Охраненок (СИ) - Белов Вольф Сигизмундович - Страница 13

— На самом деле пеньки из земли выдергивает? — усомнился Травослав.

Железное чудище хоть и выглядело внушительно, но все же…

— Не совсем, — нехотя подтвердила Алина его сомнения. — Маленько доработать надобно. Зато здесь пригодилось.

— Народ тоже ты собрала? — спросил девчонку Добромир.

— Сами подтянулись, когда узнали, что против трупней идем, — ответила Алина. — Всем уж надоело бояться. А у вас тут что?

— Пойдем? — Травослав поманил юную изобретательницу за собой. — Может, подскажешь что дельное.

Травослав и Алина зашли внутрь, Добромир, Громобой и Кряж, так и не проронивший ни слова, последовали за ними.

— Вы чего тут такой бардак устроили?! — возмутилась девчонка, окинув взглядом опрокинутые столы и лавки, упавшие шкафы, разбросанные бумаги, стеклянные осколки реторт, колб и склянок.

— Это не мы, — попытался оправдаться Добромир и тут же уточнил: — Ну, не только мы. Вон сколько вражин поналезло.

— Ну да, рассказывай, — недоверчиво фыркнула Алина.

Она принялась осматривать останки разбитых приборов. Между делом оглянувшись на труп неизвестного мужчины в остроносых башмаках, она спросила:

— А это кто? На трупня не похож.

Травослав пожал плечами и ответил:

— Наверное, хозяин всего этого, тот алхимик. Мы спросить не успели.

— А зачем вы его грохнули-то? — снова спросила Алина.

— Это не мы, — ответил Травослав.

— Я его только чуть-чуть, — добавил Громобой.

— Неужели ты думаешь, что это мы его так обглодали?! — возмутился Добромир.

— Ты лучше скажи, что думаешь об этих устройствах? — попросил Травослав.

— Ну, вот эта штука, по-моему, была предназначена, чтобы молнии ловить, — сказала девчонка, ощупывая уцелевшие части устройства, напомнившего Добромиру ее самокат. — Я кое-что о таком слышала.

Устройство оказалось хрупким и после падения на него в суматохе схватки тяжелого шкафа, превратилось в кучу деревянных обломков, погнутых железяк и осколков стекла. Распался и ящик — хранившиеся в нем сосуды разбились, а жидкость растеклась по полу, источая едкий запах.

— Чего она ловила? — не понял Громобой.

— Вот ты лучше не вникай, — отмахнулась от него девчонка. — А вот это… — Она задумчиво сморщила нос, глядя на останки другого аппарата. — Может, с этой штукой алхимик управлял трупнями. Ну или пытался. Не знаю, не могу определить.

— Как эта штука могла ими управлять? — удивился Добромир.

— Мне-то откуда знать? — проворчала Алина. — Сами тут все расколошматили так, что ничего не понять.

— Это не мы, — тут же заявил Громобой.

— Не только мы, — деликатно уточнил Травослав. — Обстоятельства так сложились.

— Ну да, рассказывайте, — недоверчиво фыркнула девчонка. — Вам ничего сложнее кувалды в руки давать нельзя. Какого черта вы вообще сюда поперлись? Договаривались же, что только разведаете и нас дождетесь.

— Не ворчи, — осадил ее Травослав. — Как смогли, так и разведали. Лучше помоги в книгах разобраться, в них от тебя толку больше будет, чем от моих друзей.

В этот момент из люка выбрался Бранибор. Окинув зал мутным взглядом, он покачнулся и спросил:

— Что тут за бардак?

— Мы тут это… — слегка растерявшись пролепетал Добромир. — Людей спасаем.

Взгляд Бранибора упал на мертвого алхимика.

— И многих спасли? — с плохо скрываемой издевкой поинтересовался он.

— Мы в процессе, — уклончиво ответил Травослав. — Но кое-какой успех уже есть.

Бранибор провел ладонью по своей обритой голове и насторожился:

— А что у меня с волосами?

— Ну вот и все, — хмуро произнес Бранибор.

Добромир отставил лопату в сторону, воткнул ее в землю, утер пот со лба, остальные тоже устало выдохнули, выпустив лопаты из рук. Последний мертвец был упокоен в собственной могиле. При помощи Алины и Бранибора, немного сведущего в чужеземных языках, Травослав разобрался в манускриптах и записях самого алхимика. Узнать удалось немногое — вроде как алхимик был чужеземцем, прибыл в Лесогорье для изучения трудов предшественника, много лет хранившихся в заброшенной лаборатории, при помощи зелий и инженерных устройств сумел оживить мертвецов, относительно недавно почивших, а вот для чего всем этим занимался, это осталось неизвестным. Тем не менее, изучив записи алхимика, Травослав сумел-таки изготовить снадобье, которым смог окончательно успокоить оживших мертвецов и излечить покусанных ими людей. Совсем недавно рыскавшие по лесам полутрупнями жители окрестных деревень лежали сейчас по своим домам и, похоже, шли на поправку, хоть и были еще очень слабы. Что же касалось лаборатории — дверь заколотили накрепко, а все книги, свитки, остатки оборудования погрузили в обоз, чтобы доставить в архив библиотеки Листограда для более тщательного изучения.

Вокруг на кладбище стояли местные жители со скорбными лицами. Второй раз им пришлось прощаться с родственниками, так неожиданно восставшими из могил и теперь вновь возвращенных обратно.

— Пошли отсюда, — махнул рукой Бранибор.

— Прямо так? — удивился Добромир.

— А чего еще? — ворчливо спросил охранитель. — Сплясать, что ли, на радостях?

Добромир смутился и пробормотал:

— Ну, может, сказать что надо напоследок.

— А смысл? — все так же ворчливо отозвался Бранибор. — Разговаривать с живыми нужно. Мертвые уже ничего не слышат и никому не ответят. Давайте, парни, собирайте манатки и поедемте домой. Здесь мы все равно больше уже ничего полезного не узнаем. А это, честно говоря, очень плохо. Была ж у алхимика цель какая-то, не так просто он всей этой бесовщиной тут занимался. Может, и сообщники имеются, прячутся сейчас по щелям. На кой черт вы его грохнули? Допросить сперва надо было.

— Да не мы это! — почти возмущенно воскликнул Громобой.

Бранибор только отмахнулся — дескать, что взять с ущербного умом.

— А от тебя-то чего хотел тот алхимик? — полюбопытствовал Травослав. — Что за штуку такую на голову тебе надел?

Бранибор пожал плечами:

— Бес его знает. Я ж практически в беспамятстве был. Что-то там бубнил про то, что хочет навыки охранителей своим трупням привить, мол, будут непобедимы. Вообще глупо попался — какой-то гадостью мне прямо в рожу прыснул, я и поплыл. Видать, и в самом деле стар стал. А насчет всяких премудрых штук ты у рыжей спроси, она в этом точно получше нас всех разбирается.

Алина скромно потупилась, хотя по глазам было понятно, что скромность, как и сочувствие, это совсем не про нее.

— Что дальше делать будем, как в Листоград вернемся? — спросил Добромир.

— Дальше будем жить, как жили, — жестко отрезал охранитель.

— А как же?.. — растерянно пробормотал Добромир.

Бранибор смерил его взглядом и усмехнулся:

— Ладно уж, возьму тебя в обучение. Заслужил.

Он лукаво прищурился, снова смерил паренька взглядом и спросил:

— Страшно было?

Добромир украдкой бросил взгляд на товарищей и Алину. Само собой, он не испытывал прилива героической отваги, даже когда вернулся сюда в сопровождении Громобоя и Травослава, но не признаваться же в этом сейчас при всех, особенно, когда на него смотрит несносная рыжая девчонка и только и ждет повода, чтобы похихикать.

— Немного, — уклончиво ответил Добромир.

— Как же тогда решился? — снова спросил охранитель.

Добромир пожал плечеми:

— Так ведь надо же было людям помочь, от лиха избавить. Да и не один я был.

Старик снова усмехнулся.

— А нам-то что Горыне сказать, когда вернемся? — поинтересовался Травослав.

Бранибор крякнул и произнес:

— Вот, что я вам скажу, ребята. Человек должен своим делом заниматься, к чему душа лежит. Тогда и самому радость будет от своего занятия, и людям польза. Молчун ваш, скажем, кузнечным делом владеет, может знатным ковалем стать. Из травника хороший знахарь получится. Вот рыжая всякие штуки полезные придумывает, хотя и бесполезные тоже, но все равно при своем деле. Даже этот балбес, — Бранибор указал кивком на Громобоя, — талантом не обделен, быть ему корчмарем. У всех вас дело есть, к которому душа более всего лежит, вот теми делами и занимайтесь, тогда и прок будет.