Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий - Шувалов Александр - Страница 67

ВАН ГОГ (van Gogh) ВИНСЕНТ (1853–1890), нидерландский живописец, главный представитель постимпрессионизма. Его искусству присущи страстная эмоциональность и остродраматическое восприятие жизни. С 1888 г. создавал трагические образы в болезненно-напряженной манере, построенной на контрастах цвета и порывистого ритма.

Наследственность

[Сестра матери] «…Припадки эпилепсии, что свидетельствует о тяжелой нервной наследственности, сказывающейся и у самой Анны Корнелии. От природы нежная и любящая, она подвержена неожиданным вспышкам гнева…» (Перрюшо, 1973, с. 10.)

[Брат Тео] «…умер спустя полгода после самоубийства Винсента в клинике для умалишенных в Утрехте, прожив 33 года». (Сухой, 1991, с. 5.)

«Ни у кого из братьев и сестер Ван-Гога эпилепсии не было, тогда как абсолютно точно известно, что младшая сестра страдала шизофренией и провела в психиатрической больнице 32 года». (Целибеев, 1973, с. 235.)

Общая характеристика личности

«Из шестерых детей пастора только одного не нужно было заставлять молчать — Винсента. Неразговорчивый и угрюмый, он сторонился братьев и сестер, не принимал участия в их играх. В одиночестве бродил Винсент по окрестностям, разглядывая растения и цветы… Что-то тревожное угадывалось в нем, сказываясь уже во внешности. В лице его можно было заметить некоторую асимметрию. Светлые рыжеватые волосы скрывали неровность черепа. Покатый лоб. Густые брови… Неуступчивый, непослушный, с трудным противоречивым характером, он следовал исключительно собственным прихотям… любой пустяк, любая безделица могли вызвать у него приступ ярости. Впрочем, неуживчивый нрав юного Винсента проявлялся не только в родительском доме. Поступив в коммунальную школу, он прежде всего выучился у крестьянских ребят… всевозможным ругательствам и сыпал ими напропалую, стоило ему только выйти из себя. Не желая подчиняться никакой дисциплине, он выказал такую необузданность, да и с соучениками вел себя так вызывающе, что пастору пришлось взять его из школы… Не вынося чужих взглядов, он подолгу не решается выйти на улицу. Головные боли, рези в желудке омрачают его отрочество. Он то и дело ссорится с родителями». (Перрюшо, 1973, с. 12–13, 15.)

«В письмах можно найти жалобы на какое-то непонятное нездоровье, ипо-хондричность и первые признаки расщепления личности, которые позднее проявились более отчетливо. Религиозность постепенно перерастает в аскетизм и сентиментальный фанатизм. В 1876 г. Винцент оставляет работу и уезжает в Англию… Аскетизм Винцента принимает явно патологический характер: он бьет себя палкой, ест только сухой хлеб, отдает свои золотые часы в качестве подаяния в церкви… Другая особенность этого периода — продолжительное и лихорадочное писание. Винцент копирует длиннейшие проповеди, пишет много писем и т. п. Его сестра тогда писала по этому поводу: “Он пишет так много и быстро, что письма на этих исписанных листах совершенно не поддаются чтению, это — чернильные знаки без всякого смысла, и только”. Эти записи Винцента не служили средством общения с другими людьми… В1878 г. Ван-Гог решил стать миссионером; открывалась возможность поехать в Боринаж, но для этого необходимо было пройти трехмесячную практику в Брюсселе. После окончания этой практики разрешение на миссионерство Винцент не получил. Его эксцентричные и странные манеры, упрямство и абсолютное отсутствие смирения, шокировавшие святых отцов, стали непреодолимой преградой в его стремлении к пастырской деятельности. Не получив утверждения в должности проповедника, Винцент все же решил отправиться в шахтерский поселок Боринаж без официального направления… Ситуация, в которой он оказался, становится все хуже и хуже. Лишен-ный денег и чьей-либо поддержки, Винцент ходит в лохмотьях, становится грязен, совершенно не моется, живет в заброшенной хижине, где спит на охапке соломы… жители Боринажа смотрели на него как на помешанного. Он исповедует грехи у Шахтеров, а затем публично наказывает себя за эти грехи, избивая себя палкой. Периодически он совершает бесцельные странствия, ночуя в стогах сена. Это один из наиболее тяжелых периодов его жизни. В это время родственники уже понимали, что он страдает психическим заболеванием, хотя симптоматика была иная, чем в будущем… Многие, знавшие его в тот период, считали его помешанным, родители же намеревались направить его в одну бельгийскую деревню, жители которой брали в свои семьи душевнобольных». (Целибеев, 1973, с. 235–238.)

[1882 г.] «…В состоянии тяжелой подавленности, усугубленной венерической болезнью, которой он заразился от Син, — поступил на излечение в одну из гаагских больниц. [1885 г.]…Его здоровье, подорванное лишениями (он сидит на однохМ хлебе и много курит, чтобы обмануть голод) и напряженной работой, снова ухудшилось. Один за другим у него выкрошились двенадцать зубов, пищеварение расстроилось, Винсент кашляет, у него рвоты… [1886 г.) В нервном раздражении, к которому примешивалась глухая обида на то, что его не понимают, он невольно обращал свой гнев и на самых близких ему людей. Одержимый единственной мыслью об искусстве, он был нетерпим, груб и вспыльчив… С одним из художников — шотландцем Александром Ридом, которого он встретил… задумал совместное самоубийство». (Перрюшо, 1973, с. 105, 168, 186.)

[Декабрь 1888 г.] «Увидев свой Портрет, написанный Гогеном02, он приходит в нервное возбуждение и восклицает: “Это действительно я, но только сошедший с ума”. Вечером того же дня в кафе возбужденный Ван-Гог бросает стакан в голову Гогена… Вечером 23 декабря 1888 г. во время прогулки Гоген услышал за спиной торопливые шаги и быстро обернулся как раз в тот момент, когда Ван-Гог был готов броситься на него с бритвой. Гоген уходит ночевать в гостиницу». (Шапиро, 1968, с. 287.)

«24 декабря произошло то, о чем арльская газета “Республиканский форум”… сообщила в разделе местной хроники: “ В воскресенье в 23.00 художник ван Гог появился в доме терпимости № 1, вызвал проститутку по имени Рашель и подал ей свое отрезанное левое ухо со словами: “Спрячь хорошенько”. Затем он исчез. Полиция, поставленная в известность об этом событии, которое можно объяснить лишь безумием несчастного, обнаружила его в собственной постели почти без признаков жизни”. Винцента поместили в больницу. В течение 3 дней он всех прогонял от себя, умывался в угольном ведре, отказывался от приема пищи, периодически выкрикивал фразы религиозного содержания, пускался в длинные рассуждения о философии и теологии. Постепенно состояние его начало улучшаться… 7 января 1889 года был выписан из больницы. В тот же день художник написал Тео: “Я надеюсь, что со мной ничего особенного не случилось — просто, как это бывает у художников, нашло временное затмение…” Однако состояние больного остается тяжелым: бессонница, ночные страхи, бред отравления, религиозные идеи, застывание в одной позе, отказ от еды в течение многих дней, упадок сил… В феврале 1889 года ван Гога опять госпитализируют: главный врач арльской больницы д-р Урпар ставит диагноз “острая мания с генерализованным бредом”. Через 2–3 недели острое состояние спало, приступы возбуждения, во время которых ван Гога запирали в изолятор для буйно-помешанных, стали реже… и художник вновь был выписан домой. Он остался без присмотра, полуголодный, презираемый обывателями. В марте около 80 жителей Арля обратились к мэру с требованием изолировать безумного художника, и его поместили в больницу в третий раз. Клиническая картина была прежней». (Буянов, 1989, с. 198–199.)

[Письма к брату Тео в марте 1889 г.] «Полицейский комиссар или директор в ответ на это распорядился снова меня запереть. Как бы то ни было, меня посадили на много дней под замок, в камеру сумасшедшего, под охрану сторожей, не доказав моей вины или не будучи в состоянии этого сделать… Господин Рей63 говорит, что я вместо того, чтобы хорошо и правильно питаться, поддерживал себя водкой и кофе. Я признаю это. Однако правильным останется и то, что для того, чтобы достигнуть той резко-желтой ноты, которая мне удалась этим летом, все нужно было довести до крайности». (Ван Гог, 1994, т. 2, с. 194, 200.)