Переплет 13 (ЛП) - Уолш Хлоя - Страница 59

Она не могла продолжать вмешиваться и спасать наше положение.

Ее здоровье слабело, старость приближалась, а с деньгами у нее было так же туго, как и у нас.

У бабушки не было денег, чтобы прокормить нас и трех младших братьев, и каждый раз, когда мы бежали к ней с очередной проблемой, на ее лице появлялась очередная морщина, и накапливался ещё один приём к врачу.

Именно по этим и многим другим причинам мы с Джоуи уменьшили количество наших визитов.

— Они наши братья, — прошептала я, оторвавшись от своих мыслей.

— Я не их отец, — прохрипел Джоуи, — и кто знает, может, мама опомнится до того, как они окончательно облажаются, как это было со мной и Дарреном. В любом случае, я ничего не могу с этим поделать. Я не могу позаботиться о них, Шэннон. Я не могу себе этого позволить и у меня нет времени. Я вытащу нас отсюда. Это все, что я могу сделать.

— Обещаешь?

Он кивнул.

— Как только я закончу школу и поступлю в колледж в следующем году, я найду квартиру. Возможно, мне понадобится некоторое время, чтобы собрать деньги и встать на ноги, но я выберусь отсюда, Шэннон. Я вытащу тебя отсюда. Это я тебе, черт возьми, обещаю.

— Я верю тебе, — сказала я ему.

Я верила.

Он рассказывал мне об этом плане с тех пор, как Даррен вышел за дверь пять лет назад и оставил нас наедине с гневом нашего отца, полного виски. Я верила, что мой брат имел в виду каждое слово, которое он произносил, каждое обещание, которое он давал.

Проблема заключалась в том, что я видела невероятные жертвы, на которые должен был пойти мой брат, чтобы сделать это для нас, и знала в глубине души, что вероятность того, что это действительно осуществится, мизерная.

Так или иначе, ребенок внутри меня цеплялся за обещание, чего бы оно ни стоило.

А такие обещания для таких девушек, как я, стоили всего.

— В любом случае, хватит этих родительских глупостей, — сказал Джоуи, глядя мне в лицо, — Расскажи мне, откуда ты знаешь Джонни Кавану.

— Что? — я уставилась на него, пораженная внезапной сменой темы разговора.

Для нас не было редкостью сменить тему после такой ночи и поговорить о бессмысленных вещах. Кому-то могло бы показаться странным, что мы смогли перейти от серьезного, содержательного разговора к простой болтовне, но для нас это было нормой.

Мы всю жизнь имели дело с отцовским бредом.

Смена темы была для нас естественной. Это был механизм преодоления, который мы совершенствовали годами: отвлечение внимания.

Но спрашивать меня о Джонни?

Это сбило меня с толку.

— Кавана, — подтвердил Джоуи, его глаза были острыми и ищущими, — Откуда ты его знаешь?

— Он ходит в Томмен, — объяснила я, благодарная за полумрак, чтобы брат не увидел, как покраснело мое лицо. — Он, кажется, на пятом курсе? — я знаю. — И я видела его несколько раз в школе. Он тот, кто отправил меня в нокаут в мой первый день.

Голова Джоуи повернулась ко мне.

— Это был Кавана?

— Это был несчастный случай. — Я быстро отмотала знакомые слова, которые говорила снова и снова в течение последнего месяца или около того. — Он сделал плохой пас, или неправильно ударил по мячу, или что-то подобное — в любом случае, он извинился миллион раз, так что все в порядке… — Я закончила с большим вздохом, не желая предоставлять какую-либо дальнейшую информацию по этому поводу. — Все кончено.

— Ну, дерьмо, — размышлял Джоуи, почесывая грудь. — Парень в его положении не должен совершать таких ошибок.

— Парень в его положении? — заметила я. — Я уверена, что он не единственный человек в мире, который бьет мяч наискосок.

— Нет… — Джоуи пожал плечами. — И все же, я не думал, что в Академии допускают такие ошибки школьников.

— Академии? — я выдохнула удивление. — Это называется колледж Томмен, Джо. Не Академия.

— Я не говорю о твоей школе, Шэн, — сказал Джоуи, — Я говорю об Академии — ну, ты знаешь, Институт Дальнейшего Развития. Академия — это всего лишь прозвище.

— Что это за Институт Дальнейшего Развития? И откуда ты его знаешь?

— Именно так, как это звучит: институт дальнейшего развития, — саркастически ответил он. — И все знают, кто такой Джонни Кавана.

Я не знала.

Я была озадачена.

— Тогда зачем называть это Академией?

— Потому что “Академия” звучит лучше, чем “Институт”. — Джоуи тихо засмеялся. — Ты действительно не имеешь никакого представления, кто он такой, да?

Когда я не ответила, Джои снова засмеялся.

— Это бесценно, — размышлял он, явно развлекаясь. — Ты ехала в его машине сегодня вечером и даже не знала.

— Не знала что? — огрызнулась я, чувствуя себя взволнованной и раздраженной из-за своего непонимания.

В моей голове промелькнули предыдущие слова Джонни.

— Я играю… Нет, я имею в виду, я играю…

Черт возьми, я знала, что выставила себя идиоткой.

— Что? — спросила я. — Он что, крутой регбист или что?

Джоуи громко фыркнул.

— Не могу поверить, что ты не знаешь.

— Скажи мне!

— Надо было сфотографироваться, — задумчиво добавил он. — О, подожди — ты уже сфотографировалась. А что это за история с тем, что вы с ним были в газетах? Старик практически ткнул её мне в лицо.

— Понятия не имею, Джо. — Я покачала головой и тяжело выдохнула. — Они выиграли какой-то кубок в прошлую пятницу, и я сфотографировалась с ним. — Я беспомощно пожала плечами.

— Я понятия не имела, что это попадет в газеты.

— Это попало в газеты, потому что он Джонни Кавана, — заявил мой брат, произнося его имя так, будто оно должно было что-то для меня значить. — Он, черт возьми, большая шишка в регби. Господи, стоит только включить компьютер или развернуть газеты, чтобы прочитать о нем все, — продолжал он. — Его приняли в регбийную академию, когда ему было четырнадцать или что-то в этом роде.

— Это место, где находится Академия, — я подвинулась, наклонилась к краю кровати. — Это большое дело или что?

— Это, чертовски, большое дело, Шэн, — подтвердил Джоуи. — Тебя должны отобрать лучшие ирландские регбийные скауты, чтобы ты прошел испытание. Деньги и связи не имеют никакого значения. Отбор основан исключительно на таланте и потенциале. Они обучают их всему, что им нужно знать о профессиональной карьере в регби, и у них есть лучшие тренеры, физиотерапевты, диетологи и тренеры в стране, которые наблюдают за ними. Они проводят сумасшедшие программы подготовки и лагеря для своих игроков, и это лучшее место для знакомства с потенциальными скаутами. Это как школа передового опыта для будущих профессиональных регбистов — за исключением того, что это не школа. Это самое современное спортивное сооружение в городе. На самом деле, это больше похоже на щенячью ферму, где вместо собак выращивают породистых, высококлассных регбистов.

— Фу. — Я почесала нос. — Отвратительная аналогия, Джо.

— Вот на что это похоже, — хихикнул Джоуи. — Только самые перспективные подростки в стране получают шанс работать с Академией, и даже в этом случае это жестоко. Надо быть чем-то чертовски особенным, чтобы пройти отбор и провести с ними сезон, не говоря уже о том, чтобы снова пройти отбор. Лично я чертовски уважаю любого с такой самодисциплиной. Он должен иметь какую-то огромную рабочую этику, чтобы выступать на таком уровне в своем виде спорта.

— Так он хорош?

— Он лучше, чем просто хорош, Шэн, — поправил меня брат. — Я видел несколько игр Каваны с командой до 18 лет, которые показывали по телевизору во время летней кампании, и говорю тебе, что он на поле как заряженное ружье. Дай ему возможность, и он вскроет оборону и попадет в долбаную цель каждый раз. Черт, парню всего семнадцать, и это его второй сезон в ирландской юношеской команде до 18 лет — и он перейдет в 20-летнюю команду, когда ему исполнится восемнадцать. После этого он перейдет во взрослую команду.

Значит, Джонни не шутил, когда говорил, что уже играл.

— Я ничего об этом не знала, — пробормотала я, чувствуя себя идиоткой.