Иллюзия Реальности (СИ) - Призрачная Адельфина - Страница 17

— Наверное нам лучше никогда больше не встречаться, — первым сдался блондин. Он дежурно улыбнулся, опустив глаза и поправляя на себе ремень жилета, — Так будет лучше.

— Согласен, — поддержал Эбен, усмехнувшись, — Только не выйдет. Мы стоим на одной стороне военных действий. В госпитале или на полях сражений участвуем оба. Придется потерпеть друг друга.

— Досадно, — цедит Адам, — Нам пора. Прощай.

Военный взял меня за руку и направился в сторону сканеров. Я обернулась к Эбену, встретившись с ним взглядом перед уходом. Парень поднял руку.

— До встречи.

Скрытое соперничество перешло в открытую войну. Она тихая, но ощущается неприятным покалыванием на кончиках пальцев и в ощущении скованности грудной клетки.

У Адама были дела в госпитале. Очевидно, он направлялся туда не только ради Генри, но теперь уже нет. Однако ждать вечера, когда прибудет машина, не пришлось. Супруг нашел комнату в одной их двухэтажных построек, ближе к границам центра Диалона. Это было что-то вроде дома для работников. Но не простых. В основном руководители бригад, оставшиеся техники и программисты. Те, кто не пожелали покидать город после бомбежки. Внутри здания сразу от дверей тянулся длинный коридор до высокого окна в тупике. По двум сторонам располагались двери. Они открывались стандартно — ключом.

— Отдохнем здесь, — Адам пропустил меня внутрь первой. Комната на первом этаже оказалась просторной. Посередине стояли две односпальных кровати. Пара ламп на высоких табуретках-тумбах, небольшой комод и письменный стол. Стены окрашены в светло-серый цвет. Кровати сделаны из материала, похожего на дерево. Может это оно и было, но структура очень непривычная. Колец не было, хотя казалось, что это массив.

На высоких матрасах расстелен свежий комплект белого белья. Напротив кроватей пара окон, узких, но уходящих прямо в пол. А также отдельная дверь в ванную комнату.

— Выглядит уютно, — прошептала я, изучая комнату, — Не знала, что можно остановится здесь.

— Нельзя. Я получил комнату только благодаря званию. Если бы мы приехали вместе изначально, могло бы сработать. Но ночью подобные здания опасны. Здесь нет никакой защиты.

— Я видела. Сегодня ночью уничтожили одно из них.

— Да, — Адам присел на кровать, перетянул через голову ремень и отложил оружие в сторону, — Можешь принять душ и немного поспать. Я добуду для тебя вещей в дорогу.

— Но, я думала ты останешься со мной, — я подошла ближе, запустив руки в волосы супруга, — Со мной.

Блондин поднял ко мне лицо и вымученно улыбнулся. Он устал не меньше Эбена, вернувшегося со смены. Я заметила под глазами темные синяки и взгляд казался затуманенным.

— Эмбер, я бы с радостью, но я на службе. Обещаю, как доберемся до места, я буду с тобой всю ночь.

— Только ночь.

— Хотел бы я дать больше.

— Дашь, — улыбнулась я, наклонившись чтобы поцеловать, — Или я заставлю.

Мы помирились. По крайней мере, я так посчитала. Поцеловав блондина, я отпустила его решать насущные вопросы, а сама приняла душ. Когда вышла из ванной, завернувшись в полотенце, обнаружила сверток одежды на кровати. Белье, майка, штаны цвета хаки, защитная тканевая маска для дыхательных путей черного цвета, белая рубашка и тканевая куртка на молнии. Полный набор, как оказалось, для строителей. Вернее девушек, выполнявших на стройке вычислительную и бумажную работу. Об этом говорила этикетка, пришитая к куртке.

Адам оставил все это, не заглядывая ко мне. Как хитро. И почти беззвучно. Но собираться было слишком рано. Я не стала спорить, провела день в кровати. После прерванного ночного сна, я быстро отключилась.

Адам вернулся около восьми. Он оценил мой внешний вид. Строительная форма мне идет. А вещи Анны, пришлось оставить в надежде, что я когда-нибудь вернусь и заберу их с собой, чтобы вернуть девушке. Я оставила себе только перчатки. Надо было беречь затягивающиеся раны после ракетного удара.

Вернув ключи от комнаты, мы направились прямиком к сканерам.

За ограждением Диалона стояла огромная машина темно-серого цвета. Кабина скошена единым стеклом от основания вверху к низу, формируя треугольник. За ней кузов с длинными черными стеклами. По два с каждой стороны. Адам подошел к водителю, а я осталась стоять в стороне. Военные выстроились в ряд. Около тридцати человек, все как на подбор высокие, статные. Командовал отрядом мой муж. Он сообщил военным о том, что две машины подойдут с минуты на минуту.

Пока было время, я присела на каменный обломок когда-то высокой стены, очевидно стоявшей до нынешней, и смотрела на станции. Удивительно, уже поздно, но до сих пор светло, как утром. Я еще не заставала жаркие дни в Пустоши. Приближение солнца чувствовалось. Это не то солнце, которое знали земляне, которое старательно забивали мне в воспоминания о прошлом. Оно другое — больше и ближе. Вот только посмотреть на него не удастся. Это смертельно опасное занятие.

— Эмбер, — окликнул меня супруг, — Пора. Выдвигаемся в жилые районы Диалона.

Мужчины построились и погрузились в две подоспевшие машины. А меня Адам отправил в кузов первой, которая была предназначена для перевозки гражданских. Сам же занял место рядом с водителем. Впереди пара часов пути в компании неизвестных людей в штатском. Это были женщины. Точно пара лекарей и еще пятеро девушек, жен военных, кочующих вместе. Теперь я в их числе. Та, что не стала сидеть в Витруме, где было достаточно спокойно, несмотря на произошедшее.

Глава 6. Память

Пустынные земли. Они повсюду. Песчаные просторы тянутся к горизонту, касаясь неба. В этой чистоте просторов появление жилых построек всегда внезапно. Есть одиночные дома, а есть группами. Но само поселение Диалона куда больше. Жилые кварталы, к которым направлялась наша военная колонна. Они намного больше лагеря Витрума. Настоящий город, растянувшийся вдоль горизонта. На чернеющем небе ночи переливались огни окон и фонарей. Я заметила оживление и отсутствие сканеров.

— Комендантский час, — прошептала девушка, сидевшая напротив меня, — Военные разгоняют людей с улиц. Торговцы народ упрямый.

— Здесь есть комендантский час?

Девушка улыбнулась.

— Вечером повстанцы пробуют захватить Диалон. Само собой военные ввели комендантский час.

— Ах да, — ответила я темноволосой смуглянке, — Война.

Девушка очень юна. Возможно не старше Розмари. Она всю дорогу смотрела на меня с интересом. Я ждала, что рано или поздно, но она попытается заговорить со мной. Остальные были куда старше нас и не проявляли никакого интереса ни к дороге, ни друг к другу. Я чувствовала примерно тоже — желание остаться наедине с мыслями.

— Ты с тем блондином, да?

— Адам мой муж.

— Я так и подумала, когда увидела вас вместе, — усмехнулась незнакомка, поправляя скрученный в тугой жгут волосы на макушке, — Адам долго был один, хотя командир. Такие на виду, понимаешь? И, обычно, они так надолго не остаются одинокими.

— Наверное не хотел.

— Правда?

— Такие подробности мне не известны.

— И ты не любопытна? Я бы расспросила мужа о прошлом.

Я пожала плечами, улыбнувшись, чтобы казаться приветливой. И это несмотря на то, что незнакомка показалась напористой.

Но сказанное ею не было ново. И я задалась вопросом — если Адам действительно так долго оставался один, но желал семью, почему он не прошел распределение раньше? Наученная опытом не верить в случайные совпадения, я все больше думала о том, что наш брак был нужен кому-то. Хельге? Зачем?

— Эй, — девушка дернула меня за плечо, — Мы приехали.

И правда. Машина остановилась. Военные высаживались и строились в ряды. Адам громко отдавал приказы и распоряжения о дальнейших действиях. Женщины оставались внутри. Выйти разрешили позднее, когда военные направились в город. Адам и несколько других мужчин задержались. Из города к нам вышли двое командиров. По обмену данными, я поняла, что военные сменяют друг друга.