Хронос. Ледяной поход (СИ) - Митюшин Дмитрий - Страница 14

В левом углу переливается от синего до фиолетового угловой штамп.

«Удивили, ага! — хмыкнул про себя программер. — Краску любую сделать можно. — Венчает штамп двуглавый орёл. — Надо же? Неужели имперский герб сохранился до их времён?».

Ниже на штампе — надпись заглавными буквами «РУССКАЯ КОНФЕДЕРАЦИЯ». Под ней — «Служба защиты времени (Хронослужба)». Ещё ниже — « Московский региональный департамент».

«Круто!» — подумал попаданец и перевёл взгляд на пропечатанную справа от штампа надпись: «Господину А. Д. Воронцову».

Заново перечёл текст, уже медленно и спокойно.

' Уважаемый Антон Дмитриевич!

К Вам обращается представитель Службы защиты времени (Хронослужбы) Русской Конфедерации капитан Прилуцкий Я. М. (фото ниже).

В результате технического сбоя Вы оказались в другой пространственно-временной локации, а именно в 1917 году. Просим сохранять полное спокойствие, поменьше общаться с местными жителями.

Ваш новый друг, князь Роман Васильевич Голицын любезно согласился передать Вам это письмо.

По информации, полученной от г-на Р. В. Голицына, нам стало известно, что Вы собираетесь отправиться в Москву. Наши аналитики считают, что Вы можете оказаться и в Петрограде

Просим вас каждый вторник и пятницу прогуливаться по Тверской улице с пятнадцати до семнадцати часов в Москве, либо по Литейному проспекту в Петрограде в то же время. Я выйду с Вами на связь.

Ещё раз просим поменьше общаться с местным населением.

В случае невыполнения требований Вы будете считаться преступником, нарушившим законы перемещения во времени, и преданы суду военного трибунала.

С уважением, старший оперуполномоченный оперативного отдела Московского регионального департамента Хронослужбы капитан Я. М. Прилуцкий'.

Ниже размашистая подпись и дата «6(19) июля 1917 года».

Роман встал рядом с программером и ткнул в низ текста:

— Вот этой фразы о трибунале не было.

— Уверен? — буркнул Тоха.

— Абсолютно, — кивнул Роман.

— Хрень какая-то, — почесал голову программер. — На фига мне прогуливаться по Литейному, если они могут найти меня, где угодно?

Он уже успокоился и взглянул на фотку. Цветная, размером примерно двенадцать на пятнадцать. На ней молодой мужик в бирюзовой форме с капитанскими погонами. Короткий ёжик русых волос, серые глаза, волевой подбородок.

Роман вернулся к облюбованному креслу. В дверь постучали.

— Да! — отозвался Тоха.

В комнату впорхнула княжна. Она переоделась в голубое платье, в каком Тоха впервые её увидел.

— Антош, ты обещал… ой, Ромка, — заметила Ромыча и чуть покраснела, — я… — она явно не ожидала застать здесь брата. — Я… к тебе зашла, а тебя нет. Потом… подумала… вдруг ты у Антона Дмитриевича. Мне Антон Дмитриевич обещал кое-что рассказать.

— Да ладно тебе, сестрёнка, — улыбнулся князь. — Я сразу понял, что вы на «ты». Не смущайся.

Настя зарумянилась ещё больше.

— Настюш, — Тоха взял её руку и поднёс к губам. Легонько поцеловал. — Я тебе обязательно всё расскажу. Чуть позже, окей? — и нехотя отпустил руку девушки.

— Я думал, испугаешься, прочитав сие послание, — усмехнулся поручик, с любопытством разглядывая программера и сестру. — А ты молодец, хорошо держишься.

Тоха взглянул на молодого князя.

— А мне страшно, Рома. Реально страшно. Если это — Прилуцкий, — он ткнул в фотку, — то кто был в поезде? А?

— В поезде? — вскинул брови поручик. — Так они с тобой встречались?

— Да. Но не они. Точнее, не он, но тоже Прилуцкий. Попозже расскажу. Так вот, когда тот Прилуцкий, который в поезде, не смог меня переместить домой, он исчез в бело-синей вспышке. Такая же была на Фонтанке, когда мы с Настей от матросни сваливали. Там портал образовался. Помнишь, я тебе говорил, лёгкое колыхание воздуха.

— Как же ты его в темноте разглядел? — удивился Ромыч.

— Н… не знаю, — пожал плечами Тоха. — Темно? Да. Но что-то такое неясное было. Там мне какой-то чувак завопил, мол, давай, Воронцов, в портал! Живо! И схватил меня. А Насте велел не вмешиваться. Я этого чувака пнул, он и отлетел в портал. Бац, и снова вспышка. Точь-в-точь, когда я в этом времени на нейтралке с бодуна очутился…

— Ну почему вы меня игнорируете⁈ — Настя с нетерпением топнула ногой. Глаза засверкали. — Антон, ты всё время обещаешь рассказать, а сам молчишь!

«Вот упрямая девчонка!» — подумал Тоха и посмотрел на Романа. Тот с довольной улыбкой глядит то на сестру, то на программера.

— Слушай, Антон, — он подмигнул, — когда она злится, такая красивая. Правда?

— Ромка, я тебя убью!

Поручик негромко рассмеялся и беззлобно поддразнил девушку:

— Фи, ваше сиятельство, как вы изволите выражаться?

— Да я… да ты… да вы… да я…

Настя, кажется, вот-вот бросится на брата. Глаза сверкают, щёки пунцовые. Какая же она…

— Согласен, — попаданец невольно залюбовался юной княжной. — Она вообще очень красивая.

— Антон, и ты туда же!

Несмотря на злость, видно, что комплимент девушке понравился. Особенно его, Тохин.

— А чё я такого сказал? — улыбнулся программер. — Что ты красивая? Так это правда.

На мгновение запнувшись, выпалил:

— И я тебя люблю.

Княжна замерла и распахнула глаза. Не дав опомниться, Тоха снова взял её за руку:

— Настюш, потерпи чуть-чуть. Обязательно всё расскажу. Чуть позже. Сейчас с Романом поговорю. Окей? Вот и ладушки.

Настя, как настоящая представительница прекрасной половины человечества, из его слов, разумеется, тут же вычленила самое главное. Лицо девушки просияло.

— Антош, что ты сказал?

— Вот сейчас с Ромой поговорю и всё тебе объясню, — попытался съехать с темы программер.

— Я не об этом, — голос девушки изменился, стал глубже.

— Много же я пропустил, — ухмыльнулся Ромыч. — Ну вы даёте!

— Знаю, солнышко, но я об этом, — Тоха перевёл взгляд с Насти на её брата. — А сегодня, когда мы сматывались от матросов, нам помог сбежать чувак из этой грёбанной Хронослужбы. Сказал, завтра к нам пребудет Прилуцкий и всё расскажет.

Ромыч чуть прищурился:

— А подробней?

Программер в красках рассказал про нападение красногвардейцев с блокпоста на Фонтанке. Как они уходили. Про чувака с Хронослужбы по имени Олег.

— Из всего этого я делаю вывод, — помолчав, задумчиво проговорил Роман, — что они хотят вернуть тебя назад, но не знают, как.

— Наверно, — согласился Тоха, — но почему тот, что пытался затащить меня в портал, выругался по-английски? Он тоже назвался Хронослужбой. Настя слышала.

— Может, это британская… хронослужба? — предположила девушка. — Их же потом… убили. Кажется.

— Тогда получается, — Тохе стало не по себе, — англичане или американцы, а это был американец, стопудово, могут меня вернуть домой, а наши… нет… Стало быть, я зачем-то нужен пиндосам. Зачем? Фигня какая-то.

В косяк постучали.

— Разрешите, господа?

Тоха с Настей обернулись. В проёме стоит Василий Фёдорович Голицын с «керосинкой» в руках. Княжна не закрыла дверь.

— Да, конечно, — пригласил Тоха.

— Прошу прощения, Антон Дмитриевич, дверь открыта, и я случайно услышал разговор. Не пришло ли время объяснить?

Тоха почувствовал, как загорелись щёки. Интересно, что слышал князь? Только концовку, или, как, кроме всего прочего, признался в любви его дочери?

— Конечно, Василий Фёдорович. Время пришло, — программер посмотрел на княжну. — Уже пришло.

— Тогда, ужин ждёт.

— Вот здорово! — Ромыч вскочил с кресла. — Я ужасно голоден.

Прошли в столовую. Княгиня уже там.

За скромным ужином поговорили о политике, о ситуации на фронте, в Петрограде. Выпили по паре бокалов красного вина за счастливое возвращение младшего Голицына.

Надежда Сергеевна не сводит глаз с вернувшего сына. Настя с едва скрываемым нетерпением и любопытством поглядывает на Тоху, но в семье не принято важные дела обсуждать за едой.