Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Иванов Сергей Григорьевич - Страница 327

– Богатырю легко говорить, – хмыкнул Сирк. – А у многих хватит на это силы? Впрочем, сие не вопрос – риторика. Мне ли не знать, как слабы люди!

– Вероятно, потому, что вербуешь как раз таких.

– А может, они лишь более несчастные? Обиженные, непонятые, отвергнутые.

– Под себя подбираешь? – съязвил Светлан. – И кто же тебя-то отверг?

– А ты ещё не понял? – засмеялся хозяин. – Хотя точнее будет сказать: извергнул, – изверг эдакий, вот именно.

– Значит, всё-таки Скиталец?

– А кто ж ещё – разумеется, он, вседержитель!

И Сирк насмешливо вскинул руки, словно бы возглашал осанну. Затем опять щёлкнул пальцами, и за спинами гостей выросли новые тени, столь же прелестные, как танцовщицы, но гораздо менее прозрачные – наверно, в озеро они погрузились бы до ягодиц. А их руки, от локтей и ниже, не просвечивали вовсе – чтобы не ронять посуду, прислуживая за столом. Эти малышки тоже смахивали на добровольцев и вовсе не стеснялись господина: хихикали, пересмеивались, стреляли глазищами. Хотя за рамки не выходили, точно боялись лишиться такой забавы. «Служить вам рады», ну да.

– Если Яхве – бог-отец, – продолжил Сирк, – то, выходит, бог-сын – я. Или даже брат.

– А не Христос?

– Иська – самозванец, – заклеймил Враг. – Эдак любого приблуду можно окрестить сыном божьим, а его мамашу объявить мадонной и вечной девственницей!.. Мало ли у кого хорошо подвешен язык и за кем бродят стада?

– Ладно, а почему «брат»?

– Да потому, что Бог, которого вы знаете, – уже не вполне Скиталец. Как раз Скиталец и породил нас обоих сразу после Большого Сражения. Увидел он, что натворил в горячке боя, и ужаснулся. Отбросил подальше доспехи, выкованные мастерами с далёких звёзд, и принялся искать виноватого в Себе. Ну и нашёл – меня. После чего разделился на две сути, исторгнув меньшую из себя, и вознёсся по времени на многие миллионы лет, весь из себя сияющий и просветлённый, свалив все свои прегрешения на другого. Будто бы!.. А кто затевал Потоп, чтобы начать всё сызнова, кто стирал с поверхности целые города? У него всегда виновны другие. Ладно я, но люди-то при чём? Если они так подвержены слабостям, зачем Бог создал их такими податливыми?

Ага, значит, доспехи всё-таки были!.. Переглянувшись с королём, Светлан покачал головой: лучше не встревай. В дискуссии с сатаной уместнее безбожник, чем христианин.

– Пожалуй, тогда вы действительно братья, – признал он. – Хотя…

– Что? – сейчас же спросил Сирк.

– Может, ты – лишь заклятие Скитальца? Некая наложенная на его сознание матрица, от которой он не мог избавиться, пока не искалечил нашу планету, схватившись с Великими.

– Скорее, я был его боевым скафандром.

– Это что, помимо «доспехов»?

– А много ли стоит оружие, если нет духа бойца? Уж вы должны это понимать!.. А противники у нас были сильные, хотя разрозненные – потому и не смогли нас прогнать. Но если б я не подталкивал, не тянул напарника изо всех сил…

– А ты не переоцениваешь свою роль? Тебя послушать, так это ты затеял войну!..

– Вот чужой славы мне не надо, – осклабился хозяин. – Я был исполнителем, не более. А цели ставил ваш нынешний Бог… хотя иной раз сам их пугался. Очень ему глянулась эта планета, да и устал – скитаться-то. Ну, и как водится, с самыми благими намерениями… Братец-то у меня лицемер – даже себе врёт. Или не знали?

– А ты, стало быть, не такой, – сказал Светлан. – И во всех своих проколах винишь себя.

– Все не без греха, – хмыкнул Сирк.

– Даже дьявол? – удивился богатырь.

Дачник залился беспечным смехом, одобрительно кивая. Интересно, вдруг подумал Светлан, а что поделывают остальные его тела, рассеянные по преисподней? Наверно, в отсутствие господина ведут себя смирно, ублажая плоть простыми радостями, воздерживаясь от излишеств. Ну, а в здоровом теле, как известно… Обратная связь, как же без неё.

И сколько из этих тел – женщины? Уж этот типчик может позволить себе не привязываться к одному полу. Кстати, и Яхве представляют мужчиной скорее по традиции, в силу сложившегося патриархата, а на самом-то деле он универсален. Неудивительно, что двуполые ангелочерти прибились к этой нескучной парочке.

– Знаете, всё же мне недостаёт родича, – вдруг признался Сирк. – Потому и захотелось с вами поболтать: ведь вы, люди, носите его в себе.

– А как же эти? – Светлан кивнул на тень, подливавшую янтарное вино в его бокал. – Тоже некоторым образом божьи дети.

– Не то, нет, – покачал головой хозяин, грустно вздыхая. – Что-то происходит с ними, когда поворачиваются ко мне. Вроде и остаётся прежняя суть, но Яхве они больше не слышат.

– Так и я к нему не особенно благоволю.

– Но ведь не отринул? Не перебежал на другую сторону баррикады?

– Потому что вообще не люблю баррикад. А что хорошего в твоём брате?

– Ну, это ты зря, – вступился Враг. – Да ты и сам так не считаешь. Прежде всего Яхве умён – тут мне не угнаться за ним, вынужден признать. Кроме того, он – творец, настоящий. Таких талантов даже среди Великих не было, а ведь они тоже строили мир. К примеру, никто из них не сумел создать людей.

– А разве эльфы хуже?

– Смотря как оценивать. Если брать по отдельности – вряд ли. А если просуммировать… В конце концов, о расе судят по общему результату. И кто сможет конкурировать с человечеством? Как ни крути, это – шедевр, создание гения.

– Просто ты необъективен к нему – по-родственному.

– Может быть. Но теперь я начну бранить. Как всякий интеллектуал, Яхве слишком увлекается. Заносит его, понимаете?

– «Безумный учёный»?

– Вроде того. Сперва натворит дел, затем начинает оценивать. Поступил-то он со мной по-свински, бросил на руинах захваченного мира, точно заезженную лошадь, и – воспарил. Думал, не дотянусь до него из этих глубин. Недооценил меня, недооценил!..

– Когда затевают игры со временем, я начинаю путаться в причинных связях, – сказал Светлан. – Ведь ты бессмертен? Значит, рано или поздно достал бы брательника – даже без Шахт. Или всё же время – река? Причём такая, где пристать к берегу можно лишь в немногих местах. Да и сами пристани вроде как дрейфуют по течению.

– Скорее второе. Во всяком случае, предпочитаю исходить из этого, а не ждать, пока течение донесёт меня до царства божьего, выстроенного Яхве. Видите ли, мои дорогие, хотя незваные гости, за миллионы лет можно измениться так, что себя не узнаешь. Вот вам пример: Мифей. Поначалу-то он был вовсе не плох.

– Кстати, вы не в претензии, что мы низвергли вашего ставленника? – осведомился король.

– Ой, парни, да бог с ним! – Сирк хихикнул. – Точнее, дьявол. Он уже отыграл свою роль.

– Мавр сделал своё дело? – спросил Светлан.

– Именно, – подтвердил хозяин, внимательно на него поглядев. – Честно сказать, последнее время Мифей стал меня раздражать. Пирамиду-то он выстроил отменную и очень постарался, чтоб его некем было заменить. Но возомнил о себе, сам уверовал в свою божественную суть… даже принялся под меня копать, дурачок. Конечно, я не гоблин и меняюсь намного медленней, однако миллионы лет – это такая пропасть!.. К тому же я боялся опоздать.

– К делёжке пирога?

– Да что там делить, господи!.. Вы, люди, как та машина – мощная, но без тормозов. Вас же спасать надо, пока сами себя не уделали.

– Это у вас семейное? – поинтересовался Светлан.

Сирк вскинул брови в удивлённом вопросе.

– Я о лицемерии, – пояснил Светлан. – Ты кому врёшь: нам или себе? Спаситель, надо же! Не Враг – друг… и тоже, наверно, с прописной буквы. Чего ж ты затеял: эвакуацию? Хочешь перетащить сюда, кого удастся, пока не разразилась буря?

– Ну, как один из вариантов… А чем он плох, по-твоему?

– Хотя бы тем, что наш мир схлопнется тем раньше, чем меньше в нём останется Бога. А за это следует благодарить тебя – таскаешь по крохам!..

– Раньше, позже – какая разница? Всё равно краха не избежать.

– Это ты так думаешь. На самом деле возможны разные сценарии. А по твоей милости шансы на выживание падают.