Огнеслава (СИ) - Гамаюн Марина - Страница 78

— Кому же ты кланяешься, если не мне? — высокомерно спросила государыня.

— Тому, кто внутри тебя, — указала глазами на её пояс боярышня.

Руки молодой княгини инстинктивно прикрыли живот. Что же это за ведьма такая, раз ведает о том, чего даже она сама еще не почувствовала?

— Слишком маленький срок! Людям не дано знать так рано! — тихо рассмеялась Беляна, поясняя. — Его сердце еще не бьется, но я чувствую дух. Удивительно насколько он силен при такой никчемной матери.

— Кто ты? — резко спросила Огнеслава.

— Действительно хочешь узнать? — показала белоснежные клычки девица. — Я откроюсь тебе, если дашь слово сохранить мою тайну.

— Мужу скажу, — свела брови государыня. — Остальным нет.

— А разве у тебя не два мужа, княгиня? — криво улыбнулась девица и её глаза вдруг изменились, вместо обычных зрачков на Огнеславу смотрели две узкие черные полоски, точь в точь, как у змеи.

От неожиданности молодая хозяйка Белого дворца попятилась, мотнула головой, ничего не изменилось. Змея? Беляна Мстиславовна на самом деле змея? Аскольд говорил, что в мире есть и другие змеи, наделенные магией, которые желают заполучить содержимое ларца. Похоже, ей всё известно! Неужели она пришла за венцом змеиного царя?

— Венец спрятан в Черном дворце, ты его не получишь, змея. Уходи! — выпалила Огнеслава.

— Ага… и про венец знаешь, значит! — голос звучал вкрадчиво, будто насмехаясь. — Ты уже видела мою истинную сущность, чего же сейчас так испугалась? — веселясь, проговорила Беляна, вернув себе человеческий взгляд.

— Видела? — недоверчиво произнесла Огнеслава. — Ночью? В лесу?

Боярышня довольно закивала. Позвав её, Огнеслава думала, что сможет выяснить, что и откуда известно дочери Всеволодовичей. Собиралась говорить строго, чтобы девица испугалась и взболтнула лишнего. В действительности страшно сейчас было ей самой.

— Что-то ты слишком пугливая для потомка огненного сокола! — приблизилась к ней Беляна. — Вот твоя прамать Огневица, по слухам, отважная была, да и колдовала, говорят, не хуже батюшки своего. Я сперва тебя даже опасалась, а теперь смотрю, зря осторожничала! — холодные глаза змеедевы смотрели не на княгиню, а сквозь неё. — Знать бы раньше, мокрого места бы от тебя не осталось! — вздохнув, она отошла в сторону.

— Что же тебе мешает теперь? — подавляя дрожь в голосе, спросила Огнеслава.

— Его сын… — коротко ответила змея.

— Сын? Откуда ты знаешь, что будет мальчик? — потихоньку успокаиваясь и собираясь с духом, говорить получалось всё увереннее.

— Я не сказала, что это мальчик! — обернулась Беляна. — Пока не ясно, что за жизнь зародилась в твоем чреве, но то, что сущность его мужественна очевидно.

— Не ясно? В смысле моё дитя не человек? — произнести эти слова оказалось сложнее, чем думалось.

Лишь одна мысль всё еще позволяла сохранить остатки самообладания – скоро ночь, Горан ведает будущее, он обязательно скажет ей правду, а змея может и соврать.

— Видишь ли, княгиня, как я уже сказала, у тебя два мужа. Мне не ведомо почему, Горан разделил свою силу меж близнецами. В каждом из них пребывает огонь и свет, каждый из них не простой смертный. Однако кровь у одного человеческая, а у другого змеиная. Дух солнечного змея в том из двоих, в ком его кровь. Я не знаю от кого ты понесла, — говоря это, Беляна ловила каждое изменение в лице Огнеславы и, замолкнув на мгновение, вдруг засмеялась. — Да, неужто! Пожалуй, ты действительно особенная! Насколько мне ведомо, еще никто не выбирал второго брата по собственной воле.

Княгиня молчала, пытаясь осознать то, что услышала. Беляна же ходила вокруг неё кругами, получая истинное наслаждение, от состояния соперницы.

— Я не зря сказала тебе, что брак человека с магическим существом опасен для обоих. Выжить в таком союзе нелегко. Но лично тебе бояться не следует. Я помогу, — проворковала над её ухом боярышня. — Я буду тебе сестрой и подругой, я смогу защитить и тебя, и твоего сына. Для этого мне нужна лишь капелька крови. Всего одна капля твоей крови.

— Нет, — решительно отказала Огнеслава.

— Зря отказываешься! — качнула головой Беляна. — Понимаю, ты не доверяешь мне. Это верно, я бы тоже сразу не поверила. Что ж, я заслужу твое доверие!

Огнеслава взглянула на неё настолько сурово, насколько могла. Змеедева добродушно рассмеялась.

— Не злись, государыня. Вот увидишь, я могу быть полезна, — почти ласково говорила Беляна. — Я самое благородное из всех могущественных существ подземного царства. И уж точно гораздо лучше, чем те глупые безвольные девки, которые тебя окружают!

— Напраслину на мою свиту возводишь? — нахмурилась княгиня. — Они, в отличии от тебя, хотя бы люди.

— Думаешь, это достоинство? — усмехнулась змея. — Люди постоянно нарушают обещания, с легкостью предают и продают даже тех, кто был добр к ним. Уверена ли ты в своих помощницах? Я покажу тебе их истинное лицо. Вели принести воду и свечи.

Огнеслава засомневалась, но подумав, что лучше узнать сегодня, как можно больше, а уж потом делать выводы, позвала слуг. Когда всё, что потребовала змеедева, было исполнено, они снова остались наедине. Беляна расставила свечи вокруг емкости с водой. Пройдя вдоль лавок, где рассаживались боярышни за рукоделием, она собрала все иголки, кроме своей и той, что держала княгиня. Бросив иголки в воду, зашептала заклинание. Когда её руки задвигались над водной гладью, та потемнела. Было ощущение, что смотришь не в кадушку, а в речной омут. Глаз не оторвать, мгла завораживала. Огнеслава отчетливо увидела покои княгини-матери. Все до единой её помощницы стояли перед Вереей.

— Уверены, что всё рассказали? — переспросила свекровь. — Ничего не забыли? Не смейте молчать даже о мелочах. Коли узнаю, что скрываете что-то, на весь свой род беду накликаете!

— Мы всё рассказали! Не гневайтесь! Ничего не утаили… — запричитали девицы.

— То есть ничего необычного, даже в самой малости, сегодня не происходило? — проговорила Верея, строго прищурившись.

— Ну, разве только то, что ткань для рубашки князя в этот раз княгиня выбрала черную, а не белую или красную, как обычно, — неуверенно произнесла дочка воеводы.

— И нитки, — добавила дочка стольника, — нитки медные!

— Беляна Мстиславовна предложила молодой государыне приворожить князя, — вспомнила дочь стряпчего, — но княгиня отказалась наотрез. Осадила её…

— Молчать! — приказала Верея и кудахтанье девиц тут же стихло. — Какую говоришь ткань выбрала княгиня?

— Ч..черную… шелковую… — сжимаясь от страха, повторила обычно смелая дочка воеводы.

Лицо Вереи стало настороженным.

— Подите прочь! — приказала она.

Девицы подобострастно раскланялись и гуськом поторопились к дверям. Видение исчезло.

— Похоже, ты оступилась, государыня! — с издевкой посмотрела на Огнеславу змея. — Скажи свекрови, что вышивала рубашку не для мужа, а в подарок для неё. Вдовы её возраста носят много черного, выбор ткани и медных ниток будет тогда вполне объясним. Скажешь, что специально соврала боярышням, чтобы она не догадалась о подарке раньше времени.

— Зачем помогаешь мне? — с сомнением взглянула в холодные глаза княгиня.

— Я же сказала, что заслужу твое доверие, — улыбнулась Беляна. — Если твоё дитя будет солнечным змеем, послужить его матери не унизительно, а даже почетно! Возьми это колечко, — протянула она серебряный перстень с изумрудом. — Если я понадоблюсь тебе, надень его камнем вниз.

Отдав перстень, змеедева низко поклонилась и покинула покои.

***

Едва Горан принял человеческое обличье, он заторопился к Огнеславе. После встречи с хозяйкой подземного змеиного царства видения появлялись одно за другим, давно змей не был так щедр. Судя по всему, события, что он наблюдал, происходили в далеком прошлом, задолго до того, как змей Горан поселился в пещере на реке Зеяне.

Он видел, как сияя золотой чешуей, солнечный змей летал в небесах в те времена, когда северный океан не был скован льдом, а на месте царства Идунн цвели южные деревья. Видел он и белоснежную змею, с которой встретился недавно, она меняла обличья с такой легкостью, словно меняла одежды, повелевала водами и всеми ползучими гадами, включая демонов нижнего мира. Он видел и необычного огненного сокола, за которым, как показалось из видений, змей приглядывал с момента его рождения в явном мире. Сокол являлся то в обличье огненной птицы, то принимал облик светловолосого юноши с искрящимися золотыми искорками глазами. Имя соколу было Рарог.