Клинок Гармонии (СИ) - Кишин Илья - Страница 201

— Ашидо, скорее в медпункт! — послышался возглас сближающейся со мной Наташи из коридора крыла «А».

Она, как и все мы, была очень перепугана и напряжена, оттого суетилась больше обычного, пока я без сил сидел на коленях в центре холла, стараясь хотя бы немного прийти в себя.

— Все хорошо? Ты не ранен? — спросила Наташа, на ходу рухнув на колени в непосредственной близости, положив руку мне на плечо. — Идти сможешь?

— Помоги мне, — едва понятно пробормотал я, стараясь встать на ноги.

В ответ на просьбу Наташа подхватила меня под плечо, благодаря чему я наконец мог подняться.

— Доложи ситуацию, — произнес я, когда мы наконец тихим шагом устремились в сторону медпункта.

— Все очень плохо, — ответила она. — Джозеф и Юмико борются за жизнь Хомуры, но они оба боятся что-либо предпринимать. Им нужна твоя помощь, Ашидо.

— Придется идти быстрее, — проскрипел я зубами, после чего вырвался из-под опоры.

Стоило на секунду оказаться на ходу, как я с тяжестью врезался в стену, будучи не в силах ровно держаться на дрожащих ногах.

— Не изматывай себя, дойдем без спешки! — предостерегла Наталья.

— Ты не понимаешь, — прошипел я в ответ, — это вопрос жизни моего друга.

Собрав всю волю в кулак, я постарался перейти на бег, пока ноги наконец не стали твердо ступать на поверхность. Таким образом ослабевшему главе ордена удалось добраться до заветных дверей, за которыми скрывался тот самый ужас, о котором я бы хотел вовсе не вспоминать, однако, как и было сказано, Хомура — мой друг, и я не оставлю ее в беде, если могу хоть чем-то помочь.

— Нет, ты не будешь вливать в нее энтропиум! — разъяренно кричал мистер Даян.

— Пока ты со мной споришь, Хомура умирает! — столь же злобно воскликнула Юмико. — У нас больше не за что зацепиться, нужно сделать хоть что-то!

— Тихо! — с порога заткнул я всех присутствующих. — Каково ее состояние?

— Не дышит, пульс слабый, — проговорила весьма неожиданная для меня персона, с которой ранее мы встречались лишь единожды.

— Насколько слабый? — уточнил я.

— Варьируется между пятнадцатью и двадцатью ударами в минуту, — ответила Эмили.

Глядя на то, что происходит внутри медпункта, я видел лишь бардак, где каждый пытается убедить другого в своей правоте, в то время как Хомура стремительно теряет признаки жизни.

— Говорю же, нам не нужно дожидаться Кишина! — продолжила Юмико. — Я не хочу быть той, кто добьет Хомуру своим бездействием!

— К черту Кишина! — воскликнул я, сгорая от злости. — В чем ваша проблема, а? Вы же медики, мать вашу!

— А в том, что она просто умрет, если Юмико зальет в нее энтропиум! — ответил Джозеф. — Нужен другой способ!

— Какой еще способ? — вмешалась Юмико. — Нужно цепляться хоть за что-то! Лучше уж сделать и пожалеть, чем не сделать и пожалеть!

— Что ты несешь вообще? — еще больше разозлился Джозеф. — Тебе вообще плевать на ее жизнь? Просто очередной пациент, да?

— Молчать! — истошно прокричал я. — Всем заткнуться и успокоиться!

В ответ на мой возглас все вокруг затихло, и в комнате воцарилась поистине гробовая тишина, прерываемая разве что цифровыми отзвуками биения еле живого сердца. В этот момент я отчетливо понимал, что ситуация неизбежно ведет к смерти Эверби, потому все нужно брать в свои руки.

— Вспомните то, как мы вылечили Лаффи, — заговорил я, зацепившись за первый попавшийся момент из прошлого. — Тогда мы напоили ее несколькими маленькими порциями крови Юмико, в которой содержался энтропиум.

— Ага, только у Лаффи был свой, который мы просто дополнили, — казалось бы, отрезала Юмико.

— Здесь есть банка? — опомнился я. — Дайте мне банку крови!

Очевидно, присутствующие замерли в непонимании, однако одна из немногих приличных и сдержанных персон по имени Хорнет все же зашевелилась, достав из небольшого холодильника в углу баночку с красным содержимым, после чего, минуя живые помехи на своем пути, протянула ее мне.

— Если у тебя есть идеи — вперед, — произнесла она.

Схватив банку, я тотчас открыл ее и стал опустошать до дна, пока изо рта то ли дело вытекала некоторая часть содержимого. Глядя на меня, все замерли в непонимании, пока я в самом деле отталкивался от единственной доступной идеи, стараясь не терять времени. Едва приток крови остановился, я отставил банку в сторону на первую попавшуюся столешницу, а сам замер в одной неподвижной позе, закрыв глаза и стараясь сконцентрироваться на том, что происходит внутри. Удивительнее всего смотреть за картиной приходилось новенькой, на что она могла протянуть лишь короткое:

— Какого…

Не могу ни во в чем упрекать Эмили, ведь у нас здесь всегда своя атмосфера.

— Что ты делаешь? — поинтересовалась Хорнет.

— Помолчи, пожалуйста, — оборвал я, избежав ответа, — дай сконцентрироваться.

Время шло на минуты, но я не тратил его впустую, как это делали остальные. Никто так и не понял, чем я занимался в такой ответственный момент, но лишь благодаря мне появился реальный шанс вернуть Хомуру к жизни. Наблюдая за тем, как по телу растекается тот слабенький остаточный энтропиум из крови Юмико, я сделал вполне однозначный и оправданный вывод.

— Юмико, влей в нее энтропиум.

— Ты с ума сошел? — воскликнул Джозеф.

— Все получится, если сконцентрировать поток вокруг ранения, — пояснил я. — Когда мы залечивали Лаффи, энтропиум растекался по всему телу и регенерация шла медленно, а девушка не получала негативных эффектов только потому, что имела собственный внутренний энтропиум, превышающий объем вливаемого внутрь.

— Другими словами? — уточнила Юмико.

— Если медленно влить энтропиум в область шеи, она залечится, и кровотечение остановится полностью, однако придется всосать в себя остатки, чтобы избежать побочных эффектов.

— Я поняла, Ашидо, — смиренно ответила Юмико, после чего с недюжинной уверенностью в моем выводе взялась за дело.

Секунду спустя множество знакомых всем щупалец присосались к коже шеи Хомуры, проникнув поглубже внутрь. Мне тяжело было смотреть на девочку, чьи легкие дышали только благодаря аппарату, на то, как грубо спорят наши единственные медики, стараясь вернуть ее к жизни.

— Джозеф, помоги мне, — окликнула мистера Даяна Юмико, — сними повязку и стяни порез, чтобы тот закрылся.

— Бьюсь об заклад, мы совершаем ошибку, — проворчал он, но все-таки вызвался помочь.

Все это время я внимательно наблюдал за процессом, стараясь не упустить ни одной мелочи. Юмико старалась очень аккуратно следовать моей наводке, и у нее действительно получалось понемногу затягивать рану, но никто не мог точно сказать, что происходит внутри. Когда же процесс был окончен, а шея приобрела свой привычный вид с небольшим намеком на шрам, Юмико оторвала руку от места, подверженного лечению, в тот же момент выдохнув с умиротворением.

— Получилось, — прошептала она, не сдерживая своей радости.

— Еще рано, Таканаши, — ворчливо произнес Джозеф, — сердцебиение очень слабое, через пару минут ритм остановится и Хомура окончательно потеряет признаки жизни.

— Используем дефибриллятор? — предложила Юмико.

— Доставай, только быстро, — приказал он.

В этот момент Юмико бросилась к шкафчику с оборудованием, стараясь найти среди него заветный дефибриллятор, пока Джозеф оголял худое подобие груди девушки. Времени было мало, нам оставалось лишь заново завести сердце Хомуры, вернув его обычный ритм, однако я все меньше и меньше верил в успех, сгорая от ненависти к нашему общему врагу.

— Не тратьте время на поиски! — воскликнула Эмили, приблизившись вплотную к телу Хомуры.

— Что ты задумала? — замешкался Джозеф. — Отойди от нее!

— Говори, каким должен быть разряд, — скомандовала она, подворачивая рукава — Я сделаю это быстрее и лучше.

— Уйди, не ме…

— Джозеф, — заговорил я, оборвав его на полуслове, — делай так, как она говорит.

Очевидно, ему не понравилась идея, но времени у нас теперь точно не было, ведь оно шло уже не на минуты, а на секунды.