Идеальная Эльза (СИ) - Тун Тапа - Страница 72

   – Только помните, что это деловое учреждение, - Кристиан даже слегка испугался ее энтузиазма. Кто знает, не налепит ли она на стены банка розовощеких амуров.

   Он не доверял Грете Саттон – она была непредсказуемым и ненадежным партнером.

   Но ее популярность, богатство и близость к императору перекрывали все недостатки.

   – Кристиан, - мурлыкнула Саттон, – а отдайте мне девочку.

   Οн ответил не сразу, раскуривая сигару. Этого он больше всего и боялся: как только Эльза достаточно твердо встанет на ноги,то расправит крылья и улетит от него.

   Ее положение в компании «Эрре и сыновья» считалось не слишком высоким, и то, что все его сотрудники молча подчинялись ей, включая даже умнейшую Агнес Менгель, было скорее заслугой личного авторитета Кристиана, нежели официальным статусом.

   Грета Саттон, особа, приближенная к императору, открывала головокружительные перспективы.

   Уход Эльзы поднял бы целую волну хаоса: здание фабрики было записано на нее, но это казалось меньшим из бед.

   Главным оставался вопрос – что делать с пустотой, которая останется у Кристиана.

   – А это вам надо не со мной обсуждать, – медленно отозвался он, – почему бы вам не поговорить с самой девочкой?

   – А я поговорила, - капризно протянула Грета Саттон и села, принимая более приличную позу, - она отказала мне. Юношеский идеализм или глупая сентиментальность…

   – Эльза Лоттар лишена и того, и другого, – отрешенно уведомил ее Кристиан.

   – Да, она производит впечатление весьма разумной молодой женщины. И тем не менее даже думать не стала над моим предложением. Может, как банкир для банкира, вы отпустите Эльзу?

   – Я не рассчитаю Эльзу Лоттар ни ради вас, ни ради кого-то другого, – пожал плечами Кристиан, поражаясь, как такое вообще могло прийти в голову Грете Саттон.

   Даже ради светлого будущего самой Эльзы он не откажется от нее добровольно.

   – Значит, слухи не врут? – усмехнулась Саттон.

   – Значит, не врут, – согласился Кристиан.

   Он засиделся допоздна, и, когда вышел в приемную, Карла Фосса там уже не было.

   Зато была Эльза, она стояла у окна и смотрела на черное в темноте море.

   – Прогуляемся, Кристиан? – предложила она, не оборачиваясь.

   – Да, – ответил он сухо, все еще удрученный их утренним разговором, – конечно.

   – Как я люблю порт, - сказала Эльза оживленно, когда они покинули здание.

   Было тепло и влажно, освещения не хватало,и Кристиана это нервировало – в центре города с фонарями дела обстояли куда лучше.

   Громко перекрикивались грузчики, закончившие смену.

   Рабочие тянули мулoв, которые тащили груз с судов.

   Все здесь бурлило и волновалось,и море шумело, и кричали чайки, и пахло рыбой.

   – Брр, - поежился Кристиан, - будет чудом, если моих сотрудников никто не ограбит в этих закоулках.

   – Просто так в порту никто никого не грабит, - возразила Эльза, – здесь царят довольно строгие нравы на самом деле. У каждого свое место, и у каждого свое дело. В детстве я сбегала сюда всякий раз, когда у меня было свободное время. Мы с Гансом выполняли мелкие поручения, пытались рыбачить – безо всякого успеха, впрочем. Грузчики нас не гоняли, иногда угощали яблоками и папиросами.

   Она шла уверенно и точно зная, куда.

   Кристиан шагал следом, ни о чем не спрашивая и ни о чем не думая.

   – Так что с «Грандисом»? – спросила Эльза, когда они свернули к узкому проходу между складами. - Ни за что не поверю, что вы решили его продать. Лишних финансов у вас по–прежнему нет, конечно, ңо дела не столь отчаянные.

   – «Грандис», - объяснил он задумчиво, – отойдет Берте после развода, а потом, вероятно, ее чокнутому отцу, потому что он твердо решил упечь собственную дочь в психушку. Как ни раскрути эту ситуацию, Эльза, получается плохо.

   Она не замедлила шага и не обернулась, однако ему показалось, что среди ровного шума бьющихся о берег волн до него донесся прерывистый вздох.

   – И какого дьявола вы собрались разводиться? - сердито буркнула Эльза. - Жена-самоубийца стала для вас чрезмерно обременительной?

   С самого утра обычно невозмутимая Эльза была решительно невыносима. Он не понимал, почему она снова и снова пыталась задеть его после того, как сама же вчера решила оборвать их отношения.

   – Я развожусь, - спокойно проговорил Кристиан, не собираясь поддаваться ее едкому настроению, - потому что в этом браке несчастны все: Берта, дети и я.

   Они свернули влево и неожиданно оказались на короткой улочке с несколькими зданиями.

   – Вон в том борделе Ганс работал охранником, – махнула рукой Эльза, – а это бар, неплохой, если вам нужно нанять контрабандистов или найти наемников для другой грязной работенки.

   – Спасибо, буду иметь в виду, – вежливо пoблагодарил ее Кристиан.

   Улочка закаңчивалась высоким забором, но Эльза уверенно обошла голые кусты одинокого дерева, отодвинула рассохшуюся доску и полезла в дыру.

   Мимолетно удивившись тому, чем он – почтенный человек солидного возраста – занимается, Кристиан тем не менее повторил ее маневр.

   – А вот это уже частная территория, - объявила Эльза, - правда, владелец участка пропал лет двадцать назад, так что вряд ли мы кого-нибудь здесь встретим. Зато вот – полюбуйтеcь.

   Кристиану понадобилось несколько минут, чтобы его глаза привыкли к темноте. Они стояли на небольшом, заросшем бурьяном клочке берега, и прямо перед ними море вылизывало каменистую землю.

   – Здесь мы и рыбачили, – Эльза села на сухое бревно у самой воды и задрала голову к небу. - Звезды, Кристиан. В городе вы таких не увидите.

   Но ему не хотелось смотреть вверх. Кристиан немного подвинулся, чтобы лучше видеть профиль Эльзы, ее шею, линию плеч. В темноте она казалась нарисованной – неподвижная картинка. Стало страшно: как будто перед ним была не живая женщина из плоти и крови, а всего лишь мираж.

   – Значит, вы решили, что развод вам добавит счаcтья, – вздохнула Эльза. – Пусть так. Но объясните мне, ради всего святого, все остальное.

   Кристиан отвечал очень коротко – ему не хотелось вдаваться в излишние подробности, но Эльза умела обходиться минимальной информацией, чтобы увидеть ситуацию целиком.

   – Чего вы хотите больше, Кристиан, – спросила она, – сохранить «Грандис» или защитить Берту?

   Он заcмеялся:

   – Какая разница, Эльза, если у меня не получится ни того, ни другого.

   – Но ведь вы можете просто вернуть деньги, которые получили при женитьбе, – насколько я понимаю, брачный договор это позволяет. Таким образом, вы оставите за собой «Грандис», а вашему тестю будет незачем нападать на дочь.

   – Два миллиона гульденов.

   Она замолчала, все ещё глядя на звезды.

   Кристиану тоже нечего было сказать. Он просто слушал море и дышал соленым воздухом.

   – С продажи самоходных машин за вычетом зарплаты и оборудования – сто пятьдесят тысяч гульденов, - вдруг проговорила Эльза. – Если вы отдадите свои лавки в аренду Предприятию Гё сроком на пять лет – то получите еще триста пятьдесят.

   – Вы и сами знаете, что у Конрада Брауна нет таких денег, - с нежностью ответил Кристиан, растроганный ее неумением проигрывать.

   – Будут, когда ваш банк даст ему заем. Какую сумму вы получите за благотворительный фонд?

   – Ту же самую, что и потерял из-за него, - семьсот пятьдесят тысяч гульденов.

   – Χорошо. Дальше. Поскольку ваши лавки будут в аренде,то склады пока не понадобятся. Их придется продать, Кристиан.

   – Предположим, это еще триста тысяч, - он поневоле втянулся в эту арифметику. - Примерно за восемьдесят тысяч я продам дом, который и так стоит пустым.

   – Сто семьдесят тысяч лежат на нашем инвестиционном счету. Забираем и их.

   – И все, – Кристиан поморщился, ощущая как гаснет рoбкий огонек надежды. – Больше мне продавать нечего.

   Ему не хватало каких-то жалких двухсот тысяч – в прежние времена подобная сумма лишь рассмешила бы его. Но это было до того, как он ввязался в авантюру с фабрикой и банком.