Я назову твоим именем сына (СИ) - Шолохова Ирина - Страница 42

— Чё не спим? — знакомый долговязый силуэт появился из темноты.

— Ты-то где шатаешься? — подозрительно посмотрел на него Максим.

— Где надо - там и шатаюсь! И с кем надо! — Максимилиан выразительно поднял вверх указательный палец, — а ты, куда лыжи навострил?

— Иди, спи! Не твоего ума дело!

— Как знать! Может и моего! — ухмыльнулся Максимилиан, расправил плечи, отчего стал ещё длиннее, снисходительно глянул на Максима сверху вниз, как бы намекая, что есть нечто, о чём тот не знает и не узнает никогда.

— Ты о чём? — Максим похлопал по карманам, выудил смятую пачку сигарет, чиркнул зажигалкой, прикурил - в темноте вспыхнул огонёк сигареты. — Курить будешь? — он бросил пачку Максимилиану, тот ловко поймал, выудил одну, сунул её в рот, точно также как Максим, похлопал себя по карманам, достал зажигалку, прикурил и подошёл к Максиму.

— Спасибо, братуха! — он протянул пачку приятелю.

— Оставь себе, у меня есть!

Они закурили, искоса поглядывая друг на друга. «Надо объясниться», — решил Максим.

— Так о чём ты, Максимилиан? Говори прямо! Мы с тобой не кисейные барышни полунамёками изъясняться! Мы мужики, а не дерьмо собачье, или у тебя другое мнение?

Максимилиан глубоко затянулся, выдохнул дым, помолчал. Потом ответил, как бы через силу, просто чтобы не обидеть приятеля:

— С девочкой одной гулял, вот чё! — нахально скаля зубы, произнёс он, — а остальное тебе знать не нать!

— Как зовут эту девочку? — нехорошее предчувствие закралось в сердце Максима.

— Хорошая девочка… — ухмыляясь, произнёс Максимилиан, поднялся на крыльцо корпуса, чуть постоял, последний раз затянулся сигаретой и щелчком отбросил в траву. Он коснулся дверной ручки, замер на несколько секунд, рывком открыл дверь и, привычно пригнув голову, шагнул в чёрный проём двери.

«Придурок!» — презрительно процедил, сквозь зубы Максим, сунул руки в карманы, с силой, почти до боли, сжав кулаки. Он всё-таки решил ещё раз подойти к окну Марго - посмотреть в комнате она или всё еще где-то бродит. «Придурок и намёки дебильные! Хорошая девочка Рита - так он хотел срифмовать?»

Он издали, прячась в темноте деревьев, взглянул на окно Риткиной комнатушки: «Появилась! — раздражённо произнёс он вслух, — окно задёрнула шторами и спит себе спокойно, а я сторожи её! Всё ли с ней в порядке!» Он постоял ещё немного - ничего не происходит. Темно, тихо. Он вернулся к себе в комнату, покосился на скорчившегося в три погибели, похрапывающего Максимилиана, бухнулся на кровать, натянул на голову одеяло.

***

Ритка вернулась к себе, вдохновлённая разговором с подружкой, вставила ключ в замок, дверь бесшумно открылась, точно приветствуя, наконец-то появившуюся «блудницу». «Ой! Дверь забыла закрыть на ключ!» Рита вошла в комнатушку, знакомый запах мужского парфюма окутал её. «Начинаю сходить с ума понемногу! Уже мерещится запах его одеколона!» Она подошла к окну, взглянула в окно - тихо и сонно! Задёрнула шторы, переоделась в пижаму, откинула одеяло, переложила, скомканные впопыхах, вещи на стул: «Потом уберу!» и юркнула под одеяло. Сон навалился на неё, не давая разомкнуть слипающиеся глаза: «Завтра подойду к Максу, извинюсь, скажу, что была не права и, правда, кто может нас увидеть в непроглядной темноте леса! Ну, конечно же, никто!» — пробормотала она и «провалилась» в тревожный сон. «Они шли с Максимом за руку по белоснежному мягчайшему песку - огромный нескончаемый пляж окружал их. Впереди бирюзовое море манило, притягивало, обещая понежить их в тёплых волнах. Они были одни. Только он и она - одни на белоснежном, точно запорошенном снегом, пляже. Они медленно шли к морю, зашли по щиколотку, потом глубже, Максим подхватил её на руки, закружил, прижал к груди и прошептал ей, нежно прижимаясь губами к её уху: «Я подарю тебе сына!» «Что? О чём ты, Максим?» — он хохотала точно сумасшедшая, не поимая значения его слов. «Ты поняла, о чём я говорю!» — он взглянул на неё прозрачно-серыми глазами, она смешалась, отвела взгляд, пролепетала: «Ну, что ты, Максим! Я ещё не готова!» Он, с силой, оттолкнул её прочь, далеко в море, она ушла с головой под воду, вынырнула, жадно хватая ртом воздух. Максима не было. «Максим! — жалобно всхлипнула она, — ты где? Не уходи! Вернись!»

Ритка подскочила на кровати, молотя руками - всё ещё пытаясь выбраться из воды. «О, боже! Это всего лишь сон! Его взгляд! Я всё ещё чувствую запах его парфюма!» Бешено колотилось сердце, во рту пересохло. Она спустила босые ноги на пол, нашарила сланцы, сунула в них ноги, подошла к столу, отвинтила крышку бутылки с водой, несколько раз глотнула, прижала бутылку к гулко стучащему сердцу, пытаясь его успокоить - помогло. Поставила бутылку на стол, мельком отметив: «Завтра не забыть выкинуть увядший букетик» и снова забралась в постель. Не спалось, мысли снова и снова возвращались к Максиму. Она сбила одеяло в ноги, поднялась с кровати, подошла к окну, отдёрнула штору и прижалась разгорячённым лбом к холодному стеклу. «Любит он меня или нет?» — пульсировало в висках.