Только не Ты (СИ) - Кирова Евгения - Страница 44

— Ладно. Попрошу нашего юриста подключиться. Как у него полное имя?

— Бондарев Максим Юрьевич.

— Если что узнаю, наберу.

— Спасибо, ты самый лучший.

Я считаю каждую минуту до окончания уроков. Никогда еще время не тянулось так долго.

Как только звенит звонок, первой выбегаю из класса.

Сейчас переоденусь и снова позвоню папе, вдруг потребуется моя помощь.

На улице меня догоняет Ястребов.

— Богданова, подожди.

— Чего тебе? Мне некогда, — я только отмахиваюсь от него.

— Это касается Бондарева.

Резко торможу.

— Ты что-то знаешь? — внимательно изучаю Сашино лицо. Он медлит, словно нарочно мучает меня. — У Макса проблемы и я не могу стоять тут с тобой до вечера.

— Ты знаешь про заявление?

Ястребов меня пугает. Я подслушала разговор директора с классной. А вот откуда у Ястреба информация?

— Конечно. Я его и написал, — он довольно ухмыляется.

— Забери немедленно, — от злости я готова вцепиться ему в лицо.

— Может поинтересуешься, что там?

— Все равно. Мы сейчас поедем с тобой вместе и ты его заберёшь!

— За хранение и распространение кое-чего запрещенного.

— Это неправда. И ты это знаешь.

— Ну да. А еще знаю, по каким статьям он пойдёт и насколько сядет. Если помнишь, я собираюсь на юридический.

— Как мерзко, Ястреб, — у меня по коже бегут мурашки от ужаса. Каким жестоким и неадекватным оказался мой бывший парень.

— И если ты вдруг забыла, кто в городе главный судья и кому достанется дело твоего Бондарева, вот тебе подсказка — мой папа, — он лыбится ещё больше.

Он же говорит все это не просто так. Торгуется. А я глупая все никак не пойму.

— Что ты хочешь?

— Алена, ты очень догадливая.

— Говори.

— Скажешь Бондареву, что это ты написала это заявление.

— Тупость какая-то. Зачем мне его писать? Он даже не поверит в это.

— Сделай так, чтобы поверил.

— Но тогда он ведь меня не простит, — чувствую, как у меня садится голос.

— Так в этом же и смысл, Алена.

Я молчу. Пытаюсь понять кривую логику Ястреба. Он ведь не знает, что мы с Максом только вчера поссорились. И на фоне этого Максиму будет не так уж сложно поверить в то, что это сделала я.

И тогда Макс не простит меня. Это будет означать только одно. Конец наших отношений. Нас больше не будет. А я этого не хочу. Я не готова. У нас не все идеально, мы иногда ругаемся. Но все решаемо.

Но как можно решить вопрос с предательством?

— Я не буду этого делать.

— Зря. Вот смотри какой расклад. Или ты говоришь Бондареву, что хотела подставить, а потом передумала. В таком случае, вы расстанетесь, он тебя возненавидит. Зато уедет в Москву играть в баскетбол. И вдруг даже когда-нибудь попадёт в первую лигу. И второй, если ты откажешься, я не буду ничего забирать. Вы останетесь вместе, правда тебе придётся подождать его пару лет, а может больше. Справишься?

Время останавливается. Тёплый весенний день. Я вижу, как мимо нас проходят ученики. Вижу их довольные лица и они навсегда высекаются в моей памяти, как на фотографии.

А у меня внутри такой холод. Кажется, сердце покрывается льдом и останавливается. Кровь почти не течет по венам, я замерзаю.

— За что? — сама себя еле слышу.

— Много причин. За то, что увел девушку, за то, что пришёл в наш лицей и попал в баскетбольную команду, стал лучшим игроком и вытащил счастливый билет. Думаю этого достаточно.

— Ты же никогда не хотел играть в баскетбол на профессиональном уровне.

— Хотел, или не хотел. Неважно. Это моя территория.

— Саша, пожалуйста. Я сделаю, что угодно. Придумай что-нибудь другое, — выгляжу жалкой. Но мне неважно.

— Не хочу.

Он больше не улыбается. Лицо становится жестоким и злым. Такая отвратительная красота. Я ведь всегда знала, что он мстительный, только не думала, что месть может быть настолько изощренной.

— Саша, я не смогу.

— Дело твое. Готовь передачки, — он лениво потягивается. — Дам тебе возможность подумать до вечера. Тик-так, время пошло…

Глава 42

Не помню, как я дошла до дома. Глаза будто выжигало от слез.

Такого не будет. Ястребов не загонит меня в угол. Я найду решение. Придумаю что-нибудь.

Всегда получалось.

Я меряю комнату шагами.

Десять шагов от двери до окна.

И ни одной идеи, как выбраться.

Звонок папы вырывает меня из анабиоза и вселяет надежду.

— Аленушка, у меня плохие новости.

Папа рассказывает то, что я итак знаю.

— Неужели нельзя ничего сделать? Внести залог, например?

— Можно только готовиться к защите. Обвинения слишком серьёзные. Валентин Петрович пробовал договориться о залоге, но в Бондарева почему-то слишком жёстко вцепились. У него итак несколько приводов, включая последнюю драку.

— А если мы всем классом придем и будем его защищать?

— Алена, эпоха детского сада уже прошла.

— А если забрать заявление?

— Тогда и дела не будет. Только кто же его заберет? Валентин Петрович так и не смог узнать заявителя.

— Понятно.

— Прости, никак не помог. Ты точно уверена, что Максим не виноват?

— Точнее некуда.

— Тогда остаётся только ждать.

Не могу я ждать. Ходить на экзамены, готовиться к выпускному, а Максим будет сидеть там.

Ястребов его не выпустит. У него есть все возможности и ресурсы. А у меня нет.

Ложусь на кровать и смотрю в потолок. Вдруг я сейчас проснусь и все происходящее окажется страшным сном.

Вот если бы у меня была машина времени

Я бы отмотала на год назад в тот момент, когда мы только познакомились и когда моим главным страхом было не влюбиться в Макса. Какая же глупая я была.

Рыдания стискивают горло. Ястреб выиграл. Я не могу лишить Макса свободы.

Без меня он сможет, а вот без неё нет.

Пусть мне будет плохо.

Но я буду знать, что у него есть будущее, которым он сможет распорядиться. Играть в баскетбол, учиться, да просто ходить гулять и наслаждаться жизнью без ограничений.

— Я согласна, — без всяких вступлений и приветствий сообщаю Ястребову, когда он звонит.

— Нисколько не сомневался, — на том конце провода я слышу его мерзкую ухмылку. — Смотри, Алена, если ты проговоришься, я дам ход этому делу. А может и парочке других. Чтоб срок не оказался слишком маленьким.

— Заткнись. Не хочу слышать твой голос.

— Тоже люблю тебя. Увидимся в лицее.

***

Сказать оказывается легче, чем сделать.

Как только я вижу Макса меня переполняет буря эмоций. Я по прежнему продолжаю верить, что между нами будет все, как прежде.

— Богданова, соберись, — Ястребов толкает в бок.

Фотограф так выставил нас для совместной фотографии, что мы с Сашей стоим рядом, а Максим со Светой в противоположном конце. Я безропотно заняла указанное место. Какая разница где стоять.

Бондарев должен злиться на меня. Но одного взгляда хватает, чтобы понять — это не так.

Я много раз обижала его, говорила грубые слова. А он всегда видел меня изнутри, изучил так, как никто другой.

Вот и сейчас. Он ждет окончания фотосессии, чтобы поговорить.

Ястребов внимательно смотрит на меня, следит и наслаждается.

— Улыбнись, все таки последнее совместное фото на память.

— Ты победил, но это не значит, что ты можешь мной командовать, — я улыбаюсь в объектив.

— Ну да. Я сделал, как обещал. Жду твой ход.

После фотографии весь класс собирается, чтобы решить куда пойдём отмечать окончание школы. А я потихоньку высказываю из актового зала.

— Алена, — Максим догоняет меня в коридоре.

Он ждет ответного шага. А я стараюсь убить в себе все эмоции.

Иначе никак.

У меня не получится.

Но я должна это сделать ради Макса. Ради его будущего.

— Я не знаю, как так вышло. Ты же знаешь, что я бы ни за что не стал после той истории с Ярославом. Кто-то пошутил. Шутка получилась не смешной, — он неловко ведет плечом. Чувствует себя неуверенно. Все таки мы поссорились перед его арестом.