Бронированные жилеты. Точку ставит пуля. Жалость унижает ментов - Словин Леонид Семенович - Страница 149

— Что это? Разверните, пожалуйста…

Авгурова не пошевелилась.

Тщательно упакованные Сократисом Романиди пакеты легли отдельно. Отказ Авгуровой сотрудничать таможенницу вовсе не смутил.

Так же привычно она удалила упаковку со свертков.

Глазам таможенников предстало перевозимое .

Продолговатые мелкие крупицы, круглые белые шарики. Отдающие фиолетовым осколки раковин редчайших моллюсков…

— Натуральный жемчуг… — Таможенники была удовлетворены.

Контролер осведомился официально:

— Почему вы не указали в декларации?

Дальнейший разговор с ним не имел смысла. Кто–то дал соответствующую команду таможне в Аэропорту. Может даже не сверху.

Все было похоже на плохо отрежиссированный спектакль.

— Молчите? — спросил контролер. — Тем хуже. Тут состав уголовного преступления. Контрабанда натурального жемчуга на тысячи долларов. Крупный размер…

ГЕНЕРАЛИТЕТ.

Спецсообщение на Верх о дерзком налете вначале слегка придержали надеялись на чудо. Но чуда не произошло.

Нападавшие скрылись.

В 22.40 генерал Скубилин дал команду ориентировать городские подразделения и уведомить МВД СССР. Дольше тянуть было нельзя.

Министра поставили в известность незамедлительно.

Еще через несколько минут информация о дерзком нападении в самом Центре Москвы на машину с инкассаторами, убийстве трех человек и краже почти миллиона рублей была получена Административным отделом ЦК КПСС.

Сообщение произвело впечатление разорвавшейся бомбы.

О готовности личного состава милиции к обеспению образцового общественного порядка в период работы Съезда трубили уже полгода. Рапортовали, отчитывались, докладывали. Казалось птица не могла невидимо пересечь колею, по которой дви

нутся депутаты…

Тем не менее все произошло.

И наиболее вызывающим образом.

Бандиты выбрали для нападения самый разгар проводов, когда на перроне нельзя было протолкнуться среди наполнивших его знатных провожающих ветеранов КПСС, столичного партактива, лучших представителей рабочего класса столицы, не говоря уже о сотрудниках КГБ и милиции…

Степень разочарования и ответную реакцию организаторов было трудно себе представить…

Козлов — глава Транспортного КГБ с беспокойством следил за разрастанием скандала, хотя притензии лично к нему и его службе не могли быть чрезмерными.

С делегатами Съезда на вокзале все обстояло благополучно.

Уголовники — не были контингентом спеслужб.

Транспортное КГБ не собиралось делить вину за происшедшее вместе с ментами, его сотрудники один за другим покидали депутатскую комнату через вторую дверь, минуя перрон…

Лично Козлова беспокоило, как бы ЧП на вокзале не отразилось на судьбе задержанной с контрабандой жены Авгурова — она оставалась в Шереметьеве. Материалы об ее аресте и возбуждении уголовного дела, если бы не бандитский налет на инкассаторов, могли быть уже утром доложены транспортному прокурору…

" Менты, мать их… Под носом у себя не видят!»

Неизвестно, чем бы все закончилось для ментов, если бы не неожиданное спецсообщение, которое поступило на Верх почти сразу вслед за первым…

МВД сообщило о впечатляюще–быстром и результативном задержании преступников и возвращении похищенного.

На Верху снова был шок, но теперь уже от радости. Немедленно был найден ракурс под которым информация двинулась дальше — в Секретариат ЦК КПСС , в прессу.

Победная реляция!

" … Столичная Краснознаменная… — Слагаемые рапортов такого рода были все известны. — Высочайший профессионализм. Всегда стоять на страже интересов… Социалистическая законность… Родные Партия и Правительство…»

Поражение ментов в мгновение обернулось победой.

Несмотря на поздний час из МВД СССР поступали все новые подробности.

Рядом с трупом одного из преступников, некоего Голицына, был изъят пистолет системы Макарова — табельное оружие, принадлежавшее убитому милиционеру отдела милиции Москва–Белорусская, объявленное в розыск…

Информации шли одна за другой.

Генералитет стремительно набирал очки.

«… Полностью возврашены в Государственный банк СССР похищенные у государства деньги в сумме 833.120 руб 55 коп. Готовится подробное спецсообщение…»

Почти одновременно МВД СССР ходатайствовало о представлении к высоким правительственным наградам тех, кто проявил героизм и мужество при защите социалистической собственности от преступного посягательства…

Таких было четверо.

Трое из них были представлены посмертно. Еще один — инкассатор, доставленный с тяжелейшими ранениями в Склиф, вместе с врачами боролся в это время за свою жизнь.

Второй список отличившихся–составленный наскоро — включал в себя живых — тех, кто, по мнению руководства, обеспечил организацию образцового общественного порядка в Москве во время исторического действа. Сюда попала вся основная руководящая обойма, а, кроме того, те, кто сумел во время подсуетиться, с кем расплатились за оказанные ими прежде услуги, и те, кого, наоборот, хотели проавансировать…

В спешке, как водится, упустили водителя–милиционера ППГ и старослужащего, первыми заметивших зеленоватый «Жигуль» с бандитами…

Вокзальные розыскники во главе с Игумновым в него также включены не были — списки готовили в их отсутствии, предполагалось, что и тех и других поорят их непосредственные руководители.

Зато чья–то легко узнаваемая, имеющая власть рука, в последнюю минуту пополнила ходатайство еще тремя особо отличившимися:

" Картузов П.А. — начальник отдела внутренних дел — подполковник милиции;

Саидов С.М. — старший оперуполномоченный — старший лейтенант милиции;

Смердов В.А. — заместитель начальника отделения — подполковник милиции…»

Более подробное спецсообщение в ЦК КПСС тоже не заставило себя ждать, оно оказалось в большей степени взвешенным и отражало расстановку соперничавших групп.

Из первоначального текста, в частности, было изъято упоминание об объявленном в розыск пистолете «макарова»…

Генерал Скубилин, бывший благодаря замминистру Жернакову в курсе всего происходившего, первым оценил цену сделанной купюры:

" Кто–то выручает транспортного прокурора!.. "

Догадаться об этом не составляло сложности.

То, что бандиты использовали пистолет убитого милиционера бросало тень на качество прокурорского расследования. Если бы следствие проведено было объективно и полно, Голицын и Волоков не оказались бы на свободе, не могли бы совершить то, что они совершили. Невиновный не был бы приговорен к высшей мере…

Вместо прокурора, вину за это теперь должен был взять на себя кто–то другой.

Увы! Этим «кто–то» запросто мог стать он, генерал Скубилин.

" Слабый контроль за деятельностью начальника уголовного розыска Москвы–Белорусской…» — Того, скорее всего, теперь ждали арест и суд. Но об этом Скубилин сейчас не думал.

" Защищают транспортного прокурора! "

Это был о дурным знаком и для него и для его комитетского партнера, для Козлова.

МЕНТЫ. ИГУМНОВ.

Игумнова с его замом подбросила на вокзал одна из патрульных машин, следовавших с пустыря с оставленным преступниками «жигулем», деньгами и оружием.

Еще по дороге по рации прослушали ориентировку, в которой перечислялись все участники бандитского нападения на инкассаторов.

— " Субанеев Виталий Александрович… — Далее следовал год рождения, адрес, приметы. — Голицын… Волоков Юрий… — " — И снова полные установочные данные.

Преступников уже разыскивали.

Совершенно непонятно было, как Московский Главк успел так быстро развернуться. Между тем личности убитых еще не были установлены.

— МУР есть МУР! — водитель, который их вез, обернулся, подмигнул транспортниками. — Не железка…

До вокзала доехали без происшествий.

Мероприятия проводов делегатов съезда тут еще продолжались.

Где–то на входных стрелках уже постукивал очередной состав. Гремела музыка.