Канарейка в клетке (СИ) - Вонг Анна - Страница 13

Если бы я мог забрать через прикосновение ее боль, страх, усталость и отчаяние – сделал бы это, не раздумывая. Но я не мог, значит, и касаться не смею, моя задача – облегчить ее пребывание взаперти, сделать жизнь чуть легче. Грань добра и зла к моим тридцати годам уже практически стерлась, но в ситуации с Кариной я видел ее отчетливо.

- Пора готовность блюда проверять – сказала Карина – пойдем вместе?

- Иди одна, я скоро догоню. Если суп готов – налей мне порцию, пожалуйста.

Карина ушла, а я, как идиот, продолжал пялиться в открытое окно, высунув из него голову. Крупные капли дождя безжалостно разбивались о мое лицо, волосы превратились в мочалку и теперь небрежными прядями облепили мокрый лоб, но этого было мало, чтобы охладить пылающий в груди пожар, от которого так ныло сердце.

С силой захлопнул окно и быстро спустился по лестнице, прошел мимо кухни, встретившись мимолетным взглядом с голубыми глазами Карины, и вышел на улицу.

Дождь усиливался, сероватый небосвод озарился яркими вспышками молний, а я стоял на заднем дворе, спрятавшись от взглядов подчиненных мне бойцов, и ловил холодные капли губами. Я так надеялся, что ледяная вода охладит желание прикоснуться к нежной коже Карины, хотя бы на секунду, мне этого будет достаточно.

Я знаю, что любовь есть, верю в ее существование, но никогда не позволю себе любить, потому что я не достоин. Если буду чувствовать, что не способен сдерживать эмоции – просто исчезну, чтобы не позволить им вырваться наружу, Карина не должна знать, что происходит у меня внутри. После того, что сотворил Армандо, она ненавидит всех, кто хоть как-то причастен к мафии, и она в этом права. Ненависть, единственное чувство, которое заслужили такие, как мы.

А что до Карины… В том, что она никогда не ответит мне взаимностью я уверен на тысячу процентов, ведь монстр всегда останется монстром, как бы сильно его не любили…

Глава 13

Карина

Сейчас, сидя за столом и поедая ароматный суп, я чувствовала себя счастливой. Как все-таки мало человеку нужно для счастья. Раньше я получала истинное удовольствие от экстремального спорта, наслаждалась, расправляя крылья вингсьюта, и парила в небе, словно птица. Я любила высоту, потому что она дарила мне свободу, а теперь я не могу взлететь.

Улыбаюсь от радости, что удалось выбраться из комнаты и поесть в компании, а не ковырять порцию в одиночестве.

Размазывая остатки обеда по тарелке, погрузилась в свои размышления. В голове снова десятки вопросов, и одна, самая настойчивая мысль, возвращающая с небес на землю.

У тебя осталось не так много времени, скоро ты снова вернешься в комнату и, кто знает, когда ты в следующий раз сможешь из нее выйти.

Это правда. Я не знаю, что меня может ждать через минуту, никакой уверенности в завтрашнем дне, только ожидание, страшное, не предвещающее ничего хорошего.

Лука давно закончил обед и, поблагодарив, вышел из-за стола. Что-то в нем есть, в этом мужчине, на вид каменном и жестоком. Я не чувствую опасности, от него не веет безжалостностью, и возможно, именно поэтому, я должна держаться от него подальше. Он себе на уме, все чувства надежно спрятаны под каменной маской лютого головореза. Непредсказуемый, опасный, но такой…

Какой, Карина? Ты спятила? Из огня, да в полымя, да? Мало обожглась?

Все верно, если рядом с человеком я ощущаю что-то кроме страха и ужаса, надо ударить по тормозам. Любой мужчина, которому я однажды рискнула открыть двери своего сердца и души нараспашку, обязательно плевал в них ядом. Оставлял после себя выжженный кратер и черную пустоту. Я больше не повторю такой ошибки, должна же, наконец, научиться.

Понимаю, почему меня тянет к Луке, он как лед, охлаждает ожоги, которые оставил после себя Арман.

С Лукой мне легче. Мне ни больно, ни страшно, и я буду использовать это, чтобы выжить, буду брать, ничего не отдавая взамен. Да и что я могу предложить, если из меня давно все достали, оставив пустую оболочку…

- Ты закончила, Карина? – этот тихий голос, с легкой хрипотцой, заставлял мое сердце стучаться сильнее. Я знаю почему, я просто так устала от жестокости, и готова многое отдать, чтобы слушать его нежный голос, пусть наигранный, не искренний, но нежный. Притворюсь, что принимаю его доброту за чистую монету, и мне станет легче, я надеюсь.

- Да, благодарю за вкусную еду, Саманта.

- Что ты, Карина. Это я должна тебе сказать спасибо, за твою помощь – улыбнулась горничная.

- Армандо приказал вернуть тебя в комнату, Карина. Извини – заглядывая мне в глаза, произнес Лука.

- Раз сказал – значит веди – пожала я в ответ плечами.

У двери комнаты застыла на несколько минут, а затем развернулась и задала вопрос:

- Скажи, Лука, как я могу завоевать расположение дона?

- Не перечь ему, делай, что говорит, и тогда все будет хорошо, Карина.

- Что ж, значит, постараюсь не возражать. Благодарю за совет.

Уже битый час я сидела над бумагой и не могла выдавить из себя ни слова. Куда подевался мой талант и красноречие? Я знаю, все это сидит внутри, забившись в самый тихий, дальний угол подсознания и дрожит от страха, словно осиновый лист.

А может, стоит вернуться к хорошо забытому давнему увлечению и попробовать что-то нарисовать?

Я водила ручкой по бумаге, разбирая идеи, которые подкидывали не устающие мысли в моей голове.

Что я еще могу сделать? Вышить имя Армана на шелковом платочке? Надраить полы в его комнате? Сложить в лоточек завтрак и помахать в окно, пожелав хорошего дня? Какой же бред!

Шумно выдохнула и скомкала изрисованный лист, стоп…

Неспешно развернула бумагу и уставилась на неровные штрихи, со смятого клочка на меня смотрели знакомые, холодные глаза, едва скрытые под челкой.

Ох, беда…

Решила, что с меня хватит, усталость брала свое, день был насыщенный, пора готовиться ко сну. Наспех приняв душ, погасила свет и, нырнув в уютную пижаму, зарылась с головой в одеяло.

- Доброй ночи, Карина – донеслись тихие слова из-за двери.

- Доброй ночи, Лука.

От прикосновения нежных, горячих рук я забывала дышать. Его тихий шепот, робкие поцелуи и прикосновения языка к разгоряченной коже сводили с ума.

Прошу, только не останавливайся, я так хотела ощутить снова, что кому-то нужна.

Возбуждение бурными реками наполняло тело и сознание, страстная пытка прикосновениями продолжалась, я сгорала от желания, сходила с ума, зарываясь в его волосы руками, и стонала от удовольствия.

- Я хочу большего, Лука – прошептала я, едва шевеля онемевшими от поцелуев губами.

- Сука! Умеешь все испортить.

Я испуганно открыла глаза, только не это. Я представляла во сне одного, а надо мной склонился совершенно другой. Пьяный, полуголый, жестокий, бесчувственный монстр – Армандо Герра.

Прекрасный сон обернулся кошмаром наяву.

- Встань! – криком приказал мужчина, одновременно поднимаясь с кровати.

Я испуганно хлопала глазами, сильнее куталась в одеяло и шептала:

- Прошу, Арман, не трогай меня. Я ничего не сделала, умоляю, оставь меня в покое.

- ЛУКА! Зайди немедленно! – громкий голос дона перерастал в рычание хищного зверя.

Мужчина появился в комнате через пару секунд и сразу же получил по лицу кулаком, я вскрикнула от неожиданности и тут же зажала рот руками. Горькие слезы текли по щекам, я не могла их остановить, страх наполнил меня изнутри, от накатившего несколько минут назад во сне возбуждения и эйфории ни осталось и следа.

Из рассеченной губы Лука текла кровь, но он покорно склонил голову и не сопротивлялся. Застыл в ожидании очередного удара.

- Я позволил ей выйти из комнаты, а вы решили в любовников поиграть? – орал Армандо – ты спал с ней? Говори!

- Нет, я не тронул Карину и пальцем!

- Она сама на тебя вешалась? Сбежать пыталась?

- Дон Герра, уверяю, ничего подобного не было – наконец поднял голову Лука и бросил на меня испуганный взгляд.