Безумные грани таланта: Энциклопедия патографий - Шувалов Александр - Страница 89

«Гарвей был женат, но не имел детей». (http://www.100top.ru/encyclo-pedia/article/? Articleid=308 73).

«Обладал раздражительным и чрезвычайно эксцентричным характером. Страдал подагрой». (Nisbet, 1891, с. 230.)

«Ранимая и депрессивная натура». (Ланге, 1928, с. 21.)

Резко отрицательное отношение современников к крупному открытию — явление довольно обычное в научном мире. Не каждому ученому оказывается по силам выдержать столь жесткий прессинг (см. Земмельвейс). Поэтому раздражительность и «ранимость натуры» Гарвея вполне понятны, а слух об «эксцентричности» его характера, скорее всего, родился в результате смелого и оригинального научного мышления английского естествоиспытателя.

ГАРСИА ЛОРКА (Garcia Lorca) ФЕДЕРИКО (1898–1936), испанский поэти драматург; расстрелян фашистами.

«За маской Любви всегда прячется Смерть».

Гарсиа Лорка

Общая характеристика личности

«Детство — в доверчивости, беззащитности и в полном неумении вести практические дела, в покоряющей естественности и фантастических выдумках, о которых вспоминают друзья. И в том, что он не стремился печатать свои стихи: на книжном листе стихотворение казалось ему мертвым. А читать любил, и читал всегда, когда просили. И еще любил дарить стихи — беспечно, не оставляя себе ни черновика, ни копии». (Малиновская, 1986, с. 6.)

«В 21 год он несколько часов рыдал дома от унижения и отчаяния, узнав, что один из “закоулочников” назвал его гомиком. Он так прятал “позорный недостаток”! Не позволял себе вольностей. В его облике ведь нет ничего женского». (Некрасова, 2001, с. 182.)

«По меньшей мере пять раз на день поминал Лорка о своей смерти. Ночами он не мог заснуть, если мы все вместе не шли его “укладывать”. Но и в постели он все равно умудрялся до бесконечности продолжать самые возвышенные, исполненные духовности поэтические беседы, которые знал нынешний век. И почти всегда кончались они разговорами о смерти, и прежде всего — о его собственной смерти. Лорка изображал и напевал все, о чем говорил, особенно все, что касалось его кончины». (Дали, 1991, с. 111.)

[Из интервью от 10.03.1934 г.] «Смерть… Все напоминает о ней. Безмолвие, покой, умиротворенность — ее предвестники. Она властвует. Все подчинено ей… Я не могу и на минуту прилечь на постель в туфлях… Когда я смотрю на свои ноги, меня охватывает предчувствие смерти. Ноги, когда они лежат — вот так, опираясь на пятки, ступнями вперед, напоминают мне ноги мертвых, которые я видел ребенком. Так они и лежали — недвижные, одна подле другой… Это сама смерть». (Гарсия Лорка, 1986, с. 444.)

«Донья Смерть ковыляет / мимо ивы плакучей, / с нею старые бредни / вереницей попутчиц». (Гарсиа Лорка. «Луна и Смерть», 1921.)

«Страх смерти никогда не отпускал его. Когда мы выходили в море на лодке — при полном штиле, — Федерико боялся смотреть на воду: у него кружилась голова, ему казалось, будто лодка вот-вот перевернется и мы потонем. Если же море хоть чуточку волновалось, Федерико опасался, что лодку захлестнет и мы захлебнемся. А когда вся компания шла купаться и мы с Сальвадором уплывали довольно далеко, Федерико оставался на берегу. Он и не приближался к воде, если нас не было рядом, — волна, даже крохотная, вызывала в нем священный ужас. Он боялся, что “море поглотит его”. А если и соглашался войти в воду — на полшага от берега, не дальше! — то при одном условии: я должна была держать его за руку. Он боялся, что утонет». (Дали, 1997, с. 252–253.)

«Вытянувшись на кровати, Федерико придает своему лицу “страшное и обреченное” выражение. При помощи одной только мимики, совершенно молча, он изображает смерть и — стадия за стадией — длительное разложение… Затем Лорка показывает, как изъеденное червями тело кладут в гроб, закрывают крышку, а потом — процессия медленно тянется по улицам Гранады… Дали рассказывает, что, когда напряжение собравшихся достигало предела, поэт разражался резким смехом, выталкивал приятелей из комнаты, не переставая смеяться, укладывался и спокойно засыпал. С помощью этого необычного фарса Лорка, которого постоянно мучил страх смерти, как бы отводил ее от себя и получал короткую передышку в непрестанной борьбе с паническим ужасом». (Рохас, 1998, с. 47–48.)

«Рекою душа играла / под синей ночною кровлей. / А время на циферблатах / уже истекало кровью». (Гарсиа Лорка. «Ноктюрны из окна».)

«…В 1956 году некто Шонберг… выдвинул гипотезу, согласно которой Гарсиа Лорка стал жертвой соперничества людей с отклонениями в сексуально-эмоциональной сфере. Среди них автор называет самого поэта, Руима Алонсо, гранадского художника Габриэля Морсильо и Луиса Росалеса… Трескастро воскликнул: “…Нам порядком надоели педики в Гранаде”». (Гибсон, 1983, с. 228, 239.)

«Немолчное сердце — / источник желаний — / иссякло. / Пустыня — / осталась». (ГарсиаЛорка. «Апотом…», 1921.)

Особенности творчества

«В одном из самых печальных и серьезных своих писем он говорит другу: “Следи, чтобы твои обстоятельства не просочились в стихи, иначе поэзия сыграет с тобой скверную штуку и сокровенное выставит напоказ”». (Малиновская, 1986, с. 7.)

«Лорка — и это подтверждают опубликованные недавно нежные и чувственные письма их друг к другу — был безумно и безутешно влюблен в молодого Дали88, который отвечал ему взаимностью, хотя опасался прослыть гомосексуалистом». (Верников, 1994, с. 7.)

«Гомосексуальный характер этой дружбы никого не интересовал бы, не появись в результате крупнейший поэт и крупнейший художник Запада XX века». (Рохас, 1998, с. 8.)

Все отмененные психические нарушения поэта не выходят за рамки невротических расстройств и отклонений сексуального предпочтения. Но если гомосексуализм не является психическим заболеванием, то различные фобии, навязчивые представления и действия Iapcuu Лорки уже определенно относятся к неврозам (невроз навязчивых состояний, специфические фобии и т. п.).

ГАРШИН ВСЕВОЛОД МИХАЙЛОВИЧ (1855–1888), русский писатель. Для его творчества характерно обостренное восприятие социальной несправедливости. Покончил жизнь самоубийством.

Наследственность

[Дед по линии отца] «…на всякое горе реагировал тем, что спал по несколько дней. Шизоид. Бабушка… страдала циркулярным психозом. Говорили, что она “внесла безумие в род Гаршиных”… Двоюродный брат — Федор Николаевич Гаршин — 42 лет, узнав о том, что брат его отдан под суд за растрату, отравился. Двоюродный брат — Сергей Николаевич Гаршин — моряк, любитель женщин, сильно пил. Умер от прогрессивного паралича. Двоюродный брат — Леонид Николаевич Гаршин — нигде не мог кончить курса, глупый, ни к чему не способный. Тетка — Александра Егоровна К-a, урожденная Гаршина. С большими странностями, совершенно несдержанная, видела во всем то, чего не было: подозревала окружающих родных и знакомых во всяческих преступлениях любовного характера (изнасилование, кровосмесительство, незаконные и противоестественные связи)… Бездетная.

Тетка — Мария Егоровна (ур. Гаршина). Страдала пляской св. Витта… Среди ее детей несколько больных алкоголизмом. Тетка — Василиса Егоровна (ур. Гаршина)… ее дети покончили с собой… Дядя — Иван Егорович… умер в психиатрической больнице. Тетка — Ольга Егоровна (ур. Гаршина)… умерла в состоянии глубокого слабоумия. Сын Ольги Егоровны… истеричный (припадки), страдал агорафобией и циркулярным психозом… Отец — Михаил Егорович Гаршин: добрый и кроткий, слабовольный, картежник. Страдал циркулярным психозом… Назывался “Мишель странный”. Под конец жизни страдал каким-то видом умственного расстройства… Брат Гаршина — Георгий Михайлович Гаршин — очень способный, талантливый адвокат; сильно пил, отличался неукротимой дерзостью, вел вообще очень бурную жизнь, был женат 3 раза. 50-ти лет застрелился в 1895 году в стадии депрессии… Брат Евгений Михайлович Гаршин… добрый, мягкий, но крайне слабохарактерный, с колебаниями настроения… Его дочь… с 14,5 лет страдает циркулярным психозом. Несколько раз находилась в психиатрических больницах. Во время психоза наблюдались кататонические явления». (Сега-лин, 1925а, с. 65–68.)