Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий - Шувалов Александр - Страница 188

КОЛУМБ (лат. Columbus, итал. Colombo, исп. Colon) ХРИСТОФОР (1451–1506), мореплаватель, по происхождению генуэзец. В 1492 г. открыл Америку.

«Никогда, как заметил известный историк Ранке, великое заблуждение не вызвало более великого открытия. Если бы у Колумба оставалась тень сомнений, если бы у него был холодный, анализирующий ум, который мог бы навести его на слабые стороны имевшихся в его распоряжении аргументов, если бы он допустил возможность того громадного расстояния, которое отделяет в действительности западные берега Европы от восточных Азии, то он, конечно, не мог бы отстаивать с таким упорством и убежденном ью свой пл< перед тогдашними португальскими испанскими авторитетами, не в состоянии был бы поддержать в себе ту бодрость духа, которая была необходим,! для того, чтобы внушить эту бодрость другим, и не был бы в силах довести свое рискованное предприятие до конца… Убеждение в своем призвании приняло у Колумба даже мистический характер; он искренне видел в себе посланника бога и держал себя, соответственно этому, с достоинством и авторитетом. Его мистицизм сказался даже в усвоенной им подписи: на всех письмах и документах он подписывался так:

S.

S.A.S.

X.M.J.

X. pro ferens

что толкуют: “Servidorde Sus Altezas Sacras Jesus, Maria, Josef Cristoforo Ferens” — “Служитель их святейшеств Иисуса, Марин, Иосифа — Христофор Несущий”». (Анучин, 1960, с. 51.)

«Религиозная галлюцинаторная паранойя с идеями величия». (Lombroso. 1900, с. 29)

«Образ Колумба во всех случаях является крайне подозрительным на наличие психопатологических расстройств. Даже если мы не будем безоговорочно соглашаться с мнением Ломброзо, то важно заметить, что Колумб в этическом отношении стоял ниже обычного уровня: нельзя верить тому, что он и думал так, как писал и говорил. Паранойя вполне возможна. Однако нельзя исключить предположение об архаичном духовном мире при безмерно преувеличенном, психопатическом чувстве собственного достоинства и псевдологии. Наряду с этим — актер и обманщик». (Lange-Eichbaum. Kurth, 1967, с. 350.)

«Документы и сведения о Колумбе крайне противоречивы. Решительно оспаривается, например, его генуэзское происхождение. Он не знал итальянского языка и писал только на испанском… Возможно, что если бы он не давал своих непомерных обещаний, он не получил бы средств для осуществления замысла». (Эфроимсон, 1998, с. 73–74.)

«Его отличали вера в божественное провидение и предзнаменования, и в то же время редкостная практичность, болезненное самолюбие и подозрительность, страсть к золоту. Он обладал острым умом, даром убеждения и разносторонними познаниями». (Магидо-вич В.И., CD Кирилл и Мефодий 2000.)

В настоящее время накопилась много данных, говорящих о том, что разрешение на свое знаменитое путешествие Колумб получил, только предъявив королеве Испании реальную карту, которую уже использовали для более ранних путешествий на американский континент. Но даже в этом случае сомнения вряд ли могли его не мучить. Вопрос можно сформулировать следующим образом: какая личность должна была быть у Колумба, чтобы решиться на такое мероприятие и преодолеть столько препятствий на пути к достижению своей цели? Идею открытия «второго пути в Азию» можно рассматривать как сверхценную идею в психиатрическом значении этого термина. Для такого предположения существуют необходимые критерии:

1. Идея возникла в результате реально существующих обстоятельств.

2. Идея сопровождалась чрезмерным эмоциональным напряжением.

3. Идея занимала в сознании Колумба преобладающее положение и носила стойкий, фиксированный характер.

4. Ценность идеи всячески преувеличивалась, а все противоречащие соображения отбрасывались.

Идея Колумба явно не носила бредовой характер, так как не сопровождалась какими-либо изменениями личности. Вместе с тем сверхценные идеи потому и относят к психопатологическим расстройствам, что они в конечном итоге оказываются бесплодными, что ни в коей степени нельзя отнести к колонизации Америки. Поэтому, видимо, корректнее говорить о доминирующей идее, которая только тем и отличается от сверхценной, что развивается у психически здорового человека. Элементы мистицизма и авантюризма в характере мореплавателя можно объяснить представлениями, свойственными тому времени. А явная материальная выгода, которую получил Колумб после первых двух экспедиций, лишний раз подтверждает его вполне осмысленные действия по реализации своей идеи.

КОЛЬВИЦ (Rollwitz) КЕТЕ (1867–1945), немецкая художница, график и скульптор; для ее творчества характерна драматическая напряженность и психологическая насыщенность.

«В общем я была тихим, робким ребенком и достаточно нервным. Позднее эти приступы упрямства, которые выражались в топанье ногами и громком плаче, сменились приступами плохого настроения, продолжавшимися несколько часов, а то и дней. Я не могла заставить себя говорить с окружающими… Когда впервые начались у меня ночные кошмары, я не помню. Но в это время они у меня были точно. Они тревожили родителей, боящихся эпилепсии. Конрад должен был провожать меня из школы, так как боялись, что припадки могут случиться и днем, чего никогда не бывало… Хотя главной всегда была склонность к лицам мужского пола, несколько раз мне приходилось испытывать такую же склонность и к женщинам. Я сумела это правильно понять лишь много позднее. Я уверена, что для художественной деятельности такая бисексуальность является почти непременным условием». (Кольвиц, 1980, с. 29, 31, 33.)

[Сентябрь 1913 г.] «Сильная депрессия, охватившая меня после летних каникул, прошла, но настоящей веры у меня так и нет». (Там, же, с. 54.)

[1914 г.]«…Именно как жертвоприношение преломилась в ее потрясенном сознании гибель сына. Кэте Кольвиц была в очень тяжелом моральном состоянии. Ею овладело какое-то оцепенение, равнодушие ко всему на свете, ее посещали видения. Казалось, она сломлена навсегда…» (Турова, 1980, с. 11.)

[Март 1916 г.] «Меня одолела ужасающая депрессия…» [Апрель 1921 г.] «Вижу лишь безрадостную сторону… во мне нет ничего — ни чувства, ни мыслей, никакого побуждения к действию: мне нечего сказать». (Там же, с. 54, 86.)

В патографической справкеКолЬвиц можно отметить два патологических радикала. В разное время, по различным поводам и без них, но речь шла только о повторяющихся депрессивных состояниях, что может свидетельствовать о рекуррентном депрессивном расстройстве. Бисексуальность, которую в строгом смысле слова труднее отнести к патологии и которая вообще не редкость у людей искусства, тем не менее может считаться нарушением сексуального предпочтения.

КОЛЬЦОВ АЛЕКСЕЙ ВАСИЛЬЕВИЧ (1809–1842), русский поэт.

Тяжела мне дума, — Сладостна молитва

А В Польцов

Общая характеристика личности

«…Замкнутый, необщительный характер делал его скупым на выражение более интимных, личных переживаний…» (Шалыгин. 1903, с. 90.)

«Кольцов подрастал человеком характера в основном довольно замкнутого и казался даже, по словам сестер, скрытным и угрюмым». (Скатов, 1989, с. 26.)

«Наружность Кольцова…: коренастый, небольшого роста, с круглым загорелым лицом и белокурыми волосами, зачесанными в височки. Одет он был постоянно в длинный сюртук, застегнутый наглухо, с черной косынкой, обмотанной вокруг плотной шеи». (Панаева, 1986, с. 87.)

«Ох, в несчастный день, / В бесталанный час, / Без сорочки я / Родился на свет». (КольцовА.В. «Косарь», 1836.)

«В 1841 г. серая жизнь Кольцова неожиданно осветилась ярким счастьем. Он полюбил заезжую купеческую вдову Варв. Григ. Лебедеву… Но счастье продолжалось всего два месяца. Красавица оказалась дамой весьма легких нравов. Наградив Кольцова сифилисом, она бросила его и уехала из Воронежа с офицером. Последний год жизни Кольцова был очень грустен. К полученной болезни присоединилась чахотка, он сильно кашлял, по ночам исходил испариной, развилось воспаление почек». (Вересаев, 1993, т. 2, с. 372.)