Охотница (СИ) - Гордеева Мария - Страница 33

– Так вы что, решили, что он мог меня покусать? – сквозь смех выдавила я. – Ой, глупость-то какая! Конечно, смотрите, сколько вам нужно.

Я расстегнула куртку и расшнуровала высокий ворот шерстяной рубахи. Риз опасливо приблизился и осторожно заглянул мне за воротник. Осмелел, оттянул ворот и тщательно осмотрел мою шею.

– Чисто, – не веря своим глазам, пробормотал староста и крикнул уже громче, – чисто!

Селяне возликовали, жена Риза, отпихнув его, крепко обняла меня, да так, что я почти услышала, как хрустнули мои кости.

– Вы уж простите нас, госпожа, за недоверие, – смущенно развел руками Риз. – Но до вас еще ни один Охотник наутро живым не возвращался.

– А много их было? – полюбопытствовала я.

– Ну, штук пять, наверное, – неуверенно ответил староста.

– Все погибли? – изумилась я. – И это дополнительно к тем трем, о которых вы уже говорили?

Риз кивнул, удивленный моим возмущением. Да если бы я знала, что за два десятидневья этот волкодлак убил восемь человек, из которых пятеро – профессиональные Охотники.… Да я бы ни за какие деньги не взялась бы за такую работу! Своя жизнь дороже. Отпихнув старосту с дороги, я, раздраженно топая, направилась в избу, от души хлопнув дверью.

*

Хозяйка расстаралась на славу, стол просто ломился от еды. Я, не спеша, боясь обжечься, прихлебывала горячий смородиновый настой и грелась после веселой ночи. Лана хлопотала у печи, дети убежали играть во двор, старушка-бабушка отправилась сплетничать к соседям. Компанию мне составлял один лишь староста, старательно отводящий глаза.

– Не боитесь? – спросила я Риза, глядя через окно, как его сыновья с радостными воплями бегают по улице.

– Что? – переспросил тот.

– Не боитесь детей выпускать одних на улицу? – пояснила я. – Ну, волкодлак там…

– Так ведь день же! – удивился моему вопросу хозяин. – Днем волкодлак не может обратиться.

Я усмехнулась. Как наивно! Вопреки таким убеждениям солнце не спасает от напасти. Кстати, удивительно, почему волкодлак все же ушел на рассвете? Может быть, он сам верит в эти суеверия? Смешно.

– Тот маг, – медленно проговорила я, – ну, про которого вы говорили, когда он погиб?

– Еще в Золотую Листву, – посчитал по пальцам староста. – Да вы не думайте, госпожа, это не он. Маг хороший мужик был, Ремаром звали. Если попросишь, всегда и скотину вылечит, и хворь заговорит. Жениться вот собирался…

Риз горестно взмахнул рукой.

– А что невеста? – спросила я.

– А что невеста? – повторил староста. – Вышла за другого и живет себе припеваючи.

– Ясно, – не могла я скрыть своего разочарования. Нет, наверняка маг с этим никак не связан.

– Где он жил? – скорее для очистки совести спросила я.

– За околицей, – Риз показал в окошко на лес. – Вон там и стояла его избенка, крохотная совсем. Сгорела она, сразу после его смерти.

– Спасибо, – поблагодарила я сразу и хозяина за информацию, и хозяйку за вкусный напиток. – Пожалуй, я прогуляюсь вокруг села. Вдруг нападу на след.

Мина встретила меня радостным ржанием. Видно было, что лошадка застоялась в конюшне. Она едва дождалась, когда я ее оседлаю. Стоило нам выехать за околицу, и я пустила лошадь вскачь. Мина только этого и ждала, и стрелой понеслась по полю. Очень скоро мне пришлось ее остановить: я боялась, что лошадь может сломать ногу на какой-нибудь кочке. Я неспешно поехала к тому участку леса где, по словам старосты, раньше находилась избушка мага. К моему огромному удивлению, все, что я смогла найти – снежный холм, похожий на медвежью берлогу. Никаких следов пепелища, да и жилья вообще. Куда ни глянь – кругом снежная равнина. Я спрыгнула с лошади и тут же провалилась в снег по колено.

– Как все отрицательно! – вспомнила я выражение волкодлака.

Я медленно побрела вперед, внимательно глядя по сторонам. Сплошной снег, только кое-где проглядывают сухие кустики, палки какие-то… Стоп! Вот этот кусок палки, торчащий из-под снега, явно был обработан руками человека, слишком уж он гладкий. Я заторопилась к подозрительной палке. Когда я стерла снег с ее поверхности, оказалось, что это – обугленная с одного конца доска. Я дернула доску, та не шелохнулась. Что же ее держит? Я попыталась расшатать доску с помощью магии. Тоже безрезультатно, она сидела намертво. От досады я пнула соседний сугроб. Раздалось шипение, снег словно вздохнул и провалился в воронку. Под доской открылся темный лаз. Я принюхалась и сморщила нос: пахло мокрой шерстью. Все-таки я оказалась права. Если погибший маг и не обратился в волкодлака, то зверь явно устроил себе берлогу в развалинах жилища колдуна. Делать нечего, надо лезть внутрь. От поднятого мной шума любой бы проснулся, а раз волкодлак до сих пор не вылез разбираться с нахальным нарушителем тишины, значит, он устроил себе дневку где-то в другом месте. Нельзя упускать такую возможность узнать что-то о нашем перевертыше. Я с трудом протиснулась в узкий лаз – мешал меч, цепляясь за едва заметные выступы, – и повисла на руках. Кто знает, как далеко земля? На какую там высоту может запрыгнуть взрослый волкодлак? Кажется, два ярда. Ну, ладно. Я собралась с духом и разжала руки. Мгновение падения растянулось для меня почти на полстражи. Когда подошвы ударились о гладкий глиняный пол, я от неожиданности не удержалась на ногах и шлепнулась на спину. Полежала немного, приходя в себя, и выпрямилась во весь рост. Левая ступня тут же отозвалась острой болью. Неужели подвернула? Как некстати!

Я щелкнула пальцами, вызывая сфероид. Маленький огненный шарик давал немного света, но его хватило, чтобы я рассмотреть крохотное круглое помещение, по-видимому, бывший подпол избы. Теперь в углу лежали два тулупа на лапнике, очевидно, заменяя волкодлаку постель. На деревянных полках, чудом уцелевших при пожаре, стояли два глиняных горшка. Я не постеснялась сунуть в них нос. Один был до краев наполнен чудесным душистым медом, из второго пахло курицей. На нижней полке рядком стояли книги, три толстых гримуара по магии. Я не стала даже пальцем к ним прикасаться, помня, что случается с теми, кто посмеет посягнуть на чужие магические книги. Колдуны умеют защищать свое имущество. Я наклонилась поближе и уловила легкий запах гари. До сих пор не выветрился! Наверное, маг рисковал своей жизнью, чтобы спасти из огня драгоценные книги. Я выпрямилась и случайно сшибла головой ложку, которая лежала на самом краю верхней полки. Издевательски звякнув, она закатилась в самый угол. Пришлось опускаться на колени и обшаривать углы в поисках беглянки. Ага! Я успела заметить, как за одним из тулупов мелькнуло что-то светлое. Я откинула тулуп? но у самой стены лежала вовсе не ложка, а маленькая книжка, из тех, что называют карманными.

Внезапно я поняла, что больше не слышу позвякивания лошадиной сбруи, вокруг царила тишина. Мне почудилось, что в ней есть что-то зловещее. Слышно было только мое собственное дыхание. Я торопливо сунула книжку за пазуху и кинулась к выходу. К несчастью, то, что легко может сделать волкодлак, оказалось не под силу человеку. Я не умею прыгать на два ярда в высоту. К тому же, стена под лазом, на мою беду, оказалась гладкой, как стекло, из замерзшей глины. Ни одного зацепа. Когда я попыталась выковырять в ней ступеньки, стена крошилась, не держала ни руки, ни ноги. Сосредоточившись, я пробормотала формулу левитации, но капризное заклинание решило, что работать два раза за один день – это уже слишком. Оно приподняло меня над полом всего на ярд, а затем перестало действовать. Я камнем рухнула вниз и довольно чувствительно ушибла локоть. Да, волкодлаку не нужно опасаться незваных гостей. Даже если кто-то и найдет его убежище, то, войдя, уже не сможет выбраться, и придется незваному гостю терпеливо дожидаться возвращения хозяина. Представив себе на мгновение встречу с разъяренным волкодлаком в тесном помещении я содрогнулась, подскочила и заметалась по крошечной комнатке в поисках чего-нибудь, на что можно встать и вылезть наружу. Ящик, лавочка, что угодно! К моей досаде, волкодлак жил аскетом, и кроме двух полок больше ничего деревянного не держал в своей берлоге. К моей чести, я попыталась отодрать полки от стены, но они даже не шелохнулись. Обессилев, я опустилась на тулуп, подтянула к лицу колени и положила на них подбородок. Как бесславно закончилась моя коротенькая жизнь! Никто и не вспомнит про заезжую наемницу, даже косточек не найдут. И угораздило этого проклятого волкодлака устроить себе нору в подвале! Жил бы себе, как все люди, в доме. Даже если бы заклинило дверь, я выбила бы окно и выбралась на свободу.