Принцип исключения - Аркади Алина - Страница 10

Вызываю такси и направляюсь в город, где несколько часов хожу по магазинам, скупая необходимые для жизни вещи, отсутствующие в квартире. Немного кухонной утвари, повседневная домашняя одежда и продукты для сегодняшнего ужина. Намного проще заказать еду, но иногда я люблю готовить что-нибудь вкусное. Мама пыталась мне привить любовь к кондитерским изделиям, но, увы, той эйфории от десертов, что испытывает она, мне не суждено ощутить.

Затем просто гуляю по городу, рассматривая улочки и дома, забредаю в парк, где устраиваюсь на скамейке и сижу, пока замерзаю окончательно. И думаю о Грише. Его образ стоит перед глазами, а неприятный жест, стирающий следы моего поцелуя с губ, отдаётся пульсирующим покалыванием в груди. Я настолько ему противна? Мама часто говорила, что я красивая, а папа поддерживал это мнение, да и мужчины на меня засматривались, одаривая комплиментами, но сама я себя особенной никогда не считала. И даже многочисленные подарки поклонников в шестнадцать лет не производили особого эффекта.

Сколько себя помню, в моих мыслях всегда присутствовал он, не позволяя переключиться на кого-либо другого. А если это и происходило, я всегда неосознанно сравнивала всех с Гришей, который являлся безоговорочным фаворитом. И оттого сейчас втройне больнее, когда меня заполняет осознание: я сходила с ума по образу, оригинал же значительно отличается.

Возвращаюсь к семи, беру свои коньки и иду на каток, который приветливо встречает меня полумраком и тишиной. Ступаю на лёд, ощущая, с какой лёгкостью скользят лезвия, унося меня в большой круг. Набираю скорость и, расставив руки, закрываю глаза, чтобы слиться с тишиной и хрустом, сопровождающим каждое движение. Бесподобное чувство свободы и пространства, в котором ты паришь и двигаешься как пожелаешь.

Спустя пятнадцать минут и несколько кругов решаюсь нарушить запрет и выпрыгиваю в аксель в два оборота, приземляясь на правую здоровую ногу. Меня захватывают необыкновенные ощущения, и в этот момент я решаю, что обязательно исполню его в программе на праздничном мероприятии. Я могу попробовать бильман и волчок, но после четырёх прыжков подряд не решаюсь дать нагрузку на проблемную ногу и качусь к бортику, где меня ждёт… Гриша.

Не знаю, сколько он здесь находится, но, судя по выражению лица, недоволен. И я предполагаю, моим отказом Андрею и желанию самостоятельности.

– Привет, Тась. – Голос шелестит, словно мы вернулись во вчерашний день до момента его негодования.

– Привет, – опускаюсь на лавочку, расшнуровывая коньки и надевая ботинки.

– Почему отказалась от водителя?

– Я не ВИП-персона. Не нужно меня контролировать, возить и ждать часами. Я вполне могу быть самостоятельной, – произношу каждое слово, всё ещё не решаясь взглянуть на него. – В курсе, что приказал папа и о чём просила мама, но у тебя своя жизнь, а я лишь временный элемент, доставляющий неудобства. Мне необходимо научиться жить самостоятельно, полагаясь лишь на себя.

– Я за тебя переживаю, – звучит над моей головой, и я сглатываю, желая, чтобы его слова оказались правдой. Но это не так, и вчера Гриша дал мне понять, что справляться придётся самостоятельно.

– Не стоит, правда.

Поднимаюсь, наконец решаясь посмотреть в тёмный взгляд, в котором плещутся… стыд и смущение. Почему? Он словно на моём месте: девочки, которая посмела прикоснуться к тому, о ком давно мечтала, и её мечты были скомканы и выброшены в мусорку. Или же это стыд, потому что не смог объяснить, сорвавшись и покинув меня? Не желаю гадать и направляюсь к выходу, по пути забрав вещи и пакеты с приобретениями, которые Гриша молча забирает и несёт к машине.

– Я отвезу домой.

– Не стоит… – мнусь, не зная, как отказать и остаться одной, чтобы не пребывать в смущении в закрытом пространстве долгих полчаса.

– Садись, – не просьба – приказ, которому приходится подчиниться.

Вжимаюсь в сиденье и забиваюсь в угол, чтобы в темноте Гриша не рассмотрел панику в моих глазах. Я вновь испытываю трепет рядом с ним, сминая пальцы и желая, чтобы эта чёртова машина ехала быстрее, а на светофорах не появлялся красный. Бесконечное количество минут, утонувших в тишине, наконец заканчивается, когда машина останавливается у главного подъезда.

– Тась… – окликает Гриша, всё же желая продолжить разговор.

– Не надо. Не стоит, – останавливаю, чтобы не сказать лишнего и не быть уничтоженной его словами. – Я всё поняла вчера. Ещё раз прости.

– Мы сможем общаться нормально? – Меня гипнотизирует пытливый взгляд.

– Не знаю.

Натягиваю капюшон, пряча глаза, застланные подступившими слезами и, собрав пакеты, спешу оказаться подальше от Гриши и тех чувств, что вызывает во мне этот мужчина, который никогда не будет моим.

Глава 7

Яров

Блядь.

Единственное слово, которое крутится в мыслях со вчерашнего дня. Сразу после того как Тася прикоснулась к моим губам, вызвав тем самым необъяснимую и жёсткую реакцию, которую я сразу же вывалил на неё. Охренел настолько, что поспешил стереть с губ её отпечаток, словно доказательство чего-то преступного и наказуемого.

Это ведь та самая маленькая Тася, которую я закрыл собой, не думая о последствиях. Как зарубка два шрама, которые каждое утро напоминают о том самом дне. Парадоксально, но все остальные отметины на теле не вызывают эмоций, а причины появления некоторых и вовсе забылись.

И мне бы отпустить ситуацию, чётко и по пунктам объяснив Тасе свою позицию и убеждения на её счёт, но я боюсь, что это увеличит между нами и так разразившуюся пропасть. Да, блядь, боюсь. Потому как то мимолётное, промелькнувшее в её взгляде, даёт понять – Тася испытывает ко мне нечто иное, совсем не похожее на дружеские чувства, возникшее давно и основательно укоренившееся.

Почему-то вспоминаю двоюродную сестру Нинку, которая с восьмого класса была влюблена в нашего учителя географии. Оказывала ему знаки внимания, провожала домой, а на школьных дискотеках всегда приглашала на медленный танец, в котором он ей не отказывал. Весь посёлок над ней подшучивал, а ей было плевать, и вплоть до выпуска из школы Нина таскалась за мужчиной, надеясь на взаимность, которой в итоге не получила. Уехала, поступила в институт, а затем познакомилась со своим будущим мужем, с которым состоит в браке уже двадцать лет. Но часто повторяет, что, возможно, чувства к взрослому мужчине, ставшему мечтой, до сих пор самое невероятное, что она испытывала.

И теперь становятся понятны странная реакция на мои касания, бегающий взгляд, смущение и робость, возникающие при моём приближении. За пять лет многое изменилось. Она сама изменилась, неожиданно превратившись в красивую женщину, способную привлечь внимание любого мужчины. Но не моё. Повторяю снова и снова, будто мантру, чтобы убедить самого себя и не позволить Тасе увидеть больше, чем необходимо. Не имею права. На неё уж точно. Малолетка, пока не столкнувшаяся с настоящими чувствами, способными принести радость и насыщение.

Что она знает обо мне? Ни хрена. Много лет звонков, сообщений и общения по видеосвязи. Не могу знать, что там себе Тася нарисовала, но идеалом я уж точно не являюсь, а бывшая жена этот факт подтвердила, когда напоследок вывалила на меня кучу дерьма, обозвав бесчувственным гондоном, не умеющим обращаться с женщинами, дополнив «приятным» пожеланием, чтоб я сдох. Козлом я быть умею, и это главная причина, по которой Тасе ко мне приближаться не стоит.

Парето звонил сегодня два раза, а вчера до меня добралась Лена, умолявшая находиться рядом с дочерью и не выпускать из вида. И теперь подходить к Тасе опасно, словно передо мной моргает огромная неоновая вывеска «не приближайся», а нарушение грозит ударом тока, который остановит моё сердце.

Единственное, что я сделал вовремя, – подарил Тасе брошь. Она хранилась долгих четыре года, чтобы вчера оказаться в руках той, кому предназначалась. Безумно дорогая вещица, которую я заказал на её пятнадцатилетие, так и осталась тоскливо пылиться в сейфе. Мила её нашла и долго выпрашивала, желая получить красивый предмет, но я не позволил к ней даже прикоснуться. А вчера предусмотрительно затолкал в побрякушку маячок, который теперь даёт возможность отслеживать передвижения Таси без уточнения маршрута. Неправильно с моей стороны контролировать её подобным способом, но так я спокоен и всегда знаю, в какой части города находится девушка, чтобы расписать подробный маршрут Парето, требующему отчёта.