"Фантастика 2023-100". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Голотвина Ольга - Страница 520

Последний граф тратил большие деньги на то, чтобы извести нежить, совсем на этом издержался, впал в зависимость от ансуйских ростовщиков, и по их совету притащил на свою голову палатинских наемников.

Когда те захватили Брукмер и казнили графа, то превратили замок в казарму. Богатые фрески покрылись чадом от костров и факелов. Гобелены частью продали, частью изодрали на портянки. После этого город и замок пережили еще многомесячную осаду королевских войск, что процветанию также не способствовало.

Теперь в замке жил новый маркграф: человек аскетичный, экономный до скупости. Слуг он держал немного, праздных придворных не держал вовсе, солдат своих — кроме роты личной охраны — разместил в городе. Оттого большая часть огромного замка пустовала. Ходили слухи, что по этим холодным и пустым покоям до сих пор бродит призрак последнего графа Витольда, сожженного иеремитами на костре, и громко плачет о былом величии.

По этим-то коридорам, холодным и гулким, шагали мы в сопровождении алебардистов из маркграфской гвардии. Путь от замковых ворот до маркграфских покоев оказался удивительно долгим и по безлюдности мог посоперничать с Чернолесьем. Пару раз дорогу нам преграждали часовые, обменивавшиеся паролями с нашими провожатыми. Еще раз-другой мы видели спешащих по своим делам слуг или чиновника с кипой бумаг. Зато часто попадались крысы, удивительно наглые, почти не стеснявшиеся присутствия людей даже в дневное время.

Наконец, солдаты привели нас к высокой дубовой двери. Командовавший ими сержант зашел внутрь, чтобы доложить о нас, и минуту спустя вернулся, приглашая нас войти.

За дверью оказался просторный кабинет, в котором сперва бросались в глаза до блеска начищенные рыцарские доспехи, установленные напротив входа. Рядом с ними всю стену занимала коллекция мечей, аккуратно расположенных на подставках. Чего тут только не было: от коротких и тонких кортиков до огромного, хищно извивающегося фламберга, занявшего место под самым потолком.

Маркграф расположился возле пылающего камина за массивным столом черного дерева, беспорядочно заваленным бумагами и кое-где заляпанным чернильными пятнами. Был он немолод, высок, мускулист и совершенно лыс, а ворот черно-красного камзола, казалось, готов был вот-вот лопнуть от напора его бычьей шеи.

— Мне передали, что вы прибыли из Кернадала, — сказал он, едва взглянув на нас.

Я кивнул.

— Мы хотели бы услышать, чем можем быть полезны вашему сиятельству, — произнес я, когда молчание стало затягиваться: казалось, его сиятельство про нас забыл, погрузившись в чтение бумаг. — Мое имя Руман из Брукмера, а это…

— Вы можете быть полезны тем, что вытащите занозу из моей задницы, которая называется «Монастырь Клугстер», — раздраженно перебил его сиятельство, не поднимая головы. — До вас там, в вашем Кернадале, уже дошли вести?

— Увы, нет, — ответил я. Если Сергею что-то и было известно об этом монастыре, мне он ничего не сообщил.

— Его осадила армия нежити, — произнес маркграф.

Я услышал, как за моей спиной Макс удивленно закашлялся. Армия нежити? За время, проведенное в Кернадале, я насмотрелся на нежить, и был уверен, что никаких армий из нее быть не может. Тамошние монстры вели себя, как животные: подчас весьма опасные и даже неглупые, но разумного поведения и командной тактики я за ними никогда не замечал и не слышал, что такое бывает. Разве что тот случай с таинственной трубой…

— Вы уверены, ваше сиятельство? — переспросил я.

Маркграф впервые за время нашей беседы поднял на меня серо-стальные глаза, просверлив меня ими за пару секунд до самого основания черепа.

— Послушай, парень, я похож на человека, который болтает всякий вздор и не отвечает за слова? — медленно, с расстановкой спросил он.

Я помотал головой.

— Вот, — кивнул его сиятельство. — Поэтому, если я говорю, что монастырь осадила армия нежити, значит, монастырь осадила армия нежити. Кстати, это государственная тайна, так что если кому-то из вас вздумается почесать язык в кабаке на эту тему, то лучше бы вам вообще не родиться на свет.

Он грузно поднялся из кресла, опершись на массивный стол с ножками в виде пушек, и обвел нас внимательным взглядом исподлобья.

— Не представительные вы какие-то, — проговорил маркграф сквозь зубы, словно сплюнул. — Щенки. Посильнее никого Сергей прислать не мог?

— Его высокоинородие, господин Егермейстер, просил уверить вас, что мы справимся с любым поручением, — произнес я, изо всех сил постаравшись не отводить глаз. Маркграф всем своим видом излучал угрозу.

— Ладно, с ним я поговорю отдельно, — его сиятельство сел обратно в кресло и сложил на столе руки в белоснежных кружевных манжетах. — Какого черта он вообще не предупреждает меня о таких вещах? Я затем держу в Чернолесье егермейстера, чтобы узнавать о собирающихся там армиях, когда они уже нападут? Что до вас, то поручение простое — осада с монастыря должна быть снята. Привезите мне письмо от настоятеля о том, что монастырь освобожден, и получайте свою награду.

— А э… какими силами мы располагаем? — уточнил я. Мне пришло в голову, что снимать осаду — дело армии, а не троих человек.

— Ну, вот сколько вас тут есть, такие и силы, — произнес его сиятельство, иронично ухмыльнувшись. — Если ты думаешь, что я дам вам армию, то нет. С армией любой дурак справится. На кой хрен мне вы тогда?

В целом, звучало, конечно, разумно… Мне сразу вспомнилось, что говорил сержант по поводу маркграфских злоключений: конечно, армия нужна его сиятельству в городе. Дать в наше распоряжение он никого не может, даже если бы и хотел. А он не слишком-то хочет: рисковать своими любовно набранными мушкетерами — не то же самое, что подозрительными бродягами без роду и племени.

— Ладно, так и быть, — продолжил маркграф, деланно смягчившись. — Когда все это только началось, я отправил для обороны монастыря полуроту мушкетеров под командованием лейтенанта Хорна. Если кто-то из них еще жив, пусть поступают под ваше командование. Бумагу я выпишу.

Я почтительно кивнул, давая понять, что на большее и не рассчитывал.

— Теперь что касается награды, — произнес маркграф, извлекая из ящика стола какой-то пергамент. — Награда — триста крон, плюс патент лейтенанта моего полка. Поскольку вас трое, то деньги вы, вероятно, поделите, а вот патент — только один, три лейтенанта мне не требуются.

Он с интересом оглядел нас: похоже, размышлял о том, не передеремся ли мы из-за этого патента прямо здесь.

— Ну, мне патент без надобности, — тихо проговорила Лана.

— А жаль, — усмехнулся маркграф. — Баба-лейтенант — это было бы даже забавно. Ни у кого нет, а у меня — есть.

— Я тоже, пожалуй, откажусь от этой чести, — произнес Макс. — Для Максима из Свиблово это слишком много, а для Лорда Безземельного — слишком мало.

— В каком это смысле, место лейтенанта в моем полку для вас слишком мало? — переспросил его сиятельство, недобро уставившись на Макса. «Трех мушкетеров» он, разумеется, не читал.

— Простите его, ваше сиятельство, он неудачно пошутил, — поспешно произнес я, легонько пнув Макса носком сапога. — Будем считать, что о награде мы договорились.

— А коли, так, то я вас больше не задерживаю, — произнес маркграф, обратив свой взор к бумагам на столе. — Впрочем, еще одно. Ты ведь тут старший, парень?

Он обратил на меня долгий взгляд, который я постарался выдержать и кивнул.

— Подойди-ка, — скомандовал он и протянул мне руку. Я в ответ протянул ему свою левую: уже догадался, в чем он хочет удостовериться.

Его сиятельство в самом деле взял меня за руку и отодвинул манжет рубашки, взглянув на браслет. Увидев синий камень, он удовлетворенно хмыкнул и отпустил мою руку.

Мне ужасно хотелось спросить его, для чего же ему понадобился егерь с синим камнем, но знания в области этикета и общая осторожность говорили мне, что задавать подобные вопросы неуместно.

— В какие сроки мы должны приступить? — спросил я.

— Сроки? — его сиятельство поднял на меня удивленный взгляд. — Да я, собственно, вообще не понимаю, какого черта вы все еще здесь! Эй, дежурный! Проводите!