Не говори, что любишь – 2 - Фад Диана - Страница 2

Уезжая из Сочи я жалел лишь об одном, что оставляю спорт, но это было мое решение. Мать наслаждалась новой жизнью после операции на сердце, даже вышла на работу учителем в одну из элитных гимназий Москвы. Новая квартира находилась в хорошем районе, и я уже приобрел свою, на свои честно заработанные деньги. Сейчас там шел ремонт, и я собирался переехать туда на днях, пора жить отдельно, самостоятельно. Тем более я собирался жениться.

С будущей женой познакомился на одном из приемов, который устраивал наш холдинг для партнеров компании. Дочь одного из акционеров, Варвара Ламина, красивая, яркая и умная. Варвара окончила школу с золотой медалью, медицинский университет с красным дипломом, для такой красотки это был высший пилотаж. Я вначале даже не поверил, что эта яркая блондинка в длинном черном платье с мелкими блестками и открытой спиной будущий хирург.

Отец попросил меня приглядеться к девушке, и я посмотрел, да так, что сделал предложение, а Варвара согласилась. Мы готовились к свадьбе, и я выкинул из головы девчонку из города Сочи, а сейчас Василина снова появилась, чтобы сломать мою жизнь опять. Но того Никиты больше нет. Как она тогда сказала? «Кто ты и, кто я?» Вот теперь поиграем на равных, Василина Дмитриевна. Тем более я очень хочу ответить, поиграть и победить. Сломать жизнь этой гадюки, разрушить ее мир, который так славно оберегал ее все эти три года. А еще я сегодня понял, как я могу это сделать. Василина чуть не отдалась мне прямо здесь, на столе, истекала соками, как течная сука. Отлично, ты сама мне дала оружие против тебя, милая моя гадюка. Замужем говоришь? Еще лучше, я разрушу твой брак, твое благополучие и я покажу тебе, кто я теперь.

После нашей последней встречи, когда Василина сказала, что я для нее никто, спортсмен без будущего, она лишь развлекалась со мной, а меня будто вышвырнуло из жизни почти на месяц. Если бы не мать и отец, который только появился в моей жизни, неизвестно, чтобы со мной было тогда, три года назад.

Я смотрел задумавшись в большое панорамное окно офиса, глядя на город у моих ног. Москва дала мне много возможностей, и теперь я хотел ими воспользоваться. Достал из кармана айфон и нажал на один из контактов.

– Ринат, поднимись ко мне, – бросил в трубку и через десять минут в кабинет вошел мой друг, начальник службы безопасности отца. Когда Рината до смерти избили люди отца Василины и ее мажористого дружка Артура, да так, что бывший боксер еле выжил, проведя полгода восстанавливаясь, я забрал его в Москву. Друг идеально вписался в свою новую должность, делая карьеру, подходя со всей ответственностью к работе.

– Вызывали, Никита Леонидович? – постучавшись в дверь, вошел Ринат.

– Садись, дело есть, – кивнул я на кресло и друг сел, с улыбкой посматривая на меня.

– Мне не показалось, но я сейчас только что видел в отделе кадров твою бывшую подругу? – подмигнул Ринат.

– Не показалось, – глухо ответил я. – В связи с этим ты сейчас здесь.

– Слушаю, – стал серьезным Ринат.

– Собери мне все, что можно и нельзя на Богданова Дмитрия Сергеевича, его дочь Василину Дмитриевну. Все, что сможешь нарыть.

– Ник, я понимаю, что с приходом нового юриста в тебе взыграли старые раны, но может не стоит ворошить прошлое?

– Я хочу его ворошить, Ринат и я это сделаю, – ответил я твердо, и друг покачал головой.

– Тогда досталось мне, это я чуть кони не двинул, но я не лезу в семью Богдановых и тебе не советую, – не унимался Ринат.

– Я сам решу, что и как мне делать, – произнес я, таким тоном, что Ринат только пожал плечами.

– Как пожелаешь, это все?

– Нет, еще я хочу знать все, что делает мадам Кондратьева: с кем встречается, где бывает. Я хочу знать сколько раз за день она чихнула. Ты понял меня?

– Да, – ответил Ринат. – Могу приступать?

– Начинай и еще, Ринат. Докладывать будешь мне лично, все делать очень осторожно, чтобы никто не узнал.

– Обижаешь, начальник, – ухмыльнулся друг, вставая. – Начинаем, я так понимаю, с Василины?

– С нее, – кивнул я и Ринат вышел из кабинета, а я встал и подошел к окну.

Что ж, игра началась, мадам Кондратьева Василина Дмитриевна.

Глава 3. Василина

Я вошла в квартиру, снимая на ходу светло-бежевое пальто из тонкого кашемира, остатки былой роскоши, вещь из прошлой жизни. Устало села на банкетку, стягивая сапоги на высокой шпильке. В моей квартирке, что осталась мне в наследство от бабушки и отец не мог у меня отнять, стояла привычная тишина. Двухкомнатная квартира в Москве на Октябрьском поле, рядом с парком. С высокими потолками, старинной мебелью, антикварными столиками и библиотекой. Бабушка была истинным коллекционером книг и большую часть гостиной занимали высокие до потолка шкафы, забитые старыми изданиями, журналами и альбомами с фотографиями.

Бабуля была известной балериной, прожила всю жизнь одна, родила от партийного работника, а точнее любовника, сына – моего отца, будучи даже не замужем. В то время ее высокопоставленный любовник был женат, а развод не приветствовался. После рождения сына, бабуля ушла со сцены и жила в свое удовольствие, купаясь в роскоши, что ей щедро дарил несвободный от семейных обязательств чиновник. Когда дед умер, появился новый поклонник и бабуля снова устроила свою жизнь, порхая как бабочка. Везде висели ее портреты, фотографии, пожелтевшие от времени. С них на меня смотрела потрясающе красивая женщина, с волнистыми золотистыми волосами и игривыми глазами.

Я любила бабулю, проводя много времени с ней, часто бывала в ее доме, наслаждаясь волшебными книгами. Но бабушки не стало, когда мне было десять лет. Помню я долго плакала по ней, но время проходит, боль становится не такой острой, тем более в детстве все переносится немного легче. Бабуля всегда говорила, что ее квартира только моя и больше ничья, в чем я и убедилась, вступив в права наследования в двадцать один год.

Я жила здесь всего месяц, переехав из Сочи, а точнее сбежала от мужа. Не смогла больше жить с этим чудовищем. Отец тут же обрезал мне все источники дохода, уволил с должности юриста в своей компании и ждал, пока я наиграюсь в свободу, вернусь к своему мужу. Наш брак с Артуром продержался всего два года, мы поженились сразу после окончания университета. Была грандиозная свадьба с фуршетом почти на пятьсот человек, журналистами и баснословно дорогими подарками. Мои родители подарили нам квартиру с видом на море, родители Артура каждому по машине. После медового месяца на Мальдивах моя жизнь превратилась в ад.

А точнее моя брачная ночь положила начало краху нашего брака. В первую брачную ночь Артур напился так, что затащил меня в нашу новую квартиру и изнасиловал. Без каких-либо ласк, под рычание и треск разорванного свадебного платья, муж кусал меня, пригвоздив к кровати. Я кричала от боли, но это еще больше заводило его. Ничего не изменилось, Артур по-прежнему вызывал у меня дикую боль. Первую ночь он списал на мою якобы девственность, даже сам удивился. Муж думал, что я пошла замуж уже лишившись статуса девочки, переубеждать его я не стала. Мне действительно было дико больно заниматься с ним сексом, практически на сухую. На Мальдивы Артур запасся тюбиками различных смазок, но это мало помогло, только чуть облегчило мои страдания.

На Мальдивах ему быстро надоело возиться со мной и через неделю я вздохнула с облегчением, Артур отстал от меня. Увлекся одной из приехавших блондинок и несколько дней я провела одна, наслаждаясь отдыхом на райском острове по высшему классу. По возвращению домой мало, что изменилось. Артур по-прежнему пропадал где-то ночами, являясь домой под утро, обзывал меня фригидной и заваливался спать. На работу в банк муж отправлялся крайне редко, чем вызывал недовольство своего отца, но меня это уже не волновало, особенно после того, как он первый раз меня ударил.

В начале это были несильные пощечины, причина была любая: неправильно поданное кофе, пережаренная на завтрак яичница, несданный вовремя в химчистку пиджак. Затем удары стали более изощренные, спустились с лица, которое было видно на живот, грудь, ноги, их было легче прикрыть. Я ходила вся в синяках и как-то показала их отцу, но в ответ услышала, что Артур мой муж, а значит так и нужно, чтобы я была примерной женой. Пока не настал тот день, четыре месяца назад.