Выжить нельзя умереть (СИ) - Милютина Елена - Страница 85

Серж усмехнулся, но без возражений сел на предложенный стул.

Марита проиграла вступление, и Эльриан запел страстное признание князя Елецкого:

— Я вас люблю, люблю безмерно,

Без вас не мыслю дня прожить,

Я подвиг силы беспримерный

Готов для вас сейчас свершить!

С первых звуков Серж понял, почему стулья отодвинули от рояля. Сильный, звучный баритон певца заполнил зал, лился свободно, без всякого напряжения.

— Да, Риан, жаль, что ваш отец запретил вам профессионально обучаться пению, — высказался Альберт по окончании, — вы стали бы оперной звездой галактики, без всяких сомнений.

Молодой человек усмехнулся: — Так же, как Аннабель — примой- балериной. Мне же этот талант пригодился, только как последний аргумент для отца в споре о будущем обучении на Морионе. В виде ультиматума — или-или. Морион посчитали меньшим злом.

— Вы удивительно рассудительны, Риан. — заметила Марита, — я ожидала встретить более горячего и безрассудного юношу, в вашем-то возрасте.

— О, миледи, от горячности и безрассудства мне удалось излечиться в 9 лет, поверьте, до этого возраста от моих выходок отец потерял, наверное, лет 10 жизни. Но потом пришлось взглянуть на себя со стороны, ужаснуться, осознать, куда я скатываюсь и полностью пересмотреть свое поведение.

— И что же заставило вас так поступить в таком юном возрасте? Признаюсь, мы с дочерью подсмотрели за вашими поединками в спортивном зале. Судя по манере фехтовать темперамент у вас горячий, просто вы его очень тщательно сдерживаете!

— Просто в девять лет пришлось принять горькое лекарство, с тех пор постоянно помню, к чему может привести безрассудство, и стараюсь не давать эмоциям и глупым желаниям воли.

— Рецептом не поделитесь? Вдруг пригодится?

— Увы, именно мой рецепт вряд ли. Меня излечила…яма. Яма в пещере глубоко под горным хребтом, куда мы, оболтусы, провалились по неосторожности, а выбраться не смогли. Вот, на третий день сидения, когда почти исчезла надежда, что нас найдут и спасут, и пришло осознание своей вины и глупости. Инициатором всей авантюры был именно я, кузен и младшая сестра просто шли за мной, и понимание того, что возможно в том, что лет через 200, в этой яме найдут кости трех недорослей, буду виноват именно я, поверьте, мучило меня гораздо сильнее, чем страх перед возможной смертью от голода и жажды. Поэтому, когда нас каким-то чудом все-таки нашли и спасли, безо всяких возражений принял решение отца о поступлении в Кадетский Корпус, хотя раньше даже упоминание о такой возможности, вызывало чуть ли не истерику. Ну а военное воспитание довершило начатые изменения в характере.

— Жесткое лечение, — вступил в разговор Альберт, — ваш отец рассказывал об этом эпизоде в более веселых тонах. Не удивляйтесь, Риан, он объяснял, почему так рано отправил вас с кузеном в военное училище. Но, давайте вернемся к делам. Я бы хотел передать документы для вашего отца, которые не рискую отправить обычной почтой. Поработаете курьером?

Эльриан удивился, но быстро сообразил, что это предлог для разговора наедине и ответил согласием. Вместе они прошли в кабинет, куда через мгновение вошла и Марита, явно желающая продолжить утреннюю беседу с будущим зятем.

Серж, оставшись наедине с Аннабелль, после того как Мишель, под предлогом обещанного другу разговора по Галанету, ушел в их с Эльрианом покои, решил еще раз поговорить с сестрой о Юстиниане. Ему все же не верилось, что вот так, из-за пустой интрижки могло разрушиться многолетнее чувство. Вызывало подозрение так же слишком хорошее для брошенной девушки настроение Белль. Ни слез, ни сожалений, ни ревности — ничего. Он помнил, как «страдала» Розамунда, когда выяснила, что подруга увела у нее парня. И как быстро утешилась, встретив Герхарда. Было похоже, что Белль тоже уже встретила «утешителя». Кого? Кого-то из двоих гостей отца? Не ей ли было посвящено признание в любви высказанное словами оперного персонажа? Но на людях эти двое вроде бы равнодушны друг к другу! Поговорить с матерью? С отцом? Нет, лучше с самой Аннабель. Тем более вот она, сидит под боком с задумчивым видом. Серж решился.

— Белль, — обратился он к сестре, — я все же хотел переговорить с тобой по поводу твоей размолвки с Юстинианом. Подумай, не поторопилась ли ты? Все мужчины могут делать ошибки, иногда просто невозможно противостоять соблазнительнице. Мудрость женщины именно в том, что бы простить невольную слабость сильного пола!

— Это тебя Юсти подговорил замолвить за него словечко? Зря, так он еще больше упал в моих глазах! Считал прабабкины миллионы уже в своем кармане, а тут такой облом! Гипотетически я бы еще простила просто измену, ну переспал по-быстрому, из-за «потребностей», как изящно выражается один мой недавний знакомый, но он же обещал девушке вагон и маленькую тележку, почти месяц крутил с ней роман, кормя признаниями, и еще придумал нашу свадьбу, условия завещания, и еще кучу всякой ерунды, главной виновницей назначил меня, алчную особу, которая ради денег вцепилась в него и не хочет отпускать, несчастного.

— Погоди, Белль, ничего не понял, какая свадьба, какие деньги, почему ты алчная особа?

— Что же тут понимать? Твой Юсти соблазнил девушку, невозможность жениться на ней объяснил желанием родни женить его на троюродной сестре, а в случае отказа — вычеркнуть из завещания и оставить без гроша. Алчная стерва, то есть я вцепилась в него клещом из-за наследства прабабки, завещанного ему, и которого он лишится, если откажется от брака. Так понятно?

— Подожди, наследство-то завещано тебе и другим правнучкам, поровну, при чем здесь Юсти, которого вычеркивают из завещания?

— Что-то ты тупишь, братик. Это мы знаем, кому что завещано, а не девочка с улицы. Все просто, ему нужен был предлог, что бы глупышка не настаивала на браке. Хватит, закончили эту тему! Юсти пройденный этап. Давай лучше расскажи о себе и своих планах на будущее!

— Нет, погоди обо мне. У тебя уже появился кто-то вместо Юсти?

— А вот это, Серж не твое дело, извини за грубость. Тебя что, Юстиниан подослал разведать все обо мне? Ты никогда раньше не интересовался, как у меня дела на личном фронте.

— Просто у тебя всегда из личных дел был только Юсти, спрашивать было не о чем, а теперь ты свободна, я приезжаю, а вокруг тебя два вполне себе симпатичных аристократа. Любой заподозрит, что не случайно! Отец решил срочно подобрать ухажера, что бы ты опять не выбрала кого-то неподходящего?!

— Нет, тебя точно подослали! Уже из отца сводника сделал. Никого он мне не сватает! Еще не хватает, что бы мне кавалеров подсовывали! Конечно, когда я училась в школе, общаться с молодыми людьми негде было, вот и остался единственный вариант — Юсти, но теперь, даже в момент зачисления на первый курс мне уже оказывали внимание, надеюсь, без него не останусь, и когда начнется учеба! — Аннабель в притворном возмущении отвернулась от брата.

Серж почувствовал себя неловко. Он достал уже изрядно измятую записку Юстиниана и протянул Аннабель. — На, мое дело маленькое, попросили — передал, делай с посланием что хочешь, хоть читай, хоть рви так, не хватало еще с сестрой из-за писем ссориться!

Аннабель не читая, сунула бумагу в карман, поднялась, чмокнула брата в щеку и вышла из музыкального зала.

Серж остался сидеть в расстроенных чувствах. Просьбу Юсти не выполнил, об ухажерах Аннабель ничего не узнал, записку передал, но без гарантии, что ее прочтут. О странных гостях отца ничего не выяснил. — «Хотя, — мелькнула у него мысль, — можно покопаться в Галанете, посмотреть что-нибудь об аристократах Элланы, вдруг проскочит информация о младших сыновьях, обучающихся на Морионе». С этой мыслью он прошел к себе и все, оставшееся до ужина время просидел перед экраном ноута. Получил целый ворох сведений о структуре власти на Эллане, составе правящей семьи, следующих по значимости фамилий планеты, поразился количеству герцогов и графов на квадратный километр поверхности и понял, что искать своих новых знакомых будет несколько месяцев, если не год.