Сандра (СИ) - Резко Ксения - Страница 18

Подойдя к двери, Эмиль пнул ее ногой, и та со скрипом провалилась в темноту, из которой пахнуло спертым воздухом.

— Прошу! — с пафосом провозгласил молодой человек.

— Мне не привыкать, — отозвалась Сандра, после чего решительно переступила вросший в землю порог.

О, как напомнила ей эта картина жизнь на острове! Улыбнувшись грустным воспоминаниям, девушка ощупью продвинулась дальше. Мысли о матери нагнали печаль. Как она там без нее? Наверняка ей пришлось нелегко без молодой помощницы. Но Сандра не могла поступить иначе, не могла оставаться там. «Ну почему некоторые люди сознательно подвергают себя лишениям, будто у них нет иного выхода?! Выбор есть всегда! — подумала она. — Нужно бороться, ведь жить так хорошо!»

Когда ей навстречу вышел человек, Сандра едва не вскрикнула, но вовремя зажала рот ладонью. Этот кто-то чуть не сшиб девушку с ног, и оба, по-видимому, одинаково испугались друг друга.

— Лаэрт?.. — дрожащим голосом промолвила Сандра, пытаясь разглядеть фигуру, заслонившую собой остатки света.

— Наконец-то! — донесся в ответ скрипучий фальцет, который никак не мог принадлежать Лаэрту — у того был тихий, приятный голос. Неужели болезнь настолько исказила его?..

— Вы проходите, проходите, Алекс! — раздался за спиной девушки издевательский голос Эмиля. — Вы же так жаждали этой встречи!

15

Наверное, в ту минуту девушка впервые пожалела о том, что приехала сюда. Да, она два месяца ждала их встречи, часами просиживала у окна в надежде на возвращение Лаэрта, а теперь приняла решение самой разыскать его. Нет, она не должна жалеть!

Преодолев страх, Сандра протянула руку к стоящему перед ней человеку, как вдруг среди темноты вспыхнул огонь свечи, и она с удивлением увидела заросшего, как дикий зверь, пожилого мужчину.

— Не бойтесь, это местный робинзон, — обыденно пояснил Эмиль.

Помимо воли из уст Сандры вырвался вздох облегчения. Надежда на то, что Лаэрт жив и здоров, воскресла в ее душе.

— Наконец хоть кто-то приехал! — обрадовано воскликнул незнакомец, проводя девушку вглубь землянки. — Может, хоть вы объясните этому глупцу, что нужно бороться за свою жизнь! По-моему, ему требуется срочная моральная поддержка. Он наотрез отказался принимать настои трав, которые я ему приготовил, пьет только виски и каждый день твердит, что не хочет жить. Этакий глупец! Где он только взялся на мою голову! — без умолку бормотал старик себе под нос. Его лица почти не было видно: из зарослей спутанных волос сверкали лишь живые, пронырливые глаза. Из одежды на нем болтались рваные тряпки.

— Что ж, если хочет пить виски — пусть пьет! Если хочет умереть — пусть умирает. Желание господина — закон! — сказал Эмиль, доставая из-за пазухи припасенную бутылку, а Сандра еще раз поразилась бессердечию молодого человека. Теперь он показал свое истинное лицо! Это был совсем другой Эмиль, не тот, кто столько раз помогал ей раньше.

…Не позволив опомниться, девушку втолкнули в очередной узкий проход и захлопнули за ней дверцу.

Мысли путались. Волна скользкого страха прокатилась по телу Сандры. Она зажмурилась и прижалась спиной к стене, когда различила в углу некое подобие кровати. Здесь царила невероятно тяжелая атмосфера. На полу в беспорядке валялись чьи-то фотографии, пустые бутылки из-под спиртного… Сандра затаила дыхание, чтобы остаться незамеченной, но скрип половицы выдал ее.

— Кто здесь? — донесся откуда-то снизу слабый хриплый голос.

— Это я… — Она все-таки улыбнулась и самоотверженно шагнула в темноту. — Я пришла, и теперь все будет хорошо…

Из глаз хлынули слезы жалости, смешанной с искренней, нежной любовью; соленая влага ручейками заструилась по ее щекам. Сандра опустилась на колени перед кроватью, уткнулась лицом в скомканное одеяло, и ее хрупкие плечи вздрогнули несколько раз, но плача так и не последовало.

Воцарившееся молчание, вызванное то ли неожиданностью встречи, то ли избытком чувств, было нарушено одним коротким словом. Это слово произнес тот, кто сейчас лежал на кровати, но кто никак не напоминал гордого господина, каким Сандра узнала его однажды.

— Александра?! Александра! — воскликнул Лаэрт Мильгрей, и в его голосе смешались противоречивые чувства: радость, сожаление, благодарность. — Что, что ты…

— Я приехала, чтобы быть здесь с тобой, — заявила Сандра, впервые назвав его на «ты», и, расхрабрившись, медленно подняла глаза…

Да, он изменился: лицо осунулось, приобрело землистый оттенок; заострившиеся черты его стали резче и наполнились какой-то безысходной грустью, а впалые, темные глаза, блестящие лихорадочным блеском, смотрели взволнованно и отчасти — настороженно. На лбу и висках проступили капельки пота.

Их взгляды встретились, и она задрожала. Такого напряженного взора Сандра еще не видывала.

— Зачем ты здесь? Я же просил оставить меня…

— Я не могла! — воскликнула Сандра и, вдруг прижавшись лицом к его плечу, глубоко вздохнула. Рядом с ним было удивительно спокойно, хоть Лаэрт вряд ли мог сейчас постоять за нее. Дело было не в этом. Просто когда она вошла, когда увидела его, услышала его голос, то сомнений относительно ее приезда как будто не бывало. Она правильно поступила, приехав сюда…

Было темно и тихо, словно на дне глубокой ямы, но Сандра уже не боялась. Рядом с Лаэртом она чувствовала себя ребенком. Лишь бы он не прогнал ее, не оставил наедине с похабным шофером. Она проделала долгий путь, вытерпела насмешки Эмиля — теперь все было позади. Они остались одни на целом белом свете. Все посторонние мысли улетучились.

Почему Сандра раньше не понимала того, что испытывает к своему случайному знакомому? Быть может, лишь время способно расставить все на свои места… Но сейчас для нее не существовало другого столь же близкого и родного человека…

— Неужели я не дал тебе всего необходимого? — тихо спросил Лаэрт, пытаясь изобразить недовольство ее появлением, но Сандра все же угадала в его тусклом взоре проблески радости. — Неужели тебе не хватило того богатства, тех денег, что я целиком отдал тебе? Зачем ты отыскала меня? Зачем тебе я?

Вместо ответа она медленно перебралась с колющих колени досок на краешек постели и четко произнесла:

— Мне не хватало самого главного. Для счастья мне не хватало тебя.

Она слышала свой голос и не могла поверить, что он принадлежит ей. Неужто она говорит ему эти слова? Они сорвались с губ безотчетно, а значит, были правдой.

Изумленно смотря на девушку, Лаэрт не верил собственным ушам: неужели та пугливая девочка, какой была Сандра два месяца назад, теперь столь легко призналась ему в своих чувствах? Нет, скорее всего, она говорила это с целью поддержать его.

— Мне одиноко в городе, а тебе — здесь, — поспешно заговорила девушка, чтобы не дать ему опомниться, — я не могу жить на всем готовом и знать, что где-то ты совсем один. Однажды мне пришлось оставить нуждающихся во мне людей, но я не совершу такой проступок дважды. Да и этот Эмиль…

Словно почуяв угрозу, упомянутый шофер появился в дверях, и Сандра, запнувшись на полуслове, не решилась жаловаться на него в его же присутствии. Однако Лаэрт уловил испуг в ее глазах и потребовал, чтобы она закончила начатую речь.

— Да, продолжайте, госпожа Мильгрей, я не хотел помешать вашей беседе, — залебезил Эмиль, натянув на свою физиономию стандартную любезность обслуги, только Сандра уже знала, что скрывается под этой маской. Растерявшись, она не знала, как поступить. О, как ей хотелось рассказать Лаэрту обо всех нападках шофера, но Эмиль нарочно не уходил, буравя девушку пронзительным взглядом. «Говори-говори, выдавай меня, — безмолвно предупреждал Эмиль, — только он тебе все равно не поможет».

Наверное, Сандра была слишком пуглива и нерешительна. В присутствии этого человека ее будто парализовало. Вместо одних слов с ее языка сорвались совершенно противоположные:

— Эмиль очень нам помогает, он так добр ко мне и к сестрам… — оцепенело промолвила она, краем глаза наблюдая шофера, расплывшегося в удовлетворенной ухмылке.