Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий - Шувалов Александр - Страница 88

«Слишком своеобразный и капризно-индивидуальный, чтобы создать собственную школу, он тем не менее делается законодателем для новейшей молодой литературы… Гамсун — яркий и крайний индивидуалист, черпающий материал для творчества исключительно пз собственных переживаний. Отсюда его совершенно особенный, стихийный импрессионизм… Гамсун так своеобразен и самобытен, что трудно установить определенную связь его с другими писателями». (Нолтоновская, 1993, с. 617–618.)

[1886 г.] «… Когда у него сдавали нервы, впадал в неистовство, и высокомерие его достигало мании величия. Он слишком легко терял равновесие, такой человек никому не был нужен». (Гамсун, 1999, с. 111.)

«Дневные грезы, доходящие до галлюцинирования. Эдипов комплекс. Ипохондрик. Сам называл себя неврастеником». (Hitschman, 1928, с. 363.)

«Вера Гамсуна в иррациональные силы и мистику была воистину поразительна. Она нашла отражение во многих его романах и прежде всего в “Мистериях”… Когда он 4 января 1926 г. стал одним из первых норвежцев, подвергших себя полному курсу психоанализа, то это было лишь еще одним подтверждением того, что вера его в таинственные силы не прошла». (Будур, 1999, с. 452.)

«После войны Гамсуна хотели судить (как и Квислинга87), но сжалились; даже не врачам было понятно, что писатель давно уже впал в состояние старческого маразма». (Буянов, 1989, с. 96.)

[Судебное постановление по делу Гамсуна от 19.12.1947 г.] «В заключении суд считает необходимым заметить, что Гамсун осенью и зимой 1945 года проходил обследование в психиатрической клинике. В медицинском заключении <…> говорится, что Кнут Гамсун не является психически больным и не был им в период войны». (Будур, 1999, с. 462.)

«В 1949 году, когда Гамсуну было 90 лет и он уже больше трех лет числился неизлечимым больным с признаками старческого слабоумия, а потому освобожден от наказания за прогитлеровские симпатии, вышли мемуары “На заросших тропинках”, охватывающие его жизнь с мая 1945 по июнь 1948 года.

Казалось бы, воспоминания, созданные в таком возрасте, да еще в стенах психиатрической лечебницы, куда Гамсун был заточен своими бывшими читателями… должны были показать если не старческий маразм, то хотя бы угасание таланта. Ничего подобного — все написано так, словно автору не 90, а по мень-шей мере 45 лет». (Буянов, 1996, с. 159.)

Особенности творчества

[Из письма К. Гамсуна от 1909 г.[ «Известная часть того, что написал, возникала ночью, после того как просплю несколько часов и проснусь. Тогда у меня ясные мысли, и я очень чувствителен. У постели всегда лежит бумага и карандаш, никакого освещения не зажигаю, но начинаю писать тут же в потемках, как только почувствую прилив вдохновения. Это у меня стало обычаем, и мне не трудно утром прочитать написанное». (Цит. по Арнау-довМ., 1970, с. 373.)

Мы встречаемся с противоречивыми па-тографическими сведениями. С одной стороны, в старческом возрасте о Гамсуне, казалось бы вполне обоснованно, говорят как о человеке, впавшем в состояние маразма и слабоумия. С другой стороны, именно в эти годы (1945–1948) престарелый писатель пишет свою очередную книгу мемуаров. Подобная нестыковка говорит о некорректности данных определенных авторов. Скорее всего «слабоумие» Гамсуна было весьма относительным и ограничивалось обычными для преклонного возраста старческими изменениями личности. Кстати, и официальное медицинское заключение психически больным его не признало.

ГАНДИ МОХАНДАС КАРАМЧАНД (1869–1948), индийский политический деятель, руководитель национально-освободительного движения, философ. Прозван Махатмой («Великой душой»); убит членом экстремистской организации.

«Мне шел тогда двенадцатый год. Не помню, чтобы я хоть раз солгал учителям или школьным товарищам. Я был очень робок и избегал общества детей. Единственными друзьями были у меня книги и уроки… Я… терпеть не мог с кем-нибудь разговаривать… Кроме того я был трусом… Я не решался выйти ночью из дому. Темнота приводила меня в ужас. Я не мог спать в темноте… Поэтому я спал только при свете». (Ганди, 1969, с. 41, 52.)

«Однажды, поддавшись на уговоры друга, он пошел с ним в публичный дом, но там внезапно оглох и ослеп, так и не совершив греха. Это случилось не потому, что он боялся женщин: как и все члены его касты, Ганди женился в тринадцать лет, но ни разу не изменил своей жене». (Вандерхилл, 1998, с. 448.)

«…Углубляясь в созерцание и размышление, пил экстракт из корня рау-вольфии, чтобы отрешиться от мира и целиком уйти в глубины своих мыслей». (Григорьев, Мархасев, 1973, с. 126.)

«Образ жизни находился под влиянием раувольфии (резерпина), лекарства, которое Ганди принимал на протяжении многих лет из-за повышенного давления. Как следствие этого — вдумчивость и кротость в поздние годы. Сниженная сексуальная потребность обусловлена вегетарианским питанием». (Fabricant, 1960; цит. по Lange-Eichbaum W., Kurth W., 1967, c. 365.)

«Вегетарианец, вследствие чего можно предположить вытеснение первоначальных агрессивных каннибалисти-ческих тенденций». (Hitschman, 1945, с. 208–209.)

«Не будь у меня чувства юмора, я бы давно покончил с собой». (Ганди)

«Внезапность» глухоты и слепоты, наступивших у Ганди при посещении публичного дома, является классическим примером психогенной (истерической) слепоты и глухоты, или (по новой Международной классификации болезней) диссоциативным расстройством ощущений, потери чувственного восприятия.

ГАРВЕЙ (Харви) (Harvey) УИЛЬЯМ (1578–1657), английский врач, основатель современной физиологии и эмбриологии. В 1623 г. назначен придворным врачом. Описал большой и малый круги кровообращения (1628). Подвергался гонению со стороны современных ему ученых и церкви.

«Взгляды Гарвея встретились с острой критикой со стороны многих врачей, прежде всего со стороны анатомов. Поскольку Гарвей рассматривал проблему кровообращения, или по-латыни, circulatio sanquinis, противники прозвали его “circulatior”. Прозвище весьма обидное, так как по-латыни оно значит “шарлатан”, “обманщик”. Споры о кровообращении вышли далеко за пределы круга специалистов и стали темой комедии Мольера “Мнимый больной”». (http://www.n-t.org/ri/fd/ pml5.htm)

«Ученый почти 30 лет проверял и обдумывал результаты исследований, прежде чем в 1628 г. изложил свою теорию кровообращения в книге “Анатомическое исследование о движении сердца и крови у животных”. После выхода книги в свет Гарвей подвергся жесточайшим нападкам. Ведь церковь и тогдашняя медицина запрещали даже сомневаться в правильности учения Галена. Гарвей пережил преследования церкви, клевету современников, потерю состояния и врачебной практики. И все же он дожил до признания своей правоты. Многолетние гонения не сломили Гарвея. Он снова рискнул опровергнуть общепринятые мнения. В то время ученые допускали возможность самозарождения живых организмов из неживого — лягушек из ила, червей из грязи и пр. Наблюдения Гарвея свидетельствовали о том, что зародыши всех исследованных им животных — беспозвоночных, птиц и млекопитающих — развиваются не из неживых веществ, а из яйца. В 1651 г. вышел его труд “Исследования о зарождении животных”, положивший начало эмбриологии, в котором Гарвей утверждал: “Все живое из яйца”, отвергая идею самозарождения». (http://dyno.nm.ru/bl6.html)

«Последние годы Гарвей жил уединенно. Уже не надо было бороться за свое открытие. Новое поколение английских физиологов и врачей видело в нем своего патриарха; поэты… писали в его честь стихи». (Самин, 2000, с. 59.)

«С 1654 г. Гарвей жил в доме своего брата в Лондоне или в предместье Рохам-птон. Был избран президентом Коллегии врачей, однако отказался от этой почетной должности, сославшись на преклонный возраст», (http://krugosvet.ru/ articles/36/1003636/1003636al.htm)