Избранные циклы фантастических романов. Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Корчевский Юрий Григорьевич - Страница 636

– Не проще было бы сбить самолет над нашей территорией?

– Э, брат! Проще, но не лучше. Немцев допросить надо – к кому шли, все связи, явки, цель задания. Сам понимать должен.

– Дорога-то хоть до деревни этой расчищена? Снега везде по колено.

– Нельзя ее чистить. Всю зиму не чистили, и вдруг нате вам. Выброску отменят.

– Тогда машина не пройдет.

– Не твоя забота, старлей. Готовься.

Федор получил на вещевом складе пачку маскхалатов, фактически комбинезонов, отдельно штаны, отдельно куртка. Водитель забрал их в кабину.

В казарме Федор пробежался глазами по списку личного состава. А чего мудрить? У кого автоматы, те и поедут на задание. Командирам взводов приказал – на завтрашние сутки автоматчиков в наряд не задействовать, для них особое задание будет.

На следующий день, после ужина, Федор сам проверил оружие у бойцов – вычищено ли, смазано ли, да снаряжены ли магазины? На всякий случай, пока бойцы маскхалаты надевали, взял у старшины пару гранат «Ф-1», сунул в карманы. С пистолетом много не повоюешь. Бойцы в полной готовности ждали в казарме, Федор находился у телефона. Звонок раздался неожиданно, в восемь вечера.

– Пусть твоя команда к мосту через Тверцу выезжает. Ожидайте нас.

– Так точно!

Уже на бегу шапку-ушанку надел, поправил ремень.

– Бойцы, в машину!

Водитель уже в грузовике сидел, периодически прогревал мотор. Система охлаждения с водой, а не с антифризом, как сейчас. Не усмотрел – разморозишь радиатор или блок цилиндров, тогда беда. По городу ехали быстро. Улицы от завалов разрушенных домов расчищены. У КПП перед мостом остановились, поджидая машину НКВД. К знакомому грузовику сержант подбежал.

– Товарищ старший лейтенант, на посту номер три все спокойно, без происшествий.

Привыкли на постах, что вечером Федор их проверяет.

– Добро, продолжайте службу.

Бойцы в кузове не балагурят, как обычно. Чувствуют, необычное дело сегодня, вероятно – опасное. К машине сзади подкатил «козлик», из него лихо выпрыгнул Осадчий, подбежал к грузовику.

– Готов?

– Готов.

– Следуй за нами.

Сначала переехали на другой берег Тверцы, попетляли по району, затем выбрались на грейдер, ведущий на восток, но вскоре и с него свернули. Тут дорога уже паршивая пошла. Местами видно ее, потом изрядный участок под снегом, а в низинах и вовсе сугробы. Если бы не следы санные и копыт лошадей, так и вовсе дорогу из вида потерять можно.

На обеих машинах по одной фаре, да еще через узкую щель светят, еле на двадцать метров видно. По следу «газика»-вездехода полуторка ротная шла уверенно, подбуксовывая в низинах. В одном месте, перед деревянным узким мостом, и вовсе забуксовали, но бойцы грузовик вытолкали. «Козлик» через километр к лесу свернул, полуторка рядом остановилась. Осадчий выбрался из армейского вездехода, глядя на него и Федор.

– Дальше ехать нельзя, пешком.

Федор скомандовал:

– Выйти из машины, строиться!

Бойцы построились шеренгой. Осадчий бойцов осмотрел, повернулся к Федору.

– Идите цепочкой за мной. Не курить, не разговаривать. В указанном месте развернуться цепью, лежать тихо. Если агенты приземлятся, никаких действий не предпринимать. Если сведения верны, у них свой человек на хуторе, к нему пойдут. По моему сигналу окружить.

– Штурмовать будем?

– Если не сдадутся, тогда придется. Не хотелось бы, живьем хоть одного взять надо.

Осадчий посмотрел на часы.

– Время! Идем.

И пошел первым. Здесь была узкая протоптанная тропинка в снегу. Видимо, деревенские по ней ходили в город. Миновали поле, подошли к посадке. Деревья голые, на верхушках снег. Осадчий поднял руку, Федор продублировал. Бойцы замерли. Осадчий повернулся к Федору.

– У посадки в цепь и ложитесь.

– Понял.

Бойцы улеглись на снег. Федор Осадчего понял. На фоне темной посадки бойцы не так будут выделяться. Хоть и в маскхалатах, а оружие черное, ремни, подсумки для магазинов запасных.

Федор занял место рядом с бойцами, Осадчий прошел по полю вперед и исчез из вида. Федор в шинели был, а Осадчий в белом овчинном полушубке и такой же шапке, а не хуже маскхалата со снегом сливается. Лежать пришлось долго, часа полтора. Погода тихая, ясная. Ветра нет и звезды на небе хорошо видны.

Послышался звук моторов в вышине, едва-едва. Если бы Федор не знал о парашютистах, внимания не обратил. Самолет пролетел дальше на восток. Не этот или хитрит летчик?

В начале войны и наши, и немецкие летчики ошибку делали. Сбросят десант или разведчиков, диверсантов, сразу на обратный путь ложатся. Наблюдатели с земли, хоть те же посты ВНОС (служба наблюдения и оповещения) сразу понимают, где место выброски. После нескольких неудачных выбросок пилоты поумнели. Сбрасывали парашютистов и следовали прежним курсом, разворачиваясь на обратный путь далеко, километров через тридцать-пятьдесят.

– Смотрим вверх! Передай по цепочке! – шепнул Федор ближнему бойцу.

Бойцы молодые, интересно на парашютистов вблизи посмотреть, головы вверх задрали. Через несколько минут в черном, звездном небе показались белые пятна, довольно быстро приближающиеся. Два парашюта недалеко друг от друга, а три подальше, видно, спрыгнули не одновременно или ветром на высоте раскидало. Как же так? Осадчий о трех агентах говорил, а парашютов пять! Если огневой контакт будет, еще неизвестно, чья возьмет. Диверсантов на стрельбе натаскивают, и хоть его бойцов вдвое больше, стреляли они несколько раз, навыка мало. Федор забеспокоился, а вышло – зря, поторопился. Под двумя парашютами не люди оказались, а груз, в объемистых мешках. Едва приземлившись и отцепив привязные ремни подвесной системы, немцы кинулись к парашютам с грузом, отцепили, собрали парашюты. Не закопали в снег, с собой понесли, чтобы следов высадки не оставлять. Федор и бойцы наблюдали за происходящим. Темновато, но на белом фоне снега видно.

Потом немцы сориентировались по компасу, двинулись к хутору, который был не близко, километра полтора. Сначала груз волоком тащили, потом оставили. Нести парашюты и тащить одновременно груз – тяжело. Мешки бросили, прошли к хутору. Некоторое время их видно не было. Федор забеспокоился, почему Осадчий никакого сигнала не подает? Немцы уже на хуторе. Видимо, с поличным взять хотел, потому что немцы вернулись, взялись за лямки парашютных мешков. Двое тащили, а один еловой или сосновой веткой следы заметал. Немцы скрылись из вида, как будто и не было никого – ни людей, ни груза, ни парашютов.

Парашютные мешки были созданы люфтваффе для забросок в тыл. Из прочного брезента, со шнуровкой, могли вмещать от ста и до трехсот килограмм груза, не промокали. Шнуровкой утягивались для компактности. Федор такой однажды видел, оценил продуманность и качество.

Осадчего не было долго, после приземления парашютистов часа три прошло. Бойцы на снегу уже замерзнуть успели. В неподвижности на снегу лежать, хоть и мороз небольшой, удовольствие не из больших. Наконец движение на тропинке. Федор всмотрелся – Осадчий. Начальник горотдела подошел.

– Прикажи своим – идем по тропинке, метров за сто до хутора расходимся цепью. Окружаем, сжимаем колечко. Там они все, на хуторе. Надо не дать ни одному уйти. Одно плохо – собака там. Хозяин ее в будке запер. Чтобы не гавкала почем зря. А как гости в избу прошли, выпустил. Слышал я – цепью гремит. Мне круг пришлось делать с подветренной стороны, чтобы не учуяла раньше срока.

– Окружать будем – учует, услышит, голос подаст.

– Ты можешь другое что предложить? То-то. Лишь бы не ушли. Задание у них есть – в Калинине или в Москве. Что им на хуторе делать? Мешки видел?

– Видел, два больших.

– Для рации такие большие не нужны. Думаю, взрывчатка.

– Если упертые попадутся, всю избу разнести могут.

– А то я не понимаю. Людей маловато для такой операции.

– Я мог и роту взять, да город оголять нельзя. За такое по головке не погладят.

– Пора идти. Немцы, если это немцы, а не наши, отогрелись уже, с хозяином чай гоняют.