Калейдоскоп. Многомирье (СИ) - Мерхина Анна - Страница 77

— Конечно. Только обязательно скажи мне, если что-то найдешь.

— Непременно.

Мила решила сменить тему, чтобы Жоэль точно осталась здесь — в неведении и безопасности.

— Знаешь, я кое-что вспомнила. Либер говорил, ты сегодня встречаешься с подругой. Не думала, что он имел в виду Аркелла, — Мила ухмыльнулась, но мигом убрала улыбку с лица, увидев грустный взгляд Жоэль.

— Со мной давно никто не двужит.

«Пять баллов за тактичность. Теперь ищи способ ее утешить». Мила осмотрелась в поисках чайника — ее саму всегда успокаивала чашка крепкого чая. Увы, чайника не нашлось. Зато Мила увидела сваленные в углу подушки и утянула туда Жоэль, не переставая гладить девочку по плечам. Заприметив рядом шарфик, Мила повязала его вокруг головы — так она чувствовала себя увереннее, чем когда ее рана была у всех на виду. Теперь можно слушать Жоэль, ни на что не отвлекаясь.

— Почему друзья расхотели с тобой общаться?

Жоэль вздохнула.

— Я сама виновата. Или нет, не знаю. Все как-то свазу навалилось: дедушка уме’, мы с мамой певеехали в отель. Потом сказали, что папа… Что на испытаниях нового пвибова пвоизошла ававия… У Гвейс ноги павализовало, — акцент у Жоэль стал заметнее. — А папы не стало.

— Мне жаль.

Мила почувствовала досаду. Она не могла искренне сочувствовать Жоэль — она ведь не знала ее отца, а с Грейс и Сесилией была знакома поверхностно.

— Прости, что не могу по-настоящему разделить с тобой эти… переживания.

— Ничего. Я понимаю. Знаешь, — на лице Жоэль появилась полу-усмешка — в точности как у Сесилии, — я тоже не могла почувствовать ту боль, о которой все гововят. Когда нам сообщили, что папы не стало, я заплакала. Мама меня обняла. Я пвижалась к ней и вдвуг почувствовала, что у меня волосы влажные. Оказывается, мама тоже плакала. Я тут же певестала. И не было такого, ну знаешь, чтобы ваздирало изнутви или вся жизнь вдвуг потевяла смысл. Я себя так долго за это стыдила. Боялась гововить с двузьями, боялась себя выдать. А потом Гвейс пведложила отпвавить меня на подготовку в Овден. Сказала, что дхеосы давно меня девжат на пвимете. Мы с мамой согласились. А когда я вевнулась в Эфтейт, меня уже начали избегать.

— Но я счастлива, что попала в Овден. Я хотела быть как папа. Хотела жить в миве, где нет этих пвишельцев. Ставшие двузья, тоже мне. Знаешь, ведь те испытания пвоводились по их заказу. И вот так получилось — Гвейс потевяли ноги, а папа погиб. Мне кажется, пвишельцы ненавидят Овден, но не знают, как от нас избавиться…

На мгновение Мила задумалась, почему Грейс решила работать на Орден — ведь это означало постоянное сотрудничество с пришельцами, из-за экспериментов которых она стала инвалидом.

Но только на мгновение. Стыд и досада не давали размышлять.

Жоэль говорила и говорила. С каждым ее словом Мила чувствовала себя все хуже. Ведь с ней делились самым сокровенным. А она чем отплатила? Ложью.

«Я обязана поговорить с Грейс и как следует проверить ее офис. Но Жоэль нельзя в это впутывать, — решила Мила. — Я не хочу, чтобы из-за меня Жоэль погибла, а Сесилия потеряла дочку».

Разговор по душам, а точнее, монолог Жоэль оборвал режущий уши школьный звонок. «Никакого улучшения по сравнению с нашими школами», — подумала Мила, подняв глаза на замигавшее возле двери табло с расписанием занятий.

В комнату, весело хохоча, влетели несколько девочек — ровесниц Жоэль, судя по виду. На всех была одинаковая форма с приколотыми именными значками.

— Ой, — обронила одна из девочек, увидев, что комната занята.

— Пвивет, Бонни, — ответила Жоэль.

— Привет, — ответила ей высокая чернокожая девочка, стоявшая позади других. Она вышла вперед. Жоэль осталась сидеть на подушках.

Воцарившуюся тишину нарушила Мила. Она поднялась, деловито подвернула рукава кофты, чтобы скрыть разорванные края, и грудным голосом заговорила:

— Это твои подруги?

Жоэль кивнула, продолжая виновато разглядывать Бонни.

— Чудесно, — Мила улыбнулась и обратилась к школьницам: — Мое имя Милена Артемсон, я из частной академии Хогвартс.

— Хогвартс? Прямо как в «Гарри Поттере»? — смутилась одна из девочек. По странному совпадению, у нее были всклокоченные рыжие волосы.

— Это ты нам скажи, Джинни, — ухмыльнулась другая девочка. По еще более странному совпадению, она была бледной блондинкой. «Прямо встреча Уизли и Малфоя», — удивилась Мила, забывая, что хотела сказать.

— Прекратите, — шикнула на одноклассниц Бонни. — Мисс Артемсон, продолжайте.

— Да, спасибо. В общем, из-за этих книг нам пришлось поменять название на Коксворт. Большинство остались недовольны, но что поделать — авторские права и прочие юридические сложности.

Школьницы кивнули. «Фух, выкрутилась», — Мила улыбнулась еще шире и подошла к девочкам.

— Я являюсь ассистентом куратора класса, где учится Жоэль, — при этих словах школьницы заметно округлили глаза — сложная структура явно говорила о значимости академии. — У нас сейчас каникулы, и я попросила Жоэль показать школу, где она раньше училась. Она так много о ней рассказывала, что желание появилось само собой.

Школьницы заметно расслабились. Мила подмигнула Жоэль и гордо прошествовала к выходу.

— Жоэль, большое спасибо за экскурсию и за сеанс ароматерапии. Провожать меня не нужно. Лучше пообщайтесь, вы же так давно не виделись. До свидания. Была рада знакомству.

— Мы тоже, — прозвучало в ответ. Закрыв дверь, Мила хитро улыбнулась: «Как ловко я их помирила. Теперь у Жоэль снова будут друзья». Настроение улучшилось, и теперь Мила смело направлялась к Грейс. Правда, не пешком. И не на общественном транспорте. Завернув в коридор, где не было ни учеников, ни камер, Мила сжала универсальный ключ, представив одинокую многоэтажку с фиолетовой вывеской.

* * *

— Разорви меня Кешиссе, да когда он прекратится?!

«Вот и у мисс Рапак-инве нервы сдали», — Дерек кисло усмехнулся и выглянул из-под дерева, где они укрывались от дождя. Впрочем, дождь — не лучшее определение. Вылитый на землю океан — вот подходящее описание. Предосенние ливни в Зеленом мире обычно начинались позже. Правда, они были интенсивнее — ни одно дерево не спасало, да и не всякая палатка выдерживала. Но передвигаться по густым лесным зарослям даже сейчас было невозможно.

— Да, погодка неприятная, — философски заметил магистр, вызвав еще большее раздражение стражницы.

— Может, попробуем добежать? — сказала она, нервно растирая запястья.

— Извините, мисс Рапак-инве, но я еще не отошел от предыдущей пробежки. К тому же я не представляю, как вы будете тормозить — под ногами настоящее месиво.

Херта вздохнула и вернула взгляд на обложное небо.

— Вряд ли магистр Иэрос успел добраться до поляны фэйри.

Дерек кивнул. Они разделились на две группы два или три часа назад. Конечно, ребятам могло повезти, и поляна могла оказаться неподалеку. Но скорее всего, они тоже укрывались под каким-нибудь раскидистым деревом и проклинали несвоевременный сезон дождей.

Дерек сверился с навигатором, одолженным у Элли. До Долины фэйри оставалось каких-то полтора километра. Магистр оглядел лес: хоть стена дождя и поредела, молодые деревца по-прежнему сгибались под ее напором.

«Рано», — Дерек вздохнул. Вспомнилась учеба в университете — как они тогда выходили за корпус покурить. В Снэйл-сити часто лил дождь, но студентов это не останавливало. Наоборот, они вставали кружком возле фонарного столба, соревнуясь, чья поза будет более непринужденной. Им казалось, это эффектно и круто — стоять под дождем и курить, меланхолично вглядываясь в небо. Дерек бросил первым. Когда он попал в больницу с воспалением легких, возможностей меланхолично смотреть в небо стало так много, что это занятие ему быстро наскучило.

— Господин магистр?

— Да? — Дерек отогнал ненужные сейчас воспоминания и посмотрел на Херту. Ее взгляд стал как никогда серьезным.

— Вы действительно отпустите меня и Его Высочество в Желтый мир, если мы так решим?