идиота, два дня назад твоя дебильная банда была в моем кафе, я к ним не вышла, они передавали мне приветы через второго официанта- Юру. А после смены ему проломили голову в подворотне возле работы. Какое совпадение, не правда ли?

Я бросала в него молнии и шипела, как ядовитая змея. Но на его лице не дрогнул ни один мускул, он равнодушно смотрел, как я закипаю.

— Первый раз об этом слышу. А я тут причем?

— Посмотрите на него, сама невинность, прямо ангел! — язвительно выпалила я.

Огнарев взял со стола свой телефон и набрал чей-то номер, из трубки громко зазвучали длинные гудки, Алекс включил громкую связь.

— Алло, — я услышала неприятный голос Эда и заледенела.

— Привет.

— Ты живой?

— Частично, — бросил в трубку Алекс.

— Ты куда делся вчера, к телке поехал?

Огнарев перевел на меня глаза и грязно улыбнулся.

— Можно и так сказать. Слушай, хотел спросить, — он сделал небольшую паузу, — вы были в Катькином кафе пару дней назад?

Повисла пауза.

— Кто такая Катька?

— Шатенка, которая разбила мою тачку.

— Ну… были… а что?

— А что вы там делали?

— Да нам нужно было где-то перекантоваться, пока ждали Эрика, Марк предложил заскочить, проведать твою подружку. Думаю, он на нее глаз положил, — Эд противно засмеялся.

Я смотрела на Огнарева, он был серьезен и сосредоточен.

— Что у вас там случилось?

— Ничего, — озадаченно ответил Эд.

— Вы же пацана какого-то избили… — голос блондина звучал напористо.

— Чего? Какого пацана? С чего ты это взял?

Как ни странно, удивление Эда казалось очень искренним и убедительным.

— Там официанта какого-то избили после работы, я думал это вы.

— Нет, чувак, мы просто поели и свалили к Эрику.

— Понял, не отвлекаю, — сказал Алекс и положил трубку.

Он бросил телефон на диван рядом с собой и надменно на меня уставился.

— Я жду извинений!

— Ждать придется очень долго, — сухо сказала я.

— Уже третий раз ты устраиваешь истерику не по делу, — разъярено говорил Огнарев, — мне, конечно, очень нравится когда ты психуешь, но я ненавижу голословные обвинения!

— А что я должна была думать? Ты угрожал моим близким!

— А ещё я угрожал тебя убить, но как видишь, ты до сих пор жива!

Мы сцепились глазами, прожигая друг в друге дыры. Алекс пытался испепелить меня, злобно хмурясь и сжимая зубы, а я старалась не уступать и источала презрение и ненависть.

— Немедленно извинись или, клянусь, на этот раз ты точно пожалеешь! — требовал он.

— Катись к чертям!

Я резко и драматично встала с кресла и тяжелым шагом направилась в спальню, напоследок громко хлопнув дверью. Я залезла в постель, укуталась в одеяло и уставилась в потолок, тяжело дыша. Внутри меня переполняла целая гамма разных чувств, от разрушающей ярости, отвращения и обиды до неуверенности в правильности своих действий. Теперь я вообще ничего не понимала! Я не могла доверять Огнареву и его словам, но интуиция подсказывала, что он не врет и все мои беды никак с ним не связаны.