Выжить нельзя умереть (СИ) - Милютина Елена - Страница 86

Подумал, решил систематизировать поиск. Что общего у обоих молодых людей? Кадетский Корпус! Они оба его заканчивали. Мишель — точно неизвестно когда, но не раньше 3-х лет назад и не позже 5-ти, он же почти успел получить диплом в университете. С Рианом проще — год назад, это точно, он отучился только один курс, сейчас на втором, да и кто-то упоминал его возраст — 19 лет. Решил начать с Риана. Списки выпускников были опубликованы не в алфавитном порядке, а по знатности каждого выпускника. Открывал список 3942-го года не кто иной, как 4-й принц Элланы Эльриан Эстрейл Этерлинг. — «Ну надо же, наш гость учился вместе с принцем, интересно, как это, может за одной партой сидел?» — подумал Серж. Самое интересное, никакой Риан Ли в списках выпускников не числился. Можно было сообразить, что фамилия сокращена или выдумана, уж больно короткая для аристократа, но и ни одного Риана среди выпускников не было. Серж посмотрел списки за предыдущий год — ничего похожего. Странно. С Мишелем было наоборот, начиная с 38-го года по 40-й в выпусках было около 19 Мишелей, из них сразу отсеялись 8 простолюдинов, 5 первенцев-наследников, осталось 6. Тут сыщик-любитель сообразил посмотреть памятный альбом с фотографиями каждого выпуска.

Мишеля нашел почти сразу — Мишель Д`Арре, второй сын графа Алмана, вице-виконт, здесь Мишель поскромничал, титул у него был. И удивил возраст — не менее 23х лет. Староват для второкурсника! С Рианом опять были проблемы, фотографии не было. Серж решил посмотреть на изображение принца и тоже неудача, лицо на фотографии было смазано, как будто не в фокусе, черты лица разглядеть было невозможно. Угадывались светлые волосы, гордая посадка головы и все. Даже какой у принца цвет глаз было не понять. Стоп, светлые волосы! Но к разочарованию Сержа блондины на Эллане были распространенным явлением — не менее трети от каждого выпуска можно было считать блондинами. Серж устало отодвинулся от монитора. В голову упрямо лезла совершенно неправдоподобная догадка. Он решил проверить ее за ужином. Задаст пустяковый вопрос, посмотрит на реакцию. На всякий случай распечатал список выпускников, сложил и сунул в карман, как доказательство. Как раз вовремя появился робот с приглашением на ужин.

На ужине, за столом все расселись в том же порядке, как и за обедом, так что Серж оказался опять визави таинственного Риана. Мать была в очень хорошем настроении, шутила, отец тоже улыбался. Аннабель посматривала на обоих несколько встревожено. Мишель и Риан являли собой образец спокойствия, и, казалось, интересовались только едой.

— Значит, завтра все разбегаемся по своим делам, — довольно предположил Альберт, — я поеду в представительство протектора, решу оставшиеся вопросы, Аннабель — в Университет, дорогие гости тоже по своим делам. Встретимся завтра за ужином или нет?

— По всей видимости, я уже не смогу присутствовать завтра за ужином, поэтому придется попрощаться со всеми сегодня, уехать завтра нужно очень рано, до завтрака, — ответил Эльриан, — Мишель вечером заедет, заберет вещи, и мы отправимся на рейс до Аравики.

— Я тоже уеду завтра пораньше, — предупредила Аннабель, — заеду в Университет, затем на квартиру, предупрежу миссис Мартину, что мы послезавтра приедем к ней всей семьей, так что тоже вернусь поздно, обед, наверное, пропущу.

— Тогда я закажу подать небольшой перекус пораньше, часов в семь утра, что бы не отпускать вас голодными, — добавила Марита, — а потом мы с Сержем тоже займемся делами, только дома. Еще рано, давайте выпьем кофе в гостиной.

В гостиной разговор зашел об обучении на космопилота. Мишель посетовал на большие физические нагрузки, даже на экономическом факультете. Эльриан объяснил, что в академии делают упор на взаимозаменяемость экипажа корабля, так что Мишелю все равно придется освоить и элементы навигации и пилотирования. Не сложные маневры, конечно, но поднять корабль с поверхности планеты и задать обратный курс должен уметь любой член экипажа. А физическая подготовка может потребоваться в бою на неисследованной планете. Серж ухватился за возможность задать задуманный вопрос и посмотреть на реакцию элланцев.

— Мишель, вы же говорили, что в Кадетском Корпусе тоже большие физические нагрузки, неужели для экономистов они больше, чем для будущих военных?

— Значительно. Я считал, что получил хорошую подготовку, но пока еще до норм академии не дотягиваю.

— А как же справляются с физическими упражнениями все аристократы, что приходят, как вы нам объясняли заканчивать среднее образование в Корпусе за два-три года до окончания? Наверняка дома им таких нагрузок не давали.

— Ну, это зависит от желания самого кадета и от выбора его будущей специальности. Если юноша твердо решил стать IT-специалистом, то его никто не будет слишком сильно гонять на стадионе, если у него самого нет желания.

— А можно мне еще один вопрос. К вам, Риан. Я тут смотрел сайт вашего Корпуса, интересовался дуэльным фехтованием, и случайно увидел, что вместе с вами, в один год, заканчивал 4-й сын вашего императора. Вот скажите, каково это учиться с принцем? Сложно, или наоборот, программу облегчили?

Серж впился взглядом в лица Эльриана и Мишеля. Мишель чуть встревожился, на лице Эльриана отражалось абсолютное спокойствие.

— Во-первых, программа среднего образования в любом учебном заведении и у нас и у вас основана на общегалактических стандартах, и изменять ее в угоду одному ученику, кем бы он ни был, никто не стал бы. Во-вторых, поступая в Корпус, все ученики теряют право пользоваться титулом, на его территории существует одно звание — «кадет» и фамилия, ну и имя, для более дружеского общения, конечно. На время учебы принц стал именоваться «кадет Этерлинг» и никак иначе. Так что никаких особых условий для членов правящей династии никто специально не создает.

— И что, скажете, что и наряды получал и взыскания, все наравне с остальными кадетами? Не поверю, вот как хотите убеждайте, в такую демократию не поверю.

— Ну не хотите — не верьте, но вопросы дисциплины в военном училище определяются уставом, а перед ним все равны, хоть крестьянин, хоть принц, — иронично усмехнулся Эльриан.

— И много с вами училось крестьян? — ехидно спросил Серж.

— В одной команде со мной — трое, а с тобой, Мишель?

— А со мной — пятеро, трое заканчивают высшее образование, один — поступил на службу в гвардию, сержантом, один — в полицию.

— Да, — задумчиво припомнил Эльриан, — из нашей команды один поступил в Военную академию, один пошел служить, но просто в армию, не в гвардию, лейтенантом, а одного, не поверите, с трудом уговорили не делать военную карьеру, а пойти в Консерваторию, на композиторский. Он за восемь лет учебы, не зная толком нот, сочинил три марша, добрый десяток песен, а когда к нему прикрепили учителя музыки, то за полгода освоил курс музыкальной школы, а через год играл на рояле сложнейшие произведения. Самородок.

К неудовольствию Сержа разговор плавно ушел в сторону от обучения императорского сына в сторону обучения вообще. В разговор включилась Марита.

— То есть в Кадетском Корпусе была возможность изучать не только курс средней школы и военные дисциплины, но и развивать имеющиеся таланты?

— Тут все заключалось в желании самого кадета, свободного времени выделялось достаточно, чем его занять — зависело только от самого ученика. Можно было просто играть с приятелями, а можно — чему-нибудь обучаться, если в самом училище не было нужного преподавателя, то его приглашали со стороны. Многие охотно шли преподавать дополнительные специальности кадетам.

— То есть вы, Риан, изучали и языки и музыку, находясь на учебе, добровольно?

— Музыка и пение мне нравились сами по себе, языки давались очень легко, а желание изучить больше положенного возникло из-за пения — что бы петь, нужно понимать, что поешь, а это возможно зная язык оригинала. Переводчики часто искажают даже смысл первоначального текста.

Постепенно разговор сошел на нет, Альберт прошел к себе — поработать с документами, Марита, подцепив Эльриана, увлекла его в музыкальный зал о чем-то посоветоваться. Аннабель куда-то исчезла, и на растерзание Сержу остался один Мишель. Поговорили еще минут 10, Серж выяснил, почему Мишель в списках обозначен, как «вице-виконт», получил объяснение, что во избежание путаницы так называют вторых сыновей, которые получат титул виконта после того, как его освободит старший сын, и что это чисто элланская традиция. Серж мало что понял, и они распрощались.