"Фантастика 2023-117". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Баранников Сергей - Страница 438

Под землей время течет по-иному, чем на дневной поверхности. Здесь нет светлого времени суток, только темное. День наверху или ночь можно определить только по поведению людей, тех, которые могут перемещаться самостоятельно. Ходят, значит, день, если спят – ночь. Все смешалось на утро после боя. Одни продолжили ходить, вторые, измученные боем, бессонной ночью и ранами, спали. Капитан Магу входил в число вторых. Несмотря на боль в боку и постоянный шум, его сморил сон.

– Господин капитан! Господин капитан!

– А? Что?

Возвращение из царства Морфея в заполненный ранеными вонючий каземат удовольствия Алексу не доставило. Там он почти уговорил хорошенькую девушку на весьма нескромный поступок, вот только лица своей обольстительницы припомнить никак не мог. Здесь же он лежал на прелой соломе, левый бок побаливал, голова кружилась от потери крови, а живот совсем некстати вспомнил, что со вчерашнего вечера хозяин не отправил в него даже крошки.

– Чего надо?

Разбудивший капитана санитар сообщил новость:

– Раненых господ офицеров приказано из форта эвакуировать.

Магу похлопал ладонью по боку. К его удивлению, после всех ночных приключений часы остались на месте. Открыв крышку, офицер едва не присвистнул от удивления. Оказывается, он ухитрился проспать почти весь день, до самого вечера.

– Что сегодня на ужин?

– Так ведь…

– Неси, что есть, – потребовал Алекс, – а то я тут у вас от голода помру.

– Слушаюсь, господин капитан!

Солдат принес полкотелка пресной пшенки, сваренной на воде. Ну, хоть ложку не забыл прихватить. Наворачивая кашу из котелка, капитан поинтересовался:

– Меня никто не искал?

– А как же! Дважды, господин капитан. Сначала двое приходили – унтер из пятой роты и нестроевой какой-то, здоровый, как медведь. Разбудить не решились, постояли, да так и ушли. Потом нестроевой еще раз один приходил.

– Жив, значит.

Ну хоть один камень с души. Набив живот, капитан Магу приказал:

– Помоги мне встать.

– Лекарь не сказал, можно ли вам вставать!

– Не сказал? Значит, можно. Подними меня, я приказываю!

Будь санитар старше и опытнее, он бы нашел способ выйти из ситуации, а этот в лазаретные служители недавно попал. Обиженно засопев, он, тем не менее подхватив капитана, помог ему подняться на ноги. Переждав, когда отступит головокружение, Алекс двинулся в путь. После первых же шагов от намерения посетить расположение роты пришлось отказаться. Сил хватило только на то, чтобы добраться до лазаретного сортира. На обратном пути Алекс заметил, что на повязке проступили красные пятна свежей крови.

Тут-то и подоспели известия о прибытии подвод за ранеными. Офицеров эвакуировали первыми, но Алекс успел сунуть санитару гривенник, чтобы тот предупредил Фелонова об эвакуации. Наверху было довольно прохладно, и он пожалел об оставшейся где-то в форте шинели. Саперы за день успели сколотить временный деревянный мост, по нему в форт доставили продовольствие и боеприпасы, обратным рейсом прибывшие повозки вывезли раненых.

Полевой госпиталь, куда капитана Магу доставили вместе с другими ранеными офицерами, располагался в самом Ясене. Утром с Алекса сняли повязку, и его рану осмотрел лекарь.

– Ну что же, совсем неплохо. Я бы даже сказал – хорошо. Рана чистая, воспаления нет. Прописываю вам отдых, покой и усиленное питание. Для восполнения кровопотери рекомендую красное вино. Перевязки через день.

Лекарь распорядился наложить повязку и уже хотел было заняться следующим пациентом, но капитан придержал его:

– Одну минуту, господин лекарь. Уж коли рана моя не такая опасная, может, я не буду койку в госпитале занимать, а продолжу лечение у себя на квартире?

После неудачного штурма Коварны и последующих боев за форт номер два госпиталь был переполнен, а следующей ночью ожидалась еще одна партия раненых из форта. Заметив, что лекарь заколебался, Алекс поспешно добавил:

– Доктор, обещаю исполнить все ваши рекомендации.

– Только не злоупотребляйте, господин капитан. И на перевязки являйтесь вовремя, иначе могут быть осложнения.

– Большое спасибо, господин лекарь, послезавтра прибуду в ваше распоряжение.

До прежней квартиры капитана Магу доставил госпитальный фургон. Санитары помогли пройти внутрь. Его койка была свободной и все вещи остались на месте. Денщик Светлорецкого сообщил, что подполковник отсутствует со вчерашнего утра, но к вечеру обещал быть. Развалившись на постели, Алекс предался скуке. Зато здесь было тепло, светло, сухо, отсутствовала госпитальная вонь, стоны и крики раненых.

После полудня скрипнула входная дверь, и в комнату без приглашения ввалился Фелонов.

– Ну наконец-то! Где тебя носило? Шинель принес?

– Да принес, принес. И не только шинель.

Денщик опустил на пол большой узел, развязал и принялся раскладывать принесенное, попутно сообщая информацию о ночном штурме и своем участии в его отражении.

– Я проснулся, только когда пушка бабахнула. Думаю, какого черта артиллеристы пальбу устроили, а тут второй выстрел. Тогда я уже понял, что неспроста стрельба эта. Пока оделся, револьвер с тесаком взял, а османы уже через амбразуру в каземат лезут. Двое-то пролезли, а третий, здоровый гад, застрял. Этих двоих я сразу положил…

– Герой, – улыбнулся Алекс. – А третий, действительно, такой здоровый был, что в амбразуру не пролез?

– Да не то слово! Башка – во!

Денщик развел ладони, демонстрируя размер османийской головы, абсолютно нереальный, кстати.

– И его тоже пришиб?

– Пришиб.

– И каземат в одиночку удержал.

– Не, не удержал. Османы со стороны внутреннего двора в коридор прорвались, пришлось на нижний уровень отступить. Единственный факел прогорел, темнотища! Лестницу завалили каким-то хламом, палили на любой шорох, заряжали на ощупь. Хорошо, что патронов хватило. А потом уж наши на них навалились, им деваться некуда, так они на нас поперли, тогда уже пришлось и тесаком помахать. Где свои, где чужие, ничего не видать, отбились кое-как.

– Народу в роте много осталось?

– В строю десятка два, пожалуй, наберется.

– М-да, негусто.

– Для такого боя, я считаю, очень даже хорошо. Мы потом наверх прямо по трупам выбирались, все коридоры были завалены, не пройти. Османийцев и наших потом весь день из форта выносили, сегодня ночью закопать были должны. А я, как только выбрался, сразу нашел фонарь и тебя искать пошел. Честно говоря, и не надеялся живым найти.

– Ты же даже не знал, где меня искать!

– Не знал, – подтвердил Фелонов. – А что делать? Сначала в казематах искал, потом Охримцева встретил, он сказал, что ты в траншее на валу был. Я туда пошел. Сначала один был, потом Охримцев пятерых солдат прислал. Всю траншею обыскали, и вал, и двор. Вот когда тебя нигде не нашли, тогда у меня надежда появилась.

От этого бесхитростного рассказа у Алекса едва слезы на глазах не выступили.

– Спасибо тебе, Влад.

– Да ладно, – смутился Фелонов, – ты же меня тоже не бросишь.

– Не брошу, – подтвердил капитан, – ни живым, ни мертвым. А ты бы сразу в лазарет сходил, я в это время там уже был.

– Да посылали мы в лазарет. Вернулся этот обалдуй, сказал, нет тебя там. Потом один унтер из двадцать четвертого полка вспомнил, что они во рву раненого офицера подобрали, тогда уже мы вдвоем с Охримцевым в лазарет пришли, а ты спать изволил в это время.

– Ну извини, ночка уж очень веселая выдалась, да и крови много потерял. Кстати, о крови. Мне лекарь рекомендовал для восполнения потери красное вино употреблять. Сможешь найти что-нибудь более приличное, чем местная кислятина?

– Смогу. Чего не смочь, коли деньги есть.

– Заодно и счастливое завершение этой эпопеи отметим, – оживился Алекс.

Полчаса спустя Фелонов принес глиняный кувшин полуведерной, приблизительно, вместимости. Еще через час на свою квартиру вернулся подполковник Светлорецкий, заставший попойку в самом разгаре. Поймав на себе неодобрительный взгляд старшего офицера, менее пьяный денщик поспешил ретироваться, освободив господ офицеров от своего присутствия.