Слеза дождя (СИ) - Ветер Анна - Страница 51

— Я свои заклинания на амулет поставил, теперь нужно, чтобы он был долговечен — это можешь только ты.

Виль пожала плечами и проделала всё, что говорил колдун, затем передав, по его же настоянию (после ее рук, амулета не должен был касаться колдун) перевертышу. Тот молча кивнул и сел под дерево, начиная ожидать когда придет в себя шловел.

— А что шловел? — спросила Вилентина. — Он так и будет там лежать? В конце концов он же не виноват, что ему матушка—природа уготовила столь странные пристрастия в пище?

Никклаф завел глаза к небу и отправился в лес, Виль и Зузалика последовали за ним.

— Да нет! — махнула ладошкой девочка. — Через несколько минут оклемается, посмотрит на свою жертву и вновь под землю уйдет.

— Да? И что нам, опять колдуна у него отбивать?

— Зачем? Он наверняка уже применил свое заклинание. Шловел поползет другую жертву искать или вернется к хозяину. — впереди показалась прогалина, на которой были привязаны кони. — А кто такой этот Карлсон? — неожиданно спросила девочка. — У нас в деревне вроде никого с таким именем нет.

Колдун замедлил шаг, явно прислушиваясь к разговору.

— Умный, красивый, в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил. — с удовольствием сообщила Виль. — Он живет на крыше и любит варенье. Торты тоже.

— Торты? — удивилась Зузалика и тут же просветлела лицом. — Это такая выдумка, да?

— Говорить неправду не в моих правилах.

— Но это же… Ты говорила…

— Всегда есть исключения из правил! — перебила ее ведьма и резко остановилась. — Возвращаясь к вопросу о еде. Я голодна!

— Я тоже есть хочу. — призналась девочка.

— Коша? — посмотрела на мантикору Виль, призывая того тоже заявить о голоде — ему, как спасителю точно должны уступить.

— Он сыт. — ответил за него Никклаф. — Найдем поляну и поедим. — щедро пообещал он.

— Прямо сейчас и найдем. — улыбнулась ведьма и взмыла вверх. — Мне сверху видно все, ты так и знай! Немного правее и мы на месте. — опустилась она на землю.

Вскоре на маленькой полянке весело трещал костерок, а две ведьмы усердно работали челюстями, получая от этого занятия массу положительных эмоций.

— Нужно подумать, куда двигаться дальше. — не прерывая их занятия, проговорил Ник. — Ту ниточку, что обещал нам знакомый из пещеры, мы не нашли.

— А что вы ищете? — в паузе между бутербродами спросила девочка.

— Сложно сказать. — вздохнула Виль, оглядывая горы еды — хотелось съесть всё, а желудок уже был перенасыщен. — Наверное, проще сказать, что мы можем найти вообще из того, что ищем. — она немного помолчала, обдумывая сказанное. — Во, загнула! Короче, мы ищем некий нож, в который, по местным сказкам, была спрятана сила одной из трех исчезнувших ведьм.

— Хранительницы? — изумилась девочка. — А… это… Да это любая ведьма знает! — неожиданно махнула она ладошкой.

— Поподробнее, пожалуйста, — с нажимом проговорила Виль. — Я не любая ведьма. Я — ведьма мало знающая. Точнее почти ничего не знающая.

— Этот нож воткнут в камень, который хранится на Фельвенской пустоши. — пожала плечами Зузалика.

— На которой произвел застройку Орден Орлуха, вероятно, огородив тот камень высоченной стеной, — задумчиво продолжил за ведьмочкой колдун.

— Зачем огородил? — нахмурилась Вилентина, чуя подвох.

— Я слышал об этом, но не думал… — он посмотрел в глаза Виль. — Дело в том, что когда нож нашли, то попытались от него избавиться или, хотя бы перенести в другое место. Так говорилось в тех свитках, что я читал. Ни то, ни другое колдунам не удалось, поэтому было решено обезопасить камень с ножом, огородив от любого встречного. Похоже, так появился Орден Орлуха — хранителей тайны.

— Что ж, направление нами выбрано. — улыбнулась ведьма. — Пора двигаться. Это далеко?

— Пустошь как раз за этим лесочком. Часа через два — три будем там.

— Тогда почему мы еще здесь? — Вилентина принялась быстро закидывать в сумки оставшиеся продукты.

Степан из Крашень пришел в себя ровно через неделю, как он и делал это каждый год, уходя в запой по случаю кончины жены. Соседка, видя, что тот появился во дворе, сразу, как наказал колдун, передала ему вещательный камень и, активировав его, вышла во двор — послание предназначалось только Степану. Перед небритым хмурым мужиком появилось лицо незнакомца и сообщило следующее. По причине его запоя, падчерицу Зузалику защищать было некому и староста решил ее сжечь. Степан взвыл, как буйвол, заставив несчастную соседку опасливо отбежать подальше к воротам. Дальше незнакомец заверил отчима ведьмочки, что та выжила и взята на обучение сильным природником, но этого никто из деревни не знает! Последующая информация носила рекомендательный характер.

Из дома Степан вышел с одной единственной мыслью — набить старосте морду. Ведь этот гад уверен, что уничтожил его девочку! Несказанно удивив мужика, староста не только не противился двум мощным ударам в челюсть, но и принялся ничтожно извиняться и дал толстый кошель с деньгами, якобы посильно возмещая потерю. Степан скрипнул зубами, взял кошель и вернулся домой. Первым делом он привел себя в порядок — побрился, переоделся, а потом разбил вещательный камень, как велел незнакомец. Выполнив все эти нехитрые приготовления, он направился к соседке. Прав незнакомец, он просто прожигает свою жизнь, когда можно успеть сделать что—то хорошее — помочь например, соседке, которая осталась без кормильца. Сильные руки там в цене, глядишь и не только руки сгодятся. А что касается денег… так ее сорванцам наверняка обновки нужны. Завтра же они отправятся на ярмарку. И пусть его Пероша радуется, видя, что и он и его дочь не сдались!

Нож в камне

Что у нас хорошо организовано

так это преступность.

Солнце засело на самой середине неба, когда маленькая процессия вышла из лесочка и остановилась, оглядывая Фельвенскую пустошь. Собственно название — пустошь, эта местность получила весьма заслужено. Редкие клочки зелени на пустынной земле, ветер, лениво перекатывающий высохшую траву и неожиданно высокие стены, стоящие посреди этого «великолепия», напоминавшие бородавку на лице старухи.

— Будем брать! — решительно заявила Вилентина, делая вид, что засучивает рукава. — Врываемся, поражаем их своей храбростью и отвагой и…

— Она всегда такая? — повернулась к Никклафу Зузалика.

— А ты думаешь нормальная ведьма пошла бы спасать другую ведьму в присутствии судьи? — усмехнулся тот. — Всё имеет две стороны. — он серьезно посмотрел на Вилью. — Там полно колдунов, которые в один миг просчитают, что вы ведьмы и ваша храбрость и отвага вряд ли спасет. Я бы пошел один, но наш знакомый сказал, что нож может вытащить только… Ну, ты помнишь. Поэтому нужно замаскироваться!

— Легко! — отмахнулась ведьма. — Я буду крестьянкой, а Зузалика — моей дочкой. Где нам раздобыть прикид? — улыбнулась колдуну и тут же поняла, что с ней что—то происходит.

Возникшая ломота прошла по всему телу, а колдун неожиданно вырос в два раза. Она удивленно посмотрела себе под ноги, потом вокруг себя, округлила глаза, набрала полную грудь воздуха и… громко возмущенно заблеяла. Она была овцой! Вот что предполагали слова колдуна о маскировке! Рядом с ней стоял рослый ягненок и так же ошарашено взирал на себя. Виль закрыла глаза, чтобы сосредоточиться.

— Не делай глупостей, — четко прозвучал голос ненавистного спутника. — Это лучшая маскировка. Сейчас в вас нет тех потоков, по которым любой слепец, обладающих хотя бы частицей магии, может узнать в вас ведьм. Две милые овечки ни у кого не вызовут подозрений. — Вилентина грозно заблеяла. — Хорошо, одна милая овечка и одна противная овца, — исправился он и легко увернулся от грозной бодливой ведьмы. — Когда мы попадем в крепость и найдем нож, то я верну вам ваш облик. Ну, или вы вернете его сами. Но до этого момента, просьба не проявлять свои ведьменские штучки, чтобы нас не рассекретили. Мы друг друга поняли?