Спаси меня - Мэннинг Сарра - Страница 34

С апреля по август ужас постепенно отступал, его заслоняли воспоминания о счастливых лицах друзей и прекрасно проведенном времени.

Затем, когда наступали три дня аномальной жары – апофеоз британского лета, – Марго начинала мечтать о зиме. В вагоне метро в час пик, прижатая носом к чьей-то потной подмышке, она с нежностью вспоминала морозные зимние дни. Да и одежда осенне-зимнего сезона гораздо красивее! Марго хотела, чтобы ее похоронили в платье миди с карманами и длинным рукавом и любимых колготах – черных, матовых. И еда зимой вкуснее! Что за ужин – миска салата? То ли дело пастушья запеканка и крамбл на десерт. На мыслях о Рождестве она не задерживалась – от них становилось грустно, и сразу переходила к Новому году – как чудесно будет устроить фантастическую домашнюю вечеринку!

– Флора, в следующий раз, когда я соберусь праздновать Новый год дома, ты должна вмешаться, – сказала Марго своей любимице, истекавшей слюной на пороге кухни.

На часах было полдевятого утра. В духовке уже запекались сосиски в беконе, а Марго натирала чеддер для сырных палочек.

– Зачем я усложняю себе жизнь?

Флора сначала промолчала, а затем тоненько заскулила, не то чтобы отвечая на риторический вопрос, а скорее говоря: «У тебя же есть сыр. Я так его люблю!»

– Во-первых, зачем я делаю это дома, как викторианская леди, принимающая гостей с трех до пяти? Можно было просто позвать всех на бранч, или на чай, или на легкий ужин с коктейлями, а не сочетать все в одном, тратя кучу времени и сил, – говорила Марго, размахивая для убедительности куском сыра.

Флора вновь подала голос.

– И зачем делать все самой, если можно купить еду в магазине гораздо дешевле, не перепачкав всю кухню и не выбиваясь из сил? А теперь еще и убирать!

Флора боялась подходить к плите, но сделала парочку несмелых шагов и вошла в кухню.

– Ладно, заходи.

Марго вознаградила ее храбрость позволением запылесосить сырные крошки, усеявшие кухонный пол, точно первый снежок.

Весь предыдущий день Марго посвятила уборке. Почистила ковры, до блеска отмыла стекло, фарфор и столовые приборы. Перетащила все громоздкие предметы в прихожую Джеффа и Дафны, как делала каждый год, жалуясь на свою маленькую квартиру.

Теперь она обливалась потом у плиты и сходила с ума от беспокойства. Доставка спиртного, в котором можно было утопить небольшую вражескую флотилию, задерживалась на сорок минут.

– И я же еще должна заплатить им девять девяносто девять, хотя в обычные дни доставка бесплатная, – пожаловалась Марго Флоре, но та уже удалилась на свое любимое местечко на диване, пока не придет время вытаскивать из духовки сосиски.

– Хватит излучать отрицательную энергию, – сказала себе Марго. – Я позитивна. Я спокойна. Я готовлю пищу с любовью. Я устрою лучшую новогоднюю вечеринку.

Через три часа образцовая домохозяйка распахнула двери, а заодно и окна своей квартиры (из-за плиты и духовки температура приблизилась к тропической), встречая дорогих гостей.

Первую волну составляли друзья с детьми, которым пришлось преодолеть утомительный путь через Хэмпстед-Хит или беспокойную поездку на машине через весь Лондон. Марго была чрезвычайно рада видеть всех своих крестников и крестниц, вместе с их братиками и сестричками, а заодно и других отпрысков своих друзей, спасение которых от зла и наставление на путь истинный доверили не ей. Она с радостью принимала слюнявые поцелуи и липкие объятья, пока наконец основная масса малолетних визитеров не удалилась вместе с Флорой к телевизору, смотреть «Мэри Поппинс» и поедать домашние сладости.

Вторую волну составляли промежуточные гости – любители побывать сразу в нескольких местах за день. Они обычно начинали у Марго, где можно было хорошенько подкрепиться и настроиться на праздничный лад.

К девяти вечера остались самые преданные: те, кто хотел встретить Новый год с Марго. Хотя домашние вкусности к тому времени уже закончились, она успела сбегать в «Теско», а запасы горячительного в пополнении не нуждались.

Как обычно, вечеринка выплеснулась из квартиры в сад и на Площадь, где и стояла в данный момент Марго, болтая с Жаком и Соланж. В левой руке она держала стакан с джин-тоником, а в правой – поводок, на другом конце которого болталась Флора. Марго отвлекло от беседы прибытие Трейси и ее мужа Дэна.

– Привет! – сказал Дэн, обнимая Марго. – Мы привезли шесть бутылок просекко. Отнести в ванную?

– Да, будь добр.

Поразмыслив, не поменять ли джин на просекко, Марго решила, что смешивание разных видов алкоголя может испортить чувство легкого опьянения.

– Оставь мне бутылочку, – сказала мужу Трейси, улыбаясь Жаку и Соланж. – Какая чудесная компания! Как ты, Марго?

Марго подняла стакан.

– Отлично!

Соланж и Жак рассказали о своем Рождестве в Ренне и как родственники Соланж не оценили рождественские пирожки с сухофруктами, привезенные Жаком.

– Самые лучшие, с бренди!

Как всегда на Новый год, зашла речь о новогодних обещаниях. Жак собирался сесть на цифровой детокс, Соланж решила провести трезвый январь, а Трейси – веганский.

Марго не собиралась давать никаких обещаний.

– Январь и без того самый унылый месяц в году. Праздники закончены, нужно погашать долги по кредитной карте, темно, холодно, как можно отказать себе в Инстаграме, бокале вина или кусочке бекона? – спросила она у друзей, которые тут же пожалели о своих опрометчивых решениях. – Извините, что испортила вам настроение.

– Ничего страшного, – грустно сказала Соланж и посмотрела в свой пустой бокал. – Надо пить, пока еще можно.

– А я могу отказаться от соцсетей с восьми вечера, – решил Жак, – потому что в это время они сбивают мои естественные суточные биоритмы. Вы ведь знаете, как важен для организма правильный сон. Хотя слишком длительный сон опаснее, чем курение.

– Мне срочно надо выпить, – сказала Соланж, и они с Жаком поспешили в квартиру.

– Я что, перегнула палку? – спросила Марго у Трейси, едва поспевая за Флорой, тянувшей ее на травку.

– Нет, нормально, – ответила подруга. – Просто тебе не нужны новогодние обещания, ты ведь постоянно занимаешься этими аффирмациями и всякими такими штуками. Помогает?

Марго выдохнула облачко пара, растаявшее в воздухе.

– Думаю, да. Во всяком случае, надеюсь. Позитивно настроенный человек открыт для новых возможностей.

Трейси поковыряла землю носком сапога. Она была непривычно тихой.

– Пойдем, присядем? – указала она на низкое каменное ограждение рядом с общественным туалетом.

– Веди, – согласилась Марго.

Флора приняла это на свой счет и потащила ее вперед.

Умостившись на стене, Марго пожаловалась Трейси, что за целый день ни разу не присела. Та нахмурилась.

– Что случилось? – спросила Марго.

У нее появилось нехорошее предчувствие. Нет, Трейси выпила, значит, не беременна. Марго, конечно, обрадовалась бы, что у Трейси будет ребенок, хотя каждый раз, когда очередная подруга обручалась, выходила замуж или рожала ребенка, они отдалялись – эмоционально либо географически, а порой и то, и другое.

– У меня такое чувство, что это будет великий год, – сказала Трейси, точно подслушав ее мысли.

– Собираешься выиграть в лотерею? – делано небрежным голосом поддразнила ее Марго, пытаясь настроиться на хорошее.

– Если бы, – вздохнула подруга.

Неприятное предчувствие вернулось. Трейси отобрала у нее стакан и взяла за руку.

– Я должна тебе кое-что сказать.

– Точно? Может, в другой раз? – с отчаянием в голосе спросила Марго.

Такие разговоры всегда были трудным испытанием. Обнимая и поздравляя подруг с радостными новостями, она с трудом подавляла противный голос в глубине сознания, вопрошающий, когда же придет ее черед.

– Это хорошая новость.

Трейси точно убеждала саму себя и при этом вовсе не выглядела счастливой.

– Но кое-что изменится.

– Перемены – это здорово.

Марго уже знала, что в данном случае перемены не сулят ничего хорошего. Это не продвижение по службе и не ремонт, а какой-то сдвиг, который перевернет все с ног на голову.