Лезвие на воде (СИ) - Самсонова Оксана - Страница 6

– Ты мне напомнила кое-кого. Так что не обольщайся. А слухи мне на руку, охотниц поубавилось немного. – видимо, он принимает мое молчание за процесс обдумывания дальнейшего продвижения своего статуса в его поместье. – Ну, а чтобы подкрепить слухи, завтра отправляйся в конюшню, побудешь там пару дней. Я надеюсь, тебе не так сложно подыграть мне в благодарность за спасенную жизнь? – Данте нависает надо мной, сверкая хищной улыбкой.

От этого потеплевшего взгляда, улыбки у меня внутри все замирает, я даже забываю, как дышать. А все из-за глубокого болезненного чувства дежавю. Знакомого до дрожи в коленях. Я хочу ухватиться за эту ниточку в памяти, но стоит мне потянуться к ней, как она полностью исчезает, не оставив и следа.

– Конечно, но… – тараторю, отмерев и откинув нахлынувшие чувства.

– Вот и замечательно. Доброй ночи, Эйрин. – Данте разворачивается и уходит, так и не дав мне договорить.

Каким образом работа в конюшне может подкрепить мой статус его дамы?

Постояв у озера еще пару минут, обдумываю слова Данте, но так и не придумав логичного варианта, возвращаюсь в комнату и очень быстро проваливаюсь в объятья сна в сопровождении крутящейся в голове мелодии скрипки.

***

Распахиваю настежь тяжёлые шторы, впуская в комнату свет. Позволяю себе понежиться на весеннем солнышке пару минут, наслаждаясь ясной погодой и давно забытым чувством волнения, бегущим по венам, заставляющее сердце бешено колотиться и, затаив дыхание, ждать, что принесет новый день. Забытое чувство, что ты живой и жизнь не проходит мимо тебя, что ты можешь что-то сделать, а не быть пассивным зрителем.

Связано ли это с тем, что мне наконец-то удалось выспаться, или вчерашней встречей, оставившей после себя немало вопросов – неважно. Главное, что мне очень нравится то, как я себя сейчас чувствую и стараюсь максимально отгородиться от негативных мыслей.

Принимаю теплую ванну с добавлением пары капель эфирного масла мяты. Исследую шкаф на наличие подходящей одежды для работы в конюшне. Шкаф полон длинных юбок, вечерних и повседневных платьев, рубашек самых разных пастельных оттенков, корсетов, камзолов с изящной тонкой вышивкой, множество брюк и обуви. Но нет ни одной вещи, которую было бы не жалко надеть в конюшню для работы.

Укутанная в одно банное полотенце, я одной головой выглядываю в коридор, надеясь увидеть кого-то из слуг, чтобы еще раз попробовать попросить другую одежду, но в коридоре пусто. Жду минуту, две, пять, но никто не появляется. В итоге я бросаю данную затею, так как сильного желания общаться со слугами у меня нет, после того, как теперь все перешептываются за моей спиной.

Натянув черный свитер, уже привычные мне брюки и высокие ботинки, перемещаюсь к столику с зеркалом и привожу в порядок волосы, собирая их в высоких хвост. С восхищением смотрю на себя в зеркало, замечая, что все ссадины сошли на нет, черные круги под глазами покинули мое лицо и пробивается свежий румянец.

Прежде чем отправиться в конюшню, заглядываю на кухню, чтобы позавтракать и рассказать о новом задании Властителя кухаркам. Женщины расстраиваются, признаваясь, что уже привыкли к моей компании, и просят заглядывать к ним почаще.

***

Аромат распустившихся весенних цветов и сияние утренней росы на их лепестках сопровождают меня от самого дома до тренировочной площадки, окруженной в форме буквы «П» зданиями казарм, где снуют новобранцы.

Мой взгляд цепляют массивные железные ворота и высокие каменные стены, окружающие все поместье. Перед глазами вспыхивает картинка, как Властитель Тиге с горящей яростью в глазах и армией прорывается сквозь эти самые ворота, чтобы отомстить за семью. Хотя, возможно, он не прорывался сквозь них. Ворота отворились, и все покорно опустились перед ним на колени. Неизвестно, как точно развивались события в тот вечер. История обросла фантазией рассказчиков. Многие работники поместья сменились, и поведать реальную историю могут лишь единицы.

Отгоняя нахлынувший интерес, поворачиваю в сторону одноэтажного здания, прохожу через открытые ворота и оказываюсь в чистом и светлом помещении. В воздухе перемешались запахи опилок, кожаной амуниции и лошадей. Минуту я стою у входа и наслаждаюсь всей обстановкой и запахом. Длинное помещение освещается люстрами на потолке. Деревянная отделка, аромат жженой карамели и никакого намека на свойственный неприятный запах животных.

Я сразу вспоминаю конюшню в школе. За лошадьми там тоже ухаживали, но я никогда не чувствовала и не видела, чтобы было настолько чисто. Все равно время от времени в конюшне появлялись ароматы навоза и пота лошадей.

Мое состояние восторга нарушает выходящий на встречу мне конюх, крепкий мужичок средних лет, что-то ворчащий себе под нос. Грубо всучив мне ведро и щетки, велит идти приводить в порядок лошадей. За ним, как по пятам, следует молоденький парень, по-видимому, помощник.

Все стойла в конюшне заполнены лошадьми самой разной породы. Больше всего лошадей восточного типа. Все кони прекрасны, но чувство восхищения сменяется тревожностью. Тяжелое чувство вины за то, что я обрекла вороного коня на гибель, будоражит тяжелые воспоминания.

Вывожу первую лошадь через задние ворота на небольшое поле для тренировки лошадей, огороженное невысоким забором. Начинаю с чистки головы и плавно перехожу к шее, затем к плечам.Меня отвлекает ворчливый голос конюха.

– Что за глупости снова поселились у тебя в голове? Не занимайся ерундой! Твое место здесь. Иди, работай!

Юноша, помощник конюха, с поникшей головой медленно ведет коня, неся в другой руке ведро с водой и щётку.

– Все равно получится. – тихо бубнит себе под нос парень.

Внешне он выглядит на семнадцать лет, но, возможно, возраста ему придает крупное телосложение, высокий рост и серьезные черты лица. Парень обращает внимание на меня и на несколько секунд задерживает взгляд. Его брови нависают над глазами. Он явно о чем-то усердно думает, но вскоре возвращается к работе.

Я перехожу к чистке правой стороны коня и, понимая, что вскоре мне переходить к мытью, вспоминаю, что конюх дал мне ведро, но не объяснил, где набрать воды.

– Как тебя зовут?

– Борво. – сухо отвечает парень, не отвлекаясь от работы.

– Очень приятно, меня…

– Эйрин, знаю.

– А…

Не успею я что-либо сказать, как юноша резко хватает мое ведро и куда-то уходит. Борво возвращается через пару минут с полным ведром воды.

– Спасибо. Как ты…

– Это логичный вопрос. Вам коня скоро мыть. Воды нет. – с ноткой раздражения отвечает парень, возвращаясь к своему коню.

Мне совершенно не нравится его грубый тон, но я предпочитаю промолчать и вернуться к работе. У парня явно день не задался.

Я заканчиваю с чисткой, начинаю намыливать коня и все чаще замечать косые взгляды Борво.

– В чем дело? Спрашивай, если хочешь что-то спросить, но не надо так на меня смотреть.

– Вы же близки с хозяином. – задает свой вопрос прямо в лоб.

Не ожидая такого вопроса, затягиваю с ответом.

– С чего ты взял? Нет конечно.

– Это был не вопрос. Вы простите меня за мою прямоту, но не умею я ходить вокруг да около. Я хочу попасть к Властителю на службу, но я не проходил обучение в боевой школе. У меня нет основ. Я лишь со стороны подглядывал за тренировками рябят.

– А чего ты хочешь от меня?

– Поговорите с хозяином! Я очень хочу ему служить!

От переполняющих парня эмоций он слегка даже повышает голос, и его конь начинает беспокойно топтаться на месте. Борво, замечая это, нервно оглядывается на ворота конюшни, ожидая, что оттуда сейчас выбежит конюх и снова начнет прочищать ему голову.

– А почему ты хочешь ему служить? Может он пошлет тебя на границу…

– Да хоть на край света! Он хорошо относится к своим людям, лучше, чем отец к сыну.

– Конюх твой отец? Кстати, как его зовут, а то он даже не представился.

– Агро Бир. Да, он мой отец. Так Вы поговорите с хозяином?

Мой взгляд скользит по юноше, пытаясь уловить хоть маленькое сходства отца с сыном. Юноша на голову выше отца и в два раза шире в плечах, но вот взгляд такой же упрямый, и это единственное, что похоже у этих двоих.