Ужасный Круз - Шэн Л. Дж. - Страница 10

У меня были свои взгляды на мир и на культуру отмены в маленьком городке. Я не был поклонником мисс Тернер, но должен признать: многое из того дерьма, которое выливалось на нее, было похоже на ревность и мелочность.

– Конечно, – я запихнул в рот побольше запеканки. – Как только вернусь из круиза. У меня сейчас много дел на работе.

– О! Еще сын миссис Веллы, Энтони. Он сказал, что собирается поступать в медицинскую школу, и спросил, может ли отправить тебе несколько вопросов по электронной почте. Я, конечно, сказала «да».

– Конечно, – повторил я, пережевывая пищу и скрежеща зубами.

Сказать «нет» было невозможно. Я был идеальным сыном, идеальным соседом, идеальным знакомым. Всегда готовым помочь.

– И еще кое-что, прежде чем я уйду. Твой отец хочет знать, не мог бы ты просмотреть его портфель ценных бумаг, прежде чем мы отправимся в круиз. Ты же знаешь, он совершенно не разбирается в этом.

– Считай, что уже сделано. Зайду завтра.

Ага.

Быть идеальным утомительно.

Особенно когда внутри я чувствовал себя совсем иначе.

В тот момент, когда я думал, что пятидесятичасовой рабочий день не может быть длиннее, мне позвонили и попросили вернуться в клинику, потому что ребенок миссис Боровски, Дженсен, решил, что проехаться колесом игрушки «Поезд Томаса» по своей мошонке – хорошая идея.

Это был второй случай с Боровски в этом месяце, буквально две недели назад ее дочь попала ко мне с жалобой на какашки цвета радуги и размазанной ухмылкой, как у джокера.

Очевидно, маленькая Элин тогда решила, что полакомиться мелками – тоже отличная идея.

Я приехал в клинику, извлек поезд радости из орешков Дженсена и добродушно объяснил ему, что это область тела еще не раз доставит ему неприятности, а затем, с хлюпающим звуком стягивая медицинские перчатки, заметил, что Тринити, моя будущая невестка и медсестра, проскользнула в кабинет.

– Доктор Костелло.

– Пожалуйста, Тринити, зови меня Круз, когда рядом нет пациентов. Мы скоро станем семьей.

– Круз. – Тринити попробовала мое имя на вкус, застенчиво улыбаясь. – Тебя вызвали на срочную процедуру?

Она открыла один из моих картотечных шкафов и положила туда папки пациентов.

Тринити была симпатичной блондинкой с заплетенными в косу волосами, сдержанным гардеробом и слишком большим количеством веснушек. Она была воспитанной, доброжелательной и… скучной. Ее ни за что нельзя было спутать со старшей сестрой – ходячей бомбой, которая составила бы конкуренцию некоторым лучшим голливудским звездам.

По сравнению с ней Тринити была почти невзрачной. Больше всего она была похожа на ангелочка, а Теннесси – на нечто, созданное дьяволом для грехопадения.

Однако, в отличие от своей сестры, медсестра Тернер не обладала манерами дикого кабана, поэтому я не возражал, что она работала под моим началом, даже если она брала пятьсот дней отпуска в год.

– Не спрашивай, – хрипло и с усмешкой произнес я.

– Хорошо. Тогда позволь мне спросить тебя кое о чем, – она повернулась ко мне. Ее руки лежали на талии, обтянутой бледно-голубой униформой медсестры. – Можешь оказать мне услугу?

– Конечно, сестренка.

Я тепло улыбнулся, а «сестренка» добавил для того, чтобы она поняла: ни одна из вещей, которые я готов сделать, не включает ее саму.

Лучше перестраховаться, чем потом сожалеть, являясь официальным секс-символом города. Хотя люди продолжали принимать меня за Райана Гослинга из того фильма, где он встречался с надувной куклой, потому что у его героя были усы.

Я подумывал избавиться от них только потому, что мне все время казалось, будто люди представляют себе, как я таскаю за собой секс-куклу, но в итоге я привязался к этому ублюдку. Физически и духовно.

– Мою сестру Несси завтра нужно отвезти в порт. Ее машина сломалась, а мои родители повезут нас с Уайаттом. Плюс, с нами еще будет Мишка.

Провести час в замкнутом пространстве с Теннесси Тернер?

Не вопрос. Только вот никто бы так не ответил. Никогда.

Но я был мистером Совершенство.

Отказать – означало признать себя фальшивкой.

Кроме того, я должен был как-то оставить в прошлом тот случай с ударом по шее. В будущем нам с Теннесси предстояло провести вместе бесчисленное количество Дней благодарения, рождественских каникул и крестин детей.

Лучше решить все сейчас, пусть и необдуманно, чем снова оказаться в подобной неловкой ситуации через несколько месяцев.

– Конечно. Завтра я подвезу ее в порт.

– То есть тебе придется забрать ее из «Джерри и сыновья». Ты не против?

Я расстегнул свой белый лабораторный халат, добродушно улыбаясь.

– Там же лучшие молочные коктейли в городе. С удовольствием.

– Поможешь ей с сумками? Она не путешествует налегке.

Ни за что.

Один только лак для волос и каблуки могли бы потопить «Элейшн».

– Дорогая, считай свою сестру моей сестрой. Я помогу ей со всем, что нужно.

Тринити запищала, странно размахивая руками, словно пытаясь взлететь.

– Оу. Спасибо тебе большое! Ты лучший! – Она уже готова была уйти, но остановилась у двери, прикусив губу. – А, еще, я просто хотела сказать: так здорово, что ты с Габриэллой. Я думаю, что вы очень подходите друг другу.

А вот и тревожный звоночек.

Габриэлла до сих пор не сказала своим подругам, что мы расстались? Не сказать всем – это одно. Но не сказать лучшей подруге?

Я собирался прояснить ситуацию и убедиться, что все знают, что я свободен.

…но сначала я должен был пережить это наказание в виде круиза.

Пять

Теннесси

Мы неслись на всех парах, но опаздывали.

На самом деле, «неслись» – совсем не то слово.

Скорее, мы очень быстро ползли.

Естественно, по моей вине.

Мы с Крузом попали в послеобеденную пробку в Порт-Уилмингтон. Его Audi двигалась со скоростью улитки, застряв среди сотни других машин.

Он был восхитительно вежлив и молчалив всю дорогу из Фэйрхоупа, но, судя по пульсирующей жилке на его виске, которая была любопытного гранатового оттенка, я была уверена, что он вот-вот ударит меня.

– Напомни мне еще раз, – пробурчал он, с силой сжимая руль. – Что задержало тебя в «Джерри и сыновьях» на сорок минут, пока я слонялся по стоянке, как наркодилер класса «Б»?

Я задержалась, потому что мою новую коллегу-стажерку, Трикси, мать-одиночку с двумя детьми, бросил муж, явно идиот, ради молодой модели всего три недели назад.

У нее был нервный срыв – что неудивительно, ведь это была ее вторая смена и она никогда в жизни не работала, – и мне пришлось подменить ее и помочь обслужить столы.

Конечно, я не собиралась рассказывать об этом или объясняться с надменным дураком.

Я ничего ему не должна.

– Я уже говорила. – Я опустила солнцезащитный козырек и открыла зеркало, чтобы подчеркнуть форму верхней губы помадой приятного розового оттенка. – Я должна была подобрать цвет помады, сочетающийся с моим нарядом.

– На тебе форма официантки.

– Именно. Ты знаешь, что существует более тысячи оттенков розового?

– А ты знаешь, – ответил он, – что «Элейшн» отправляется через пятнадцать минут и мы пропустим круиз?

– Ерунда, – я пренебрежительно отмахнулась. Секрет был в напускной уверенности. – Мы успеем, и все будет замечательно.

– Это взаимоисключающие вещи. Если ты будешь там, ничего замечательного в этом круизе не будет.

– Ой, – сказала я, очень ровно, чтобы подчеркнуть, что мне все равно. – Разве мы не можем просто поладить?

– Шансы на то, что мы когда-нибудь поладим, улетучились, когда ты ударила меня по горлу шесть лет назад.

Я не могла поверить, что ему хватило дерзости поднять эту тему как бы невзначай.

– Я целилась тебе в лицо.

– Вы по-прежнему так же бездарны, как и жестоки, мисс Тернер.

– Что случилось с «прошлое остается в прошлом»?

– В нашем случае это неприемлемо. Ты бы избила меня до смерти, если бы не свидетели.