Сборник "Пендергаст". Компиляция. Книги 1-18" (СИ) - Престон Дуглас - Страница 642

Когда первый рабочий вернулся, д’Агоста встал прямо перед ним, загораживая проход, и тяжело задышал ему в лицо:

— Я не шучу. Мне нужно по большой нужде, и немедленно!

Заключенный поморщился и, отступив немного назад, посмотрел на своего товарища:

— Да он выпивши!

— Что? — прорычал д’Агоста. — Что ты сказал?

Рабочий спокойно посмотрел ему в лицо:

— Я сказал, что ты пил.

— Чушь!

— Я чувствую запах. — Он повернулся к напарнику: — Позови старшего.

— Для чего это, черт возьми? Вы что же, хотите проверить меня на алкоголь?

Второй рабочий исчез и почти тут же вернулся с высоким хмурым человеком, одетым в слишком тесную черную рубашку и с нависшим над ремнем огромным животом.

— В чем дело? — спросил надзиратель.

— Похоже, он выпил, сэр, — доложил первый заключенный.

Надзиратель поддернул ремень и сделал шаг в сторону д’Агосты.

— Это правда?

— Нет, неправда, — ответил д’Агоста и, подойдя почти вплотную, возмущенно задышал ему в лицо.

Человек в черной рубашке отшатнулся и вытащил из кармана рацию.

— Ладно, я пошел, — вдруг примирительно сказал д’Агоста. — Мне еще до склада добираться. Черт знает где это местечко, а на дворе уже шесть вечера.

— Ты никуда не пойдешь, приятель. — Надзиратель быстро сказал что-то по рации, потом повернулся к одному из рабочих. — Отведи его в столовую для персонала, пусть подождет там.

— Пойдемте, сэр.

— Что за дерьмо! Никуда я не пойду!

— Пойдемте, сэр, прошу вас!

Д’Агоста неохотно побрел через погрузочную платформу и вскоре оказался в большой темной кладовой, где сильно пахло хлоркой. Пройдя через дверь в дальней стене, они очутились в комнате поменьше — вероятно, здесь после окончания смены перекусывали работники столовой.

— Садитесь.

Д’Агоста уселся за один из столов из нержавеющей стали. Его конвоир устроился за соседним столом, сложил руки на груди и устремил взгляд в сторону. Через несколько минут пришел надзиратель в компании вооруженного охранника.

— Вставайте! — велел он д’Агосте.

Д’Агоста подчинился. Надзиратель повернулся к охраннику:

— Обыщите его!

— Это нарушение закона! Я знаю свои права, к тому же…

— К тому же это федеральная тюрьма. Правила вывешены перед самым входом. Жаль, что вы не потрудились их прочитать. Мы имеем право обыскивать любого, кого захотим.

— Эй, не прикасайтесь ко мне! Черт!..

— Сэр, в данный момент у вас имеются довольно серьезные проблемы. Если вы откажетесь подчиниться, ваши проблемы станут очень серьезными.

— Что? Какие такие проблемы?

— Например, сопротивление сотруднику правоохранительных органов. Ну, как вам? Последний раз приказываю: поднимите руки!

После недолгого колебания д’Агоста подчинился приказу, и охранник тут же обнаружил пол-литровую бутылку «Ребел Йел». Вытащив емкость со спиртным из кармана д’Агосты, он грустно покачал головой и посмотрел на надзирателя.

— И что нам теперь с ним делать?

— Позвоните в местное отделение полиции. Пусть они его заберут. Пьяными водителями занимаются они, а не мы.

— Но я выпил всего один глоток!

Надзиратель обернулся:

— Сядьте и заткнитесь.

Д’Агоста неуклюже плюхнулся на стул и что-то забормотал себе под нос.

— А как быть с грузовиком? — спросил охранник.

— Позвоните в компанию. Пусть пришлют людей его забрать.

— Уже больше шести — вряд ли мы застанем кого-то из менеджеров, а кроме того…

— Тогда позвоните утром. Грузовик останется здесь.

— Слушаю, сэр!

— Останьтесь с ним до прибытия полиции.

— Слушаю, сэр!

Надзиратель ушел. Охранник сел за стол напротив д’Агосты и мрачно уставился на него.

— Мне нужно в сортир, — заявил тот.

Охранник устало вздохнул, но ничего не ответил.

— Вы слышите?

Охранник нахмурился.

— Я вас отведу.

— Вы будете держать меня за руку, пока я буду справлять нужду, или я смогу сделать это сам?

Охранник еще больше помрачнел.

— Прямо по коридору, вторая дверь справа. Только недолго.

Д’Агоста поднялся с покорным вздохом и медленно побрел к двери. Открывая ее, ухватился за ручку, чтобы не упасть, и с трудом переступил порог. Исчезнув из поля зрения охранника, он тут же свернул налево и молча побежал по длинному пустому коридору мимо помещений с открытыми настежь решетчатыми дверьми. Нырнув в последнюю, быстро скинул шоферскую униформу и остался в желто-коричневой рубашке, которая вместе с надетыми на нем темно-коричневыми брюками делала его практически неотличимым от охранников Херкмора. Старую рубашку он засунул в стоявшую у двери мусорную корзину. Вскоре на пути ему попался ярко освещенный пост охраны. Д’Агоста кивнул секьюрити и направился дальше. Миновав охрану, достал из кармана авторучку со встроенной в нее миниатюрной видеокамерой, отвинтил колпачок и начал снимать. Держался он со спокойной уверенностью, словно охранник, совершающий обход. Поднося ручку то к одной стене, то к другой, он уделял особое внимание расположению камер наблюдения и другой высокочувствительной аппаратуры.

Наконец он зашел в мужской туалет и закрылся в последней кабинке. Расстегнув ширинку, достал из штанов маленькую пластмассовую коробочку и моток скотча. Встав на унитаз, снял с потолка одну плитку, прикрепил скотчем к ее внутренней стороне коробочку и вернул плитку на место. Что ж, Эли Глинн честно заработал очко: он был уверен, что охранник прекратит обыск сразу же, как только найдет бутылку, и оказался прав.

Выйдя из туалета, д’Агоста продолжил свой путь по коридору и через несколько минут услышал слабое пиканье — сработала сигнализация. Достигнув конца коридора, он оказался перед двойной дверью с магнитным замком. Достав из кармана бумажник, порылся в нем, вытащил кредитную карточку и приложил к двери. Почти сразу же зажегся зеленый огонек, и замок щелкнул. Счет два — ноль в пользу Глинна.

Д’Агоста быстро нырнул за дверь и вскоре оказался в маленьком прогулочном дворике, совершенно пустом в этот поздний час. С трех сторон его окружали высокие бетонные стены, с четвертой он был отгорожен металлической сеткой. Д’Агоста внимательно посмотрел по сторонам, но не увидел камер наблюдения. Глинн опять оказался прав: даже в таких хорошо оборудованных тюрьмах, как Херкмор, приходилось экономить — камеры размещались лишь на наиболее важных с точки зрения обеспечения безопасности участках территории.

Д’Агоста быстро обошел двор, продолжая вести видеосъемку. Потом, спрятав ручку в карман, подошел к одной из стен, расстегнул ремень и молнию на брюках и вытащил из штанины смотанную в рулон пленку. Оглянувшись, засунул пленку в водосточную трубу, закрепив ее там согнутой шпилькой для волос.

Покончив с этим, лейтенант направился к металлической сетке, взялся за нее рукой и тихонько потянул на себя. Это была часть плана, которая внушала ему наибольшие опасения.

Достав из носка крохотные кусачки, он перекусил сетку в нескольких местах — получилось отверстие высотой примерно три фута как раз напротив столба внутреннего ограждения. Соединив разрезанные края и убедившись, что сетка выглядит неповрежденной, забросил кусачки на соседнюю крышу — туда, где их не скоро найдут, — и пошел вдоль ограждения. Сделав десяток шагов, он остановился и несколько раз глубоко вдохнул, чтобы успокоиться. Сквозь металлическую сетку были видны неясные в темноте очертания сторожевых вышек. Проглотив вставший в горле комок, он потер руки, взялся за ограждение и начал карабкаться вверх.

Поднявшись примерно до середины, д’Агоста заметил вплетенную в ячейки сетки цветную проволоку. Когда он дотронулся до нее, раздался оглушительный вой сирены и зажглись не менее десятка прожекторов, освещая все вокруг. Вслед за ними вспыхнули прожектора на сторожевых вышках по всему периметру ограждения. Поворачиваясь вокруг своей оси, они тут же нащупали его, но д’Агоста продолжал карабкаться вверх. Потом, остановившись, он незаметно вытащил ручку из кармана и, просунув ее сквозь ограждение решетки, начал снимать территорию за оградой, которая теперь была ярко освещена направленными на него прожекторами.