Телохранитель (ЛП) - Малпас Джоди Эллен - Страница 75

Вот оно. Разоблачение его. Ему есть что скрывать.

— Что они могут разоблачить?

Он переводит свой испуганный взгляд с меня на Пита, который в данный момент отрывается от пола, потирая голову.

— Оставь нас, — произносит Логан тихо и серьёзно.

Пит не задаёт вопросов. Его даже не волнует тот факт, что у меня заряженное оружие, направленное в голову его босса. Он быстро выходит, не оглядываясь.

Дверь закрывается, и я покачиваю пистолетом, давая понять, что ему лучше поторопиться и объясниться, прежде чем я разнесу ему голову.

— У них есть фотографии, — бормочет он, тяжело дыша, чертовски нервничая.

— И… — настаиваю я.

— Я…

Я хватаю его за воротник и начинаю трепать.

— И?

— Женщина, — он сглатывает, от напряжения его кадык выпячивается и касается костяшек моих пальцев. — Или скорее девушка.

Я выдыхаю с отвращением, но и с большим облегчением, от того, что кажется, что я смогу от него добиться хоть чего-то.

— Сколько ей лет?

Он закрывает глаза, и выдыхает, сдаваясь.

— Пятнадцать.

Я отшвыриваю его, как мерзость, которой он, впрочем, и является, и освобождаю его висок от пистолета, отступая назад, на моём лице отражается отвращение.

— Я не знал! — Логан ёрзает в своём огромном офисном кресле, отказываясь смотреть на меня. — Она выглядела по меньшей мере на двадцать. Высокая. Блондинка. Хорошо сложенная.

— Ты ублюдок.

— Это не может выйти наружу! — его взгляд метается по столу, безумный и панический. — Ради всего святого, я посол детской благотворительной организации! Моя репутация… — он смотрит на меня, в его вкрадчивых глазах читается неподдельный ужас. — Моя жена.

Мои губы искривляются в нахальной улыбке, и я получаю величайшее удовольствие от того, что собираюсь сказать.

— Твоя жена уходит от тебя, Логан. Вчера она подала на развод.

— Что? О чём ты говоришь?

— У неё был роман с твоим адвокатом по разводам, — я смеюсь себе под нос, смехом полного сарказма. — Она беременна от него.

— Ты не знаешь, о чём говоришь! Она бы не бросила меня!

— Ты думаешь, мне не похуй? — я тычу пистолетом ему в центр лба, дрожа от гнева. — Ты уволил меня, зная, что Ками не в безопасности! О чём, чёрт возьми, ты думал?

— Ты копал под меня! — он откидывается на спинку кресла, широко раскрыв глаза. — Когда я получил первую угрозу, они потребовали денег и дали реквизиты банковского счёта. Они сказали, что, если я не заплачу, они пошлют фотографии в газеты. Я послал их к чёрту. Я не собирался выполнять их требования. Кроме того, я держу тесный контакт со всеми редакторами газет. Я прикрываю им спины, они прикрывают мою. Они, конечно, не выиграли бы от скандала и моего разорения, поверь мне.

Я упираюсь взглядом в аморального, эгоистичного придурка, а он избегает моего взгляда.

— Фотографии оказались на столе редактора Мирор, — тихо произносит он. — Он позвонил мне, и я убедился, что мне стоит сделать всё, чтобы фотографии не попали в газеты.

— Сколько?

— Миллион и очень интересная история о члене парламента.

Я рычу. Этот человек ещё более безжалостный, чем я когда-либо думал о нём.

— Сколько они потребовали?

— Два миллиона, — Логан настороженно смотрит на меня, мои ноздри раздуваются, во мне нарастает гнев.

— А угроза Камилле?

— Это произошло, когда они поняли, что фотографии не принесут им денег, которые они хотели. Я думал, что смогу позаботиться об этом. Я не мог позволить тебе увидеть реальные угрозы Камилле, который я получил. В них говорилось о фотографиях! Угроза, которую я тебе показал, была напечатана мной. Мне просто нужно было защитить Камиллу, а ты лучший! Я знал, что с тобой она будет в безопасности! Потом ты начал копать. Это был только вопрос времени, когда ты что-нибудь найдёшь. Ты слишком заботился о ней!

— Потому что я чертовски люблю твою дочь! Мне было наплевать на тебя и твою репутацию. Всё, о чём я заботился — это её безопасность, чего не могу сказать о тебе! Её собственном грёбаном отце!

— Ты не можешь говорить так! — заявляет он в спешке, умоляюще наклоняясь вперёд в своём кресле, всё ещё беспокоясь только о своём грёбаном общественном статусе. — Я беспокоюсь не только о своём бизнесе и репутации. Я не хочу, чтобы моя собственная дочь ненавидела меня!

Я усмехаюсь, искренне забавляясь теми фразами, что несёт этот придурок.

— Уже чертовски поздно, Логан, — я снова приставляю пистолет к его виску и прикладываю к нему ещё немного силы, заставляя его рухнуть обратно в кресло. Его лоб покрыт испариной, руки подняты перед собой, как будто его жалкие толстые конечности могут служить какой-то защитой. Ничто не могло защитить его от меня прямо сейчас.

— У тебя есть жена, — жалобно бормочет он.

— Она, блядь, мертва!

— Ты лгал моей дочери! Ты притворялся тем, кем ты не являешься!

— Не заставляй меня, блядь, убивать тебя, прежде чем я получу всю необходимую информацию, чтобы найти её! — я наклоняюсь, уверенный в своём намерении проткнуть ему голову своим пистолетом, чтобы избавить себя от необходимости стрелять в него. — Твоё беспокойство обо мне и твоей дочери сейчас не имеет значения.

Он закрывает один глаз, пытаясь откинуться назад и отклониться от моего пистолета. Это бесполезно.

— Пожалуйста, помоги мне найти её, — умоляет он.

Я отвожу от его виска свой «Хеклер» и обхожу его стол, становясь, с другой стороны, от него. Он следит за каждым моим шагом, пока я не останавливаюсь. Я прицеливаюсь, смотрю, как его глаза расширяются, как поднимаются руки, и стреляю.

Звук бьющегося стекла рикошетом разносится по его кабинету, и он сворачивается в клубок на своём кресле, стараясь казаться как можно меньше.

— Я переломаю тебе ноги за то, что ты заставил её пройти через это. Но я клянусь, Логан, — я наполняю свои лёгкие воздухом и выдыхаю, и произношу свою страшную клятву. — Если на ней будет хоть одна царапина, когда я верну её от тех, кто её похитил, в следующий раз я не буду целиться мимо тебя.

Он встаёт со стула, дрожа и обливаясь потом, его испуганные глаза остекленели.

— Кивни! — кричу я. — Сделай это, если ты полностью понял смысл моих слов.

Он начинает бешено кивать, шмыгая носом, как бесхребетный засранец, которым он и является.

Я пытаюсь успокоиться чтобы прийти в норму и начать мыслить здраво, сажусь в кресло напротив него, спокойно кладу пистолет на стол, в то время как Логан нервно ждёт, когда я заговорю.

Он действительно ждёт, когда я успокоюсь. Отчаянный человек. Глупый человек, думающий, что справится с этим в одиночку. Единственная здравая мысль, озарившая его голову — это та, что он нанял меня защитить Камиллу. Потом же правда он и всё испортил, уволив меня.

Я успокаиваю себе мыслью, что похитители редко похищают своих жертв с намерением причинить им боль. Единственная цель — получить от кого-то деньги.

— Кто мог знать, чем ты занимался в свободное время? — спрашиваю я, пристально наблюдая за ним. — Кто мог сделать эти фотографии с тобой и той девушкой?

— Я не знаю! — кричит он, отчаянно размахивая руками вокруг головы. — Я изучил все возможные варианты и ничего не подтвердилось! Я не могу попросить свой ИТ-отдел просмотреть электронную почту! Я никому не могу показать и рассказать об этом!

— Покажи мне, — резко требую я.

— Я удалил их.

Я буквально несусь вперёд, держа руку на пистолете.

— Не зли меня, Логан.

Он продвигается рукой прямо к карману и достаёт ключи, прежде чем указать на противоположную стену напротив своего стола.

— Они в сейфе.

— Возьми их.

Он встаёт с кресла, пошатываясь, как старик, и отходит назад, его взгляд мешкается между моим пистолетом и мной. Его руки дрожат, когда он поворачивает циферблат влево, вправо и снова влево, прежде чем он берёт ключ вставляет его в замок и несколько мгновений борется с ним.

Всё его тело словно двигается само по себе, когда он лезет вглубь сейфа и вытаскивает из него синюю папку. Нервно перебирая её пальцами, он приносит её мне. Я хватаю её и открываю, при этом, не обращаясь с этими омерзительными бумагами с такой же осторожностью, как Логан ранее. Меня поражает яркий образ его голой волосатой задницы и эйфорического лица молодой девушки. Морщась, я перехожу к следующему листу, не желая видеть унизительные доказательства того, что мир, в котором я живу погрузился в анархию. Я заставляю себя глубоко вздохнуть, прежде чем достать пистолет и убрать подергивающий палец со спускового крючка.