Слеза дождя (СИ) - Ветер Анна - Страница 50

— Зря всё это. — проговорила девочка, поднимая палку. — Мамка говорила, что шловела на охоте ничем не остановить. — но тоже попробовала свои силы, ударив монстра по языку.

На этот раз шловел откинул свою обидчицу самим языком, будто отогнал назойливую муху. Валя предприняла новую попытку, на этот раз действуя по иному. Она разбежалась и сбила потерявшего способность двигаться колдуна с ног, пытаясь привести того в чувство и заставить что—то предпринять. Никклаф мотнул головой, нахмурился, увидев на себе ведьму, а потом снова посмотрел на шловела и остекленел. Вилентина отвесила ему пару звонких пощечин и поняла, что это не поможет.

Виль попробовала поднять и оттащить колдуна, но ее сил хватило только на то, чтобы приподнять его плечи. В полном бессилии, она посмотрела на испуганного котеныша, тихо сидящего в кустах, горько ему улыбнулась и проговорила:

— Коша, фас. Покусай этого нехорошего червяка.

Что сыграло роль пружины осталось загадкой — то ли кошику надоело бояться, то ли он впитал команду «фас» с молоком матери, а может ему просто понравилась идея покусаться… Но дальше произошло следующее. Детеныш мантикоры резко выпрыгнул из кустов, вцепился всеми когтями в язык монстра и резко его цапнул. Шловел затряс языком, отчаянно пытаясь сбросить маленького зверя, но котик держался крепко. Виль, не теряя драгоценных минут, принялась обхаживать пощечинами колдуна, а Зузалика, пока язык шловела приобрел гибкость, поймала его и стала накручивать на палку.

— Скажи мантикоре, пусть ужалит шловела в голову! — крикнула девочка Виль.

— Как? — обернулась к ней Вилентина.

— Обычно. Она же тебя понимает! Быстрее.

— Э… Коша, прыгай к червю на голову и жаль его, пока он нас тут не поубивал. — особо ни на что не надеясь, крикнула ведьма.

Котенок оказался не только сообразительным, но и послушным. Резво перебирая лапами по языку, рискуя свалиться на землю, он быстро добрался до головы монстра и ловко воткнул кончик своего хвоста между бурых чешуек. Червь на мгновение замер, недоуменно тряхнул головой и рухнул на землю.

— Что с ним? — замерла с недонесенной до щеки колдуна рукой Виль.

— Он дезориентирован. — пожала плечами Зузалика. — Если бы это была взрослая мантикора, то он бы просто ее сбросил, так как толстое жало не смогло бы проникнуть между чешуей шловела. А яд детеныша мантикоры просто отключил рефлексы червя, в том числе и те, которые ему помогают двигаться и чуять пищу. — она отбросила палку и подошла к котенышу, аккуратно снимая его с монстра. — И где вы нашли такого прелестного малыша? — засюсюкала она, подхватывая того на руки и начиная гладить.

— В лесу. — автоматом выдала Вилентина и почувствовала, что ее ладонь поймали — колдун пришел в себя. — Он маму потерял и плакал.

— Да? А я думала, что мужики врали про то, что видели мертвую мантикору. Странно… они конечно к ней подойти побоялись, но утверждали, что у той не было никаких видимых повреждений. Но еще более странно, что ты услышала котенка — они издают звуки на таких волнах, которые не каждый услышит. Похоже, ты очень сильная ведьма. — Зузалика с уважением посмотрела на Валю.

— Просто повезло. — дернула та плечом и посмотрела на встающего с земли колдуна. — Ты что, ночью не выспался? — усмехнулась она. — Мы его ждем, а он пришел и бах… спать!

— Вы меня ждали, чтобы натравить эту тварь? — не остался в долгу Ник.

— Как ты догадался?

— Он действительно хороший? — прищурилась девочка.

— Местами. — махнула рукой Виль. — Но что свой — это точно.

Никклаф скептически посмотрел на обоих, потом на монстра, прочитал короткое заклинание и подошел к шловелу ближе.

— Похоже, нас кто—то преследует. — сделал он вывод, изучив червяка и тыкая в темную линию на его теле. — Шловел явно не дикий, жил в подвале. Его выпустили специально, чтобы найти и убить колдуна. Они знают, что мы где—то в этом регионе, но не знают точного места, а эта тварь способна найти колдуна и не на таком расстоянии.

— Так она и их может сожрать! Ну тех, кто выпустил… Вряд ли нас ищут ведьмы.

— Нет, не сожрут. Если применить одно заклинание, шловел не сможет учуять. Вся соль в том, что я не знал о твари и не использовал это заклинание. Если бы не Коша, я бы стал его обедом.

— Кстати об обеде. — быстро перевела Виль разговор на другую, животрепещущую тему, так как ей претили разговоры о смерти. — Надеюсь, ты позаботился о том, чтобы мы не голодали? А то из—за некоторых, две молодые дамы остались без завтрака!

— Не лезла бы и не осталась без завтрака. Нечего было психовать и непонятно куда отправляться на ночь глядя. Где ты была всю ночь? — упер на нее хмурый взгляд.

— С Карлсоном гуляла! — заявила ведьма, уверенная в том, что эту сказку колдун точно не знает. — Если бы не я, Зузалику бы сожгли ни за что, ни про что!

— Не сожгли бы. Ты же видела судью! Я и так бы всё решил. — не уступал Ник.

— Да? Вот именно, судью! А что на лбу судьи было написано, что это мой знакомый колдун? Твой амулет вроде как сломан… был.

— Он и сломан. Я забрал два амулета из комнаты «отправившихся отдыхать к морю».

— А мне ты об этом сказать как—то забыл!

— И что, у вас всегда так? — вскинула брови девочка. — Ой!

— Не обращай внимание. Он труден в понимании. — раздраженно махнула рукой Виль, медленно повернувшись на возглас Зузалики, чтобы тут же округлить глаза (как же часто приходится это делать последнее время!).

Вместо огромного червя—переростка на земле лежал человек! И не просто человек — это был тот противный дядька, который преследовал Валю на кладбище, желая украсть кольцо матери! Колдун тоже не мог не посмотреть в ту сторону, после чего он стал чернее тучи.

— Кто это? — тихо проговорила Виль, словно ее кто—то мог подслушать. — Я его уже встречала.

— Это — Полуночник, лучший охотник—оборотень Хамамелиса. — мрачно проговорил Ник. — Судя по всему, на нас началась охота. Вот только какого рода?

— Явно не ознакомительного! — Полуночник вдруг изогнулся и вновь приобрел вид шловела. — Фу, гадость! Может, уже побежим отсюда?

— Я так думаю, что пустив сюда шловела, его хозяин хотел бы видеть то, что останется от колдуна, его встретившего. — задумчиво произнесла ведьмочка.

— Я пришёл к этому же мнению. — кивнул Никклаф. — Поэтому нужно, чтобы он, — колдун кивнул на червя, — придя в себя, обнаружил тело.

— Ты предлагаешь оставить тебя здесь? — вздернула брови Виль.

— Нет, у меня есть другая идея.

Колдун скинул с плеча сумку, и достал… браслет перевёртыша! Изучил, а потом согнул кожу, соединяя две бусины между собой. Проделав эти странные манипуляции, бросил браслет обратно в сумку и замер, что—то ожидая. Виль с Зузаликой переглянулись и дружно пожали плечами.

Ждать пришлось не долго. Через пару минут из—за деревьев выступил какой—то солдат и, полностью игнорируя женский пол, ожидающе уставился на Никклафа.

— Я знаю, что ты должен выполнить мой приказ. — сказал тот. — Но я не хочу, чтобы ты делал это по принуждению. Мне нужно, чтобы ты принял мою личину и остался лежать здесь, изображая полутруп, до тех пор, пока шловел не очнется и, удостоверившись, что он меня превратил в оболочку, не уйдет. В обмен на это я создам для тебя амулет, позволяющий удерживать личину до суток. Итак?

— Так это наш перевёртыш⁈ — ахнула Вилентина. — Он жив!

— Колдун спас меня. — бросив короткий взгляд, ответил «воин». — Да, я согласен. — обратился он уже к Никклафу. — Всё лучше, чем быть постоянно битым. — он на глазах превратился в колдуна, посерел лицом, его веки отяжелели, а глаза провалились, словно не спали несколько дней, щеки ввалились, а нос обострился. — Так нормально? — спросил он.

— Если когда—нибудь превратишься в это, то ко мне не подходи. — тихо пролепетала Виль. — Я зомби как—то не перевариваю.

Вместо ответа, колдун протянул к ней небольшой кусок дерева.

— Подержи в руках и представь солнце.

— Это еще зачем? — не поняла ведьма, но палочку взяла.