Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 441

Васкез отключил передатчик. Баллард, привыкший сам прерывать связь, ощутил раздражение и сделал глубокий успокоительный вздох.

Глава 28

Д'Агоста остановил «форд-таурус» у железных ворот. Похоже, он заблудился, к тому же как минимум на час опоздал. Все потому, что утро отнял отчет о скандале с Баллардом. Теперь копы не могли ни выстрелить, ни допросить, ни даже пукнуть без того, чтобы не заполнить потом рапорт.

Место выглядело заброшенным: ржавые ворота на потрескавшихся каменных столбах приоткрывали путь на гравийную дорожку, где амброзию полыннолистную высотой в добрый фут прорезали свежие следы от машины. Нет, д'Агоста не заблудился — стертая каменная табличка на одном из столбов гласила: «Рэйвензкрай».

Сержант вышел из машины и открыл ворота пошире. Снова сев за руль, он повел «форд» по неясным следам от колес — по лесу меж буков, искривленные стволы которых рвались к свету. Вот он выехал к лугу, усеянному цветами. Скорее всего это когда-то была лужайка при доме — мрачном особняке, который спрятался в тени вязов на том краю луга. Глядя на плотно закрытые ставни и по меньшей мере двадцать каминных труб, д'Агоста покачал головой. Если призраки существуют, здесь для них самое подходящее место.

Сверившись с указаниями Пендергаста, он объехал особняк и, вырулив на другую дорожку, направился через древние сады к каменной мельнице на берегу. Там он остановился рядом с припаркованным «роллсом» Пендергаста. Шофер Проктор чуть ли не с головой залез в багажник; когда д'Агоста подошел, слуга вежливо поклонился и кивнул в сторону реки.

Спускаясь по каменной тропинке, д'Агоста заметил двух людей, поглощенных беседой. Фэбээровца выдавали черный костюм и изящная осанка, а собеседница в шляпке и с летним зонтиком — точно та девушка, что жила в доме Пендергаста. Кажется, Констанс.

Журчала вода в реке, в листьях буков шелестели птицы.

— Винсент, вы нашли нас. — Обернувшись, Пендергаст помахал рукой. — Хорошо, что приехали.

Констанс, улыбнувшись, протянула руку. Д'Агоста пожал ее, пробормотав приветствие. Необычные глаза девушки на этот раз были скрыты солнцезащитными очками. В присутствии Констанс д'Агосте отчего-то хотелось вести себя как можно приличнее. Так в детстве влияла на него бабушка.

Д'Агоста с любопытством посмотрел вниз, вдоль запятнанной кругляшками теней тропинки. Колеса мельницы не вращались, но вода все еще сбегала по каскаду каменных шлюзов.

— Где мы?

— Это имение моей двоюродной бабушки Корнелии. Ей сейчас нездоровится, и она не выходит из дома. Я вожу сюда Констанс на прогулки.

— Чтобы завершить реабилитацию, — слабо улыбнулась девушка. — Мистер Пендергаст говорит, что у меня слабое здоровье.

— А здесь привольно, — заметил д'Агоста.

— В конце девятнадцатого века мукомольню переоборудовали под ферму по разведению форели, — ответил Пендергаст. — Каждый год в ручей Росистый выпускали тысячу форелей. В лесу же сохранялись дикие индюшки, олени, фазаны, куропатки, перепела и медведи. По воскресеньям мои родственники с друзьями-охотниками выезжали в поле.

— Охотничий заповедник. Держу пари, рыбалка здесь была просто фантастическая.

Д'Агоста посмотрел на ручей, бурлящий в ложе из булыжников, с глубокими заводями, где, несомненно, в изобилии водилась форель. У него на глазах несколько рыбин пустили рябь по воде возле шлюза.

— Никогда не увлекался рыбалкой, — сказал Пендергаст. — Предпочитаю кровавый спорт.

— Чем вам не угодила рыбалка?

— В высшей степени банальное занятие.

— Банальное. Верно.

— После внезапной смерти хозяина большая часть прислуги покинула поместье. Вскоре уехать пришлось и бабушке. Теперь Рэйвензкрай совсем заброшен… Как бы там ни было, — оживился Пендергаст, — это место располагает к размышлениям, и я пригласил вас пересмотреть ситуацию. Если коротко, Винсент, дело очень запутанное. Будь все как обычно, я бы уже давно отыскал ниточку, ведущую к клубку. Сейчас все иначе.

— Да, нелегко, — согласился д'Агоста.

Он взглянул на девушку, сомневаясь, может ли позволить себе говорить при ней все.

— От Констанс у меня секретов нет, — сказал Пендергаст.

Та важно улыбнулась. Они пошли обратно к машинам.

— Давайте же подведем некоторый итог, — начал Пендергаст. — У нас имеются два убийства необъяснимого характера — с сожженными телами и мефистофельской атрибутикой. Мы знаем, что первые две жертвы были как-то связаны друг с другом и с Баллардом. Однако как именно, выяснить не удалось.

— Кое-чем помогла Хейворд, — сказал д'Агоста. — Мы порылись в их телефонных счетах, подняли кредитную историю… Безрезультатно. Никаких следов того, что они вообще когда-то встречались. А файлы в компьютере Балларда зашифрованы, и взломать их мы не смогли. Однако кое-что все-таки перепало: в окошке интернет-браузера компьютера Балларда стояло имя Ренье Бекманна. Похоже, Баллард тоже пытался его найти.

— Тем не менее, когда вы допрашивали Балларда в клубе, он утверждал, что Бекманна не знает. Выходит, ему есть что скрывать. Он зол, он обороняется. Я бы даже сказал, он напуган. Но чего он боится?

— Ареста. Отталкиваясь от того, что Баллард — подозреваемый номер один, мы с Хейворд проверили — на ночь убийства Гроува у него тоже нет железного алиби. Баллард утверждает, будто совершал круиз по проливу. Но с тем же успехом он мог оказаться и у атлантического побережья, высадиться на пляже в Саутгемптоне и сделать свое мокрое дело.

— Возможно. Хотя зачем ему убивать Гроува и Катфорта? В чем здесь выгода? Да еще и обставлять это как дело рук дьявола?

— Может, у него специфическое чувство юмора?

— Напротив, у него чувство юмора, похоже, отсутствует напрочь. Одно только гангстерское злорадство. Да и зачем так рисковать ради забавы?

— Значит, он хотел этим что-то сказать.

— Кому? И что?

— Не знаю. Если б это был не Баллард, я бы решил, что какой-нибудь псих-фундаменталист намерен возродить инквизицию. Ради Божьего промысла.

— Вторая возможная версия.

Ненадолго воцарилась тишина. Затем Пендергаст добавил:

— Винсент, мы упускаем еще одну вероятность.

У д'Агосты перехватило дыхание. Пендергаст, должно быть, шутит. Или же… Рука сама дотронулась до крестика.

— Где сейчас Баллард? — спросил Пендергаст.

— Этим утром он на яхте вышел в открытый океан.

— Есть идеи, куда именно он направляется?

— По данным Хейворд, в Европу. Движется, во всяком случае, на восток. На полной скорости. Даже, может быть, быстрее — на яхте установлена специально модифицированная электростанция. Мы узнаем, где и когда причалит Баллард, если только он не обойдет таможенную и эмиграционную службы, что вряд ли с такой-то яхтой, как у него.

— Хейворд можно лишь восхищаться. Она все еще злится?

— Вряд ли.

Пендергаст тонко улыбнулся.

— Ну, есть теория? — спросил д'Агоста.

— Я изо всех сил стараюсь не создавать таковой.

По гравию зашуршали покрышки, хлопнули двери, вдали зазвучали голоса. Обернувшись, д'Агоста увидел за лугом старомодный лимузин с опущенным верхом и пристегнутой к откидному сиденью большой плетеной корзиной.

— А это кто? — спросил он.

— Еще один гость, — просто ответил Пендергаст.

Обойдя авто, в поле зрения появилась гигантская фигура. Необъятные пропорции никак не вписывались в окружение, но их обладатель передвигался с поразительной плавностью. Граф Фоско — похоже, из подозреваемых он непонятно как сделался новым знакомым.

— Что он здесь делает? — Д'Агоста посмотрел на Пендергаста.

— Мне показалось, граф обладает информацией чрезвычайной важности и жаждет ею поделиться. А так как он крайне заинтересован во всем, что в Америке считается древностью, я пригласил его в Рэйвензкрай. К тому же я у него в долгу за чудесный вечер в опере.

Спускаясь по тропинке, граф еще издали начал приветственно махать рукой.

— Изумительное место! — прогремел он, потирая ладони в белых перчатках.