Спаси меня - Мэннинг Сарра - Страница 35

– Нам с Дэном нелегко далось это решение, – сказала Трейси, сжав ее руку, и Марго поняла, что грядет нечто ужасное.

Может, они разводятся? Нет, она бы проговорилась раньше.

– Мы переезжаем.

Марго прикусила язык, чтобы не рассмеяться.

– И все?

Не такие уж фундаментальные изменения.

– Надеюсь, не дальше Лондона?

– Дальше.

– В Кент? В Маргит или в Гастингс? – назвала Марго самые популярные у друзей направления. – Я бы никогда не переехала в Гастингс. Если уж хочешь жить у моря, то надо выбирать место, где есть песчаные пляжи.

Трейси отпила большой глоток просекко.

– Не в Маргит и не в Гастингс. Я возвращаюсь домой.

Теперь нахмурилась Марго.

– Лондон и есть твой дом. Ты прожила здесь всю сознательную жизнь.

Еще глоток.

– Домой. В Новую Зеландию.

В этот момент воздух сотряс могучий рев. На площади показалась компания подвыпивших гуляк, направляющихся во «Флягу».

– Счастливого Нового года! – кричали они.

Марго помахала им и повернулась к смертельно побледневшей Трейси.

– Зачем, ради всего святого, вам переезжать в Новую Зеландию? – потрясенно спросила она.

На лице Трейси промелькнуло подобие улыбки.

– Там – мой дом.

– Ты сама говорила, что мечтала оттуда вырваться. Там одни овцы, и ни одного модного дизайнера, и ты чуть не расплакалась от счастья, когда приехала в Лондон и увидела, что люди в метро читают книги.

У Марго была еще одна суперспособность – никогда не забывать, кто что сказал, если эти слова можно использовать против него.

Трейси болезненно поморщилась.

– Это было почти двадцать лет назад, с тех пор многое изменилось. В том числе и моя страна. Там теперь новая, прогрессивная премьер-министр, появилась сильная модная индустрия, и мне предложили место декана факультета моды в университете Веллингтона. Кроме того, там живут мои родители, они не становятся моложе, и мне хочется быть поближе к ним, особенно если… Ну, и есть еще одна причина. Нам с Дэном пора подумать о детях, и мы не хотим, да и не можем себе позволить, воспитывать их в Лондоне.

– И вместо того чтобы переехать в Маргит, вы решили отправиться на другой конец земного шара?

Марго старалась говорить легко и непринужденно, хотя удавалось плохо: у нее ныло сердце.

– Извини, Маргс, просто пришло время…

Трейси посмотрела на ее пустой стакан.

– Хочешь просекко?

– Да!

Напрочь забыв о своем благородном намерении не смешивать разные виды алкоголя, Марго схватила бутылку и сделала три больших глотка.

Все, кроме нее, живут своей жизнью. Предпринимают важные шаги, которые необходимы, когда находишь человека, готового разделить с тобой твою жизнь. А она застряла на мертвой точке – просто потому, что никто не хочет разделить ее жизнь.

Они посидели молча. «Почему не я?» – вертелось в голове у Марго, а потом она вдруг поняла, что дело не в ней. Речь идет о Трейси.

– Рада за тебя, – сказала она, хотя прозвучало это не слишком радостно. – Такие перемены. Дети, эмиграция. Или это не эмиграция, если ты возвращаешься на родину? Все равно круто. Тебя ждет лучший год в твоей жизни.

– Ты очень хорошая, Марго, – тихо сказала Трейси, отбирая у нее бутылку. – Мне так жаль.

– Тебе не о чем сожалеть, – твердо произнесла Марго. – Ты не должна думать обо мне, принимая важные жизненные решения, и тебе не за что передо мной извиняться.

Трейси обняла ее за плечо и чмокнула в щеку. Флора приняла это как личное оскорбление. Она прыгнула передними лапами Марго на колени и тыкалась мордой в руку, пока та ее не погладила.

– Это ревнивое чудовище не даст тебе завести бойфренда, – заметила Трейси.

– Ну и пусть, – вздохнула Марго, – теперь это не важно. Ни один мужчина на свете не полюбит меня такой безусловной любовью, как Флора.

Ни один мужчина, с которыми Марго познакомилась на многочисленных рождественских вечеринках, не пробудил в ней даже крошечной искры. Еще хуже обстояли дела с последним парнем из приложения, свидание с которым состоялось десять дней назад. Когда Марго отправила вежливое сообщение, что желает ему найти настоящую любовь, хотя он не затронул никаких струн в ее душе, тот ответил:

Марго прорыдала весь вечер, хотя, понятное дело, он того не стоил.

– Нет, важно, – возразила Трейси, вновь приложившись к бутылке, точно собираясь с силами, чтобы продолжить мысль. – Послушай, Маргс, ты прекрасный человек. Ты бриллиант чистой воды в окружении циркония. Ты – лучше всех. Ты достойна…

– Только не говори, что я Лувр, Колизей и симфония Штрауса.

Трейси сердито уставилась на «бриллиант».

– Я и не собираюсь. Просто хотела сказать… Я не считаю, что самое главное в жизни – найти и удержать мужчину, и все равно где-то есть человек, достойный тебя.

Марго наклонилась и прижала разгоряченный лоб к шелковистой голове Флоры.

– Тогда ему пора прекратить игру в прятки и объявиться наконец.

– Это точно будет твой год, – пообещала Трейси. – Я чувствую.

– Все может быть, но я на всякий случай заморожу яйцеклетки, чтобы иметь запасной вариант, – задумчиво произнесла Марго.

– Они не понадобятся. Ты найдешь мужчину своей мечты на прогулке с собакой. Ваши глаза встретятся над вонючим гигиеническим пакетом…

– Ага, как в романе Джоржетт Хейер…

– Я точно знаю! А если нет, то обязательно найдется хоть один приличный человек в приложении для знакомств, – вдохновенно продолжала Трейси.

Марго не стала говорить, что приличные люди не отправляют фотографии своего члена, когда их не просят. Кроме того, все ее свободное время занимала Флора, а если та была не с ней, Марго постоянно думала об Уилле, которому следует лучше заботиться о Флоре. Наверное, надо сменить приоритеты.

– Я не слишком горевала о разрыве с Джорджем, понимая, что надо как можно скорее вернуться в строй. Наверное, с тех пор как появилась Флора, я немного отвлеклась. Благодаря ей моя жизнь стала настолько счастливой и полной, что я совсем забросила приложения для знакомств, – призналась Марго.

Ей не хотелось вновь впустую тратить время, разыскивая того самого единственного и неповторимого, тем более что она не получала никакой отдачи, и все же она сказала:

– Думаю, надо возобновить попытки. Я поставлю в профиль свою фотографию с Флорой.

– Блестящая мысль, – отозвалась Трейси, переворачивая опустевшую бутылку вверх дном. – Если человек не любит собак, зачем тратить на него время? Правда, один твой знакомый точно любит собак, особенно Флору.

– Уилл исключается. Он всего лишь сородитель, – заявила Марго.

При чем здесь Уилл? Он явно не подходит на роль жизненного партнера. Он пришел бы в ужас.

Просто фотография с Флорой покажет возможным кандидатам, что Марго точно не чересчур, ведь у нее есть собака, а значит, мужчина, который захочет с ней встречаться, займет только второе место в ее сердце.

– Я рада за тебя, Трейси, – сказала она, – честно.

– Я знала, что ты будешь рада.

Трейси встала и стряхнула прилипшие к пальто камешки.

– Пойдем в дом? Что-то я замерзла.

– Я скоро приду, – пообещала Марго.

Трейси пошла через площадь, а Марго подняла руку и помахала Уиллу, который стоял на противоположной стороне дороги перед итальянским ресторанчиком, где вовсю кипела жизнь.

24

Уилл

Уилл не хотел беспокоить Марго, увлеченную разговором, и стоял в отдалении, надеясь, что не выглядит маньяком, подстерегающим жертву.

Наконец ее подруга удалилась, стуча высокими каблуками по брусчатке, а Марго помахала рукой, точно все это время знала о его присутствии.

Они дождались, пока Трейси скроется из виду. Марго встала и хотела развернуть Флору к Уиллу, но та не желала разворачиваться.

– Флора! – позвал он, присев и расставив руки, – Флора!