Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий - Шувалов Александр - Страница 187

КОЛЛИНЗ (Collins) УИЛЬЯМ (1721–1759), английский поэт, один из предшественников романтизма.

«С 1749 г. стал обнаруживать признаки слабеющего разума и только в светлые промежутки написал еще несколько вещей… Последние годы жизни провел в Чичестере, среди частых припадков сумасшествия, совершенно забытый друзьями». (ЭСБ Биографии, т. 6. с. 102.)

«Из-за преследовавших его психического расстройства и физического недомогания, которые он пытался лечить путешествиями, Коллинз был помещен в 1754 г. в психиатрическую лечебницу. Выписанный под попечительство своей сестры, проживал последние пять лет в Чичестере, заброшенный и забытый своими литературными друзьями, которые полагали, что он уже умер». (CDEnc. Britannica 97.)

«По всей вероятности шизофрения». (Lange-Eichbaum, Kurth. 1967, с. 346.)

Демонстрировать признаки «слабеющего разума» с 28-летнего возраста можно только в случае шизофрении, которая так и называется — «раннее слабоумие» (dementia ргаесох). Речь при этом не идет об интеллектуальном слабоумии в непосредственном смысле этого слова, а о так называемом «шизофреническом дефекте личности», когда в результате текущего шизофренического процесса снижается энергетический потенциал, больной погружается в аутизм и эмоциональное отупение, производя внешне впечатление слабоумного больного.

КОЛЛИНЗ УИЛЬЯМ УИЛКИ (1824–1889), английский писатель, основоположник английского детективного романа; соавтор Ч. Диккенса в ряде произведений.

«Молодость его изобиловала любовными похождениями и бурными попойками, и с приличиями своего времени он ничуть не считался. Внешность у него была довольно невзрачная: тщедушное тело, маленькие руки и ноги, рост — 5 футов с небольшим, но замечательный лоб: высокий, белый, очень крутой… Не отличался крепким здоровьем. У него было вечно что-нибудь неладно: то с сердцем, то с неченыо, то с желудком или легкими. Однажды во время тяжелой болезни он принял опиум и почувствовал себя настоль ко лучше, что мало-помалу стал наркоманом». (Пирсон. 1963. с. 298.)

«Вся его жизнь была полна страданиями от различных нервных заболеваний, для успокоения которых он был вынужден прибегать к настойке опия в огромных дозах. Г олова его имела уродливую форму: на правой стороне была врожденная опухоль». (Nisbet, 1891, с. 135.)

Мы встречаемся с весьма типичным для прошлого времени видом развития наркотической зависимости от опиоидов. При длительном болевом синдроме пациент получает облегчение от наркотика и продолжает его прием во все возрастающих дозах. Это так называемая вторичная, как бы вынужденная наркомания. В сегодняшнее время такой вид развития наркомании весьма редок.

КОЛРИДЖ (Coleridge) СЭМЮЭЛ ТЕЙЛОР (1772–1834), английский поэт и литературный критик.

Наследственность

«Отец был эксцентричным и рассеянным субъектом… В наиболее сильной степени унаследованная нервная семейная неуравновешенность проявилась у самого Сэмюэла Тейлора Кол-риджа… Его первенец, Хартли Кол-ридж, был поэтом с большой примесью помешательства, которая проявилась в ого сочинениях. Он никогда не был полностью ответственен за свои поступки… Испытывал галлюцинации, которые обладали всеми признаками реально существующей действительности… Сара, единственная дочь Сэмюэла Тейлора Колриджа, унаследовала слабую конституцию, а вместе с ней не только поэтические наклонности отца, но и его любовь к математике… В течение последних лет жизни она была “постоянно депрессивной”». (Nisbet, 1891, с. 116–119.)

[Сын] «…остаток жизни… провел в полной неспособности к умственному труду». (Венгерова, 1997, с. 124.)

Общая характеристика личности

«Ребенком он рос слабым и болезненным, погруженным в свои переживания и болезненно восприимчивым. В пяти- или шестилетнем возрасте после ссоры с братом он убежал из дома и провел всю ночь, несмотря на дождь и бурю, на лишенном растительности холме, где и был найден на следующий день оцепеневшим от холода. Определенного рода болезненная импульсивность послужила впоследствии причиной того, что он сбежал из колледжа и поступил рядовым на военную службу; позже он также без всякой понятной причины убегал на Мальту, оставив друзей в неведении относительно своей судьбы, а жену и детей в нищете. Уже в самом раннем возрасте он был необыкновенно развитым ребенком. “Я никогда не думал как ребенок, — говорит он, — никогда не говорил как ребенок” <…> Ввозрасте тридцати лет его здоровье было полностью разрушено подагрой, и физические страдания вынудили его прибегать к опиуму». (Nisbet, 1891, с. 116.)

[1796 г.] «Письма Кольриджа за это время свидетельствуют о тяжких домашних обстоятельствах поэта, бедности и первых зачатках болезни, породивших у Кольриджа роковую страсть к опиуму <…> развившаяся наклонность к опиуму ослабляла его умственную деятельность. Поэтическое творчество его падало… Борьба с опиумом лишала его силы работать, к тому же он жил отдельно от семьи, у чужих». (Венгерова, 1997. с. 125.)

«Маниакально-депрессивный. В ма-ниакальном состоянии испытывал творческий прилив сил, в депрессивном становился опиоманом. Странности в поведении были обусловлены психозом, а не опиоманией». (Dupony, 1910, с. 226.)

«Всю жизнь Кольридж бедствовал, всегда зависел от помощи друзей, последние годы болел (еще с 1801 г. он начал злоупотреблять опиумом)…» (Фране В.М., ЭС Гранат, т. 24, с. 555.)

Особенности творчества

«Я больше не верю в привидения: / я видел их слишком много». (С. Кол-ридж.)

«Летом 1797 года автор, в то время больной, уединился в одиноком крестьянском доме… Вследствие легкого недомогания ему прописали болеутоляющее средство, от воздействия которого он уснул… Около трех часов автор оставался погруженным в глубокий сон, усыпивший, по крайней мере, все восприятия внешней обстановки; он непререкаемо убежден, что за это время сочинил не менее двухсот или трехсот стихотворных строк, если можно так назвать состояние, в котором образы вставали перед ним во всей своей вещественности, и параллельно слагались соответствующие выражения, безо всяких ощутимых или сознательных усилий. Когда автор проснулся, ему показалось, что он помнит все, и, взяв перо, чернила и бумагу, он мгновенно и поспешно записал строки. В то мгновение, к несчастью, его позвал некий человек, прибывший по делу… и задержал его более часа; по возвращении к себе в комнату автор, к немалому своему удивлению и огорчению, обнаружил, что, хотя он и хранит некоторые неясные и тусклые воспоминания об общем характере видения, но, исключая каких-нибудь восьми или десяти разрозненных строк и образов, все остальное исчезло…» (Кольридж. 1975,

с. 193–194.)

«Неоконченный фрагмент “Кубла Хан” представляет собой бредовое видение, вызванное, по свидетельству самого поэта, действием опиума, к которому он пристрастился… После 1810 г. в творчестве Кол риджа нарастают элементы пессимизма и религиозного мистицизма». (Николюкин, 1966, с. 668.)

«Наивысший творческий подъем Кольридж пережил р начале своего литературного пути в канун издания “Лирических баллад”. Это, по выражению биографов, “пора чудес” (1797—98) длилась на деле мепее года». (Урнов, 1989, с. 93.)

«Затем Кольридж прожил долгую жизнь, но ничего значительного, по сути дела, более не написал. Отчасти виною тому был мучительный недуг, сковывавший его творческие силы». (Витковский, 1975, с. 612.)

«Последние годы его жизни были отягощены серьезными нервными расстройствами, из-за чего он отдалился от своей семьи, и заботу о нем взял па себя один из его почитателей, врач Джеймс Гилман, в лондонском доме которого и поселился Колрпдж в 1816 г.». (МЭВ.

т. 5, 2002, с. 84–85.)

Наркотическая зависимость в XIX веке существенно отличалась от наркомании современной в первую очередь способом введения наркотика. Доминирующая в наше время шприцевая опиомания сводит больного в могилу в течение нескольких лет, усугубляя действие наркотического вещества высокой вероятностью дополнительного заражения сифилисом, ВИЧ-инфекцией или гепатитом «С», который не намного «лучше» СПИДа. Однако быстрым или медленным путем, но наркотик приводит в конце концов, как и в случае с Колриджом, к «полной неспособности к умственному труду» и практически к учреждению над ним опеки. Ожидаемое «расширение сознания» за счет галлюцинаций может произойти только в том случае, если есть чему «расширяться». То есть талант должен присутствовать «до того», а прием психоактивного вещества на первых этапах наркомании порой действительно придает творчеству своеобразную окраску.