Лезвие на воде (СИ) - Самсонова Оксана - Страница 7

– Я не могу тебе что-либо обещать. Ты заблуждаешься по поводу моего положения в поместье, как и все остальные. Для начала расскажи мне, как вообще устроен отбор?

– Сначала боевая школа, в которой ты получаешь начальное образование и обучаешься боевым искусствам. Потом отбор в группу новобранцев и обучение три месяца. Затем распределяют. Ты служишь в поместье, патрулируешь города, села или тебя отправляют на границу. Но если очень повезет, войдешь в состав наемников Властителя.

***

Ближе к вечеру, закончив отмывать несколько десятков лошадей, прохожу мимо одного из закрытых стойл и слышу взволнованный храп коня. Слышу, как он пытается вырваться, ударяя денник копытами. Стоит мне подойти ближе, как меня отгоняет сын конюха.

– Конь буйный. – Борво справился со своими лошадьми раньше меня и теперь заканчивает подметать пол. – Новенький. Говорят, хозяин нашел его в океане. Он много врачей собрал, чтобы его поднять на ноги. Я видел его мельком, красивый.

– Как он выглядит?

Задаю вопрос и резко отдергиваю себя, понимая, насколько мои надежды глупы и нелепы.

– Вороной, крупный. Явно не восточная порода. Возможно, западная, но я не уверен, так как знаю о них лишь по рассказам отца.

Я лишь киваю в ответ, отдаю Борво инвентарь и возвращаюсь к себе, борясь с огромным соблазном вернуться и немедленно заглянуть в закрытое стойло.

***

– Просыпайся! – гнусавый голос стражника и ведро ледяной воды приводят меня в чувство, сковывая ледяными щупальцами и выдергивая из спасительного бессознания.

Я прикована цепями к стенам темной камеры. Мои руки болят от врезающихся в кожу кандалов. Пытаюсь подняться, но ноги обессиленно подкашиваются, колени больно бьются о каменный пол, руки и спину простреливает резкая боль.

– Говори, где остальные стихийники? – тот же самый стражник с гнусавым голосом задирает мне голову, хватая за волосы.

Из его рта ужасно смердит. Мне с трудом удается заглушить чувство тошноты.

– Не знаю…

Стражник отпускает волосы, и моя голова резко опускается вниз и бьется подбородком о грудь. Я чудом не прикусываю свой язык.

Звон хлыста. Спина начинает гореть огнем.

– Говори! – орет второй стражник, ударивший меня хлыстом сзади.

Продолжается это до тех пор, пока я не теряю сознание, и крики стражи, удары хлыста, холодная вода не перестают приводить меня в чувство.

Часть 3. Эйрин

– Наставница…

Странно слышать это обращение здесь. Может, все это сон? Нет. Точно не сон. Боль в спине и окружающая обстановка не дают забыть об этом. Если бы не знакомый голос, я бы не пыталась открыть глаза, предпочитая оставаться глухой и слепой ко всему происходящему вокруг.

Передо мной стоит парень. Довольно знакомые, резкие черты лица.

– Дей?

Я удивлена и очень рада встретить в этом темном прогнившем месте своего бывшего ученика. Хотя мне нелегко осознать, что он тоже находится в таком месте, как и я. Пусть даже и немного в другой роли. Он был в группе, которую не успел выпустить один из наставников, так как ушел на покой по причине плохого здоровья, и поэтому группу передали мне.

– Да, наставница. Это я. Как же так? Как Вы попались? – в его голосе я не слышу ни злобы, ни пренебрежения.

– Ты не в гневе зная, что я стихийница?

Я сама удивляюсь, услышав в своем голосе нотки иронии.

– Я знаю Вас как человека и не желаю Вам вреда.

Дей достает ключ и начинает снимать кандалы. Придерживает меня, помогая подняться и твердо стоять на ногах.

– Мои люди сегодня дежурят. Вы можете уйти. Никто не помешает Вам. Лошадь ждет.

– Тебя накажут. Может даже…

Я даже боюсь представить, что будет, если его отец узнает о том, что он помог стихийнице. На мои попытки напомнить Дею о нем, он лишь ускоряет шаг.

– Не думайте об этом. Меня не тронут. Я не последний человек в Западной Долине.

Родители Дея - крестные родители старшего сына Властителя Западной Долины. Сам Дей, как я слышала, стал командиром стражи Властителя Западной Долины. Но по его форме этого сейчас не скажешь. Она ничем не отличается от формы обычных стражников. Серая, неприметная, со вставками изумрудного цвета.

– Завтра приезжает младший сын Властителя. Вы бы погибли, не узнай я, что Вы здесь.

– Но стихийников сажаю в тюрьму… – едва слышно выдавливаю из себя, стараясь не отставать от Дея.

– Кто Вам это сказал? – с нескрываемым смехом в голосе говорит Дей. – Вне стен поместий Властителей Долин так все и думают. Правда верите, что Вас, наделенных такой мощью, оставляют в живых еще и собирают вместе? Пусть вам и блокируют силы, но это все равно опасно и глупо. Да и слишком затратно.

В его словах есть смысл…

Дей накидывает мне на плечи черный плащ, открывает неприметную дверь. И вот я уже вне стен тюрьмы, вдыхаю прохладный ночной воздух.

– Дальше Вы сами. Не волнуйтесь, мой конь не подведет и Вас не бросит. Уходите!

Юноша помогает мне забраться на вороного коня, бьет его по боку, заставляя его быстрее уносить меня прочь от этого места. Все происходит так стремительно, что я даже не успеваю поблагодарить Дея. Периодически я теряю сознание. Конь все скачет дальше от Горна – столицы Западной Долины. Сквозь сознание я слышу лай собак. Конь ускоряется. Мою пропажу обнаружили намного быстрее, чем я думала. Пару минут и я уже слышу крик стражи вперемешку с собачьим лаем. Нас догоняют.

Первые лучи солнца появляются на горизонте, а вокруг меня лишь небольшой лес и обрыв. Понимая, что мне не скрыться в лесу, полном редких деревьев, я резко тяну поводья в сторону обрыва и как только мы приближаемся, начинаю останавливать коня, но он меня не слушает. Миг и мы летим прямо в океан. Вместе.

***

Резко просыпаюсь посреди ночи в холодном поту. Тело пробивает мелкая дрожь и я плотнее укутываюсь в одеяло, стараясь согреться. В душе становится тошно от того, что мои кошмары снова возвращаются ко мне.

Видимо, мое подсознание намеренно напомнить мне все и не позволить расслабиться, пока не уничтожит все нервные клетки, сведя с ума.

– Лучше бы помогло мне вспомнить прошлое до появления в школе, а не все это. – высказываю свое негодование вслух, стараюсь отогнать подальше лезущие в голову мысли о прошлом и снова уснуть.

***

Пусть с трудом, но мне удаётся уснуть и проспать остаток ночи без кошмаров.

На следующее утро я снова прихожу в конюшню и, дождавшись, когда конюх заснет в своей каморке, а Борво будет достаточно занят, чтобы не обращать на меня внимание, прохожу внутрь стойла буйного коня в момент, когда он замолкает, надеясь, что тот немного успокоился.

И не верю своим глазам… Крупное телосложение, длинная грива и черное седло с ярко алой полоской, прислоненное к стенке стойла. Это тот самый вороной конь, что сиганул со мной со скалы. Увидев меня, он издает тревожный храп, потом принюхивается и медленно начинает подходить. Я протягиваю ему морковку, что прихватила из подготовленных для лошадей лакомств. Смотрю, как конь с удовольствием хрумкает, и не могу поверить, что это правда.

– Девчонка! – раздается вопль конюха. – Конь буйный! На днях, может, усыпят! Быстро отойди! Хозяин мне голову за тебя снесет!

Как же быстро ты проснулся, да еще так не вовремя.

Я слегка наклоняю голову в его сторону и касаюсь своих губ пальцем, прося жестом быть тише.

– Не кричите, Вы его пугаете. И никто не посмеет его усыпить! Это мой конь! – говорю максимально спокойно, но твердо и сдержано, стараясь скрыть тот гнев, что вызывают у меня его слова об усыплении. – Спасибо. – шёпотом обращаюсь к коню, гладя его по гриве. – За все. Как Дей и говорил, ты не бросил меня.