Сын поверженного короля (ЛП) - Торнтон А. С. - Страница 30

— Спасибо, — сказала я, взяв книгу в мягком кожаном переплете.

Я указала на карту и спросила:

— Откуда она у вас?

— Её нарисовал мой муж.

— Правда?

Мои глаза округлились. Я наконец-то могла закончить свою карту!

— У меня есть карта, но в ней столько всего не хватает. Не мог бы он мне помочь?

Глаза Кахины сделались мягче, и она наклонила голову.

— О, нет. Он умер.

Она моргнула, и слегка коснулась пальцами края карты. Сделала ли она это, зная, что его пальцы когда-то касались этого места?

— Мне жаль, — прошептала я. — Я не знала.

— Моему мужу нравились необычные люди. Он говорил, что не было никакого значения, откуда они — всем людям нравятся одни и те же вещи. Истории, музыка, семья и друзья. В Алмулихи людям проще думать, что солеискатели это что-то им чуждое, потому что они выглядят и ведут себя иначе. Но мой муж считал по-другому. Они точно так же любят своих детей, их грудь болит от горя, и…

Она вздохнула.

— Он объездил весь мир, и с помощью своих историй учил людей лучшей жизни.

Кахина снова посмотрела на карты на стене.

Прижав «Литаб» к груди, я снова её поблагодарила. Когда я выходила из дома, Кахина окликнула меня.

— Касторовое семя? — спросила она.

Я кивнула и взглянула на мешок, ткань которого была такой тонкой, что сквозь неё просвечивали семена.

— Зачем они тебе?

— Я собираю ингредиенты для Альтасы, дворцового лекаря.

— Разве касторовое семя лечит?

Я пожала плечами.

— Его масло используется для разных целей.

Глава 11

Эмель

В день заезда верблюдов на небе не было ни облачка. Лето приближалось, и солнце становилось таким палящим, каким никогда ещё не было в Мадинате Алмулихи. Я не знала, чего ожидать от забега, но знала, что мы будем смотреть его с дворцовой лестницы. Похоже, он начинался в пустыне и заканчивался у моря, к которому верблюды бежали по той же самой дороге, по которой я ходила в город. Альтаса рассказала мне, что забег проходил раз в год.

Я ещё раз полюбовалась своим платьем, после чего надела поверх него абайю. Накрыв волосы платком, я услышала, как Альтаса всё ещё ворчала:

— Не ходи на этот забег. Он для дураков.

— Нет, я пойду.

Я не знала, стоит ли мне надевать хиджаб. Очень немногие носили их в Мадинате Алмулихи, и я знала, что это может привлечь непрошеное внимание. Но ведь ещё меньше людей носили абайи и покрывали волосы. Тогда какая разница, кто что думал?

Прикосновение ткани к моему лицу и к волосам, тяжёлый вес абайи на моих плечах… всё это ощущалось как дождь в пустыне. Я чуть не растаяла от того, как мне было удобно. Дом. Я была сейчас самой собой.

Я вошла в кухню, и Альтаса уронила руки на стол с тихим стуком.

— О, дорогая, — сказала она, когда увидела меня. Её голос прозвучал так печально.

— Что?

— Зачем ты это надела?

— Я буду стоять под полуденным солнцем!

— И именно сегодня ты решила всё это надеть? Сними это. Надень шаровары, которые я тебе купила, и тунику с пальмовыми листьями. Или то новое платье, которое купила Мариам.

Приподняв абайю, я показала ей тёмно-синее платье.

— Я его надела.

Её плечи опустились, и она покачала головой.

Раздался стук в дверь.

— Ладно, — сказала я Альтасе, уходя. — Увидимся позже.

Она не повернулась. Не ответила. Вместо этого она уставилась на столешницу, где её руки сжались в кулаки.

Ника прошлась по мне взглядом, когда я открыла дверь, но ничего не сказала. Её губы крепко сжались. Затем она проговорила:

— Значит, король пригласил тебя на забег.

— Да.

Когда я сказала ей, что Альтасе не нужен сегодня помощник, Ника радостно последовала за мной в сад.

— Вы встречаетесь?

— Только, когда я приношу ему лекарства, — сказала я.

Ника фыркнула, и этот её звук прозвучал довольно скептически.

Когда мы вошли в атриум, мимо проходила Мариам.

— О! — сказала она, что прозвучало почти как вопрос.

— Я веду её к королю, — сказала Ника.

Понимание отразилось на лице Мариам, и она тепло мне улыбнулась.

— Мне показалось, что ты никогда раньше не была на забеге.

— Не была.

Мариам фыркнула и сказала:

— Король в гостиной.

Когда мы вошли в помещение, Саалим встал. И прежде, чем подойти к нам, он ненадолго замер, остановился. Я почувствовала в этом вопрос, но ощущение прошло так же быстро, как появилось.

Он кивнул Нике. Она медленно наклонила голову и спросила, не нужно ли нам чего-нибудь ещё, а он сказал, что ничего не нужно. Я увидела, что она колеблется. Она хотела остаться и посмотреть, что между нами было.

— Мы будем смотреть окончание забега из специальной будки, — сказал Саалим. — К нам присоединятся ещё люди. Знатные семьи и гости.

— Замечательно.

Мой пульс ускорился. Что подумают люди, увидев, что работница из дворца присоединилась к королю?

— Некоторые мои гости уже ждут нас, если ты готова. Если только ты не передумала.

Неужели он надеялся на это?

Когда я сказала ему, что не передумала, он жестом пригласил меня последовать за ним. С Саалимом что-то было не так. Мы встретили двух его гостей во дворце, и нас быстро представили друг другу. Пара тепло нас поприветствовала — женщина была одета как я! Похоже, это были высокопоставленные гости с востока, которые приехали сюда по делам, и теперь наслаждались городом в свободное время. Он представил меня как Эмель, недавно прибывшую в город.

Я решила, что это странно. Может быть, он не хотел, чтобы на меня смотрели, как на прислужницу из дворца? Бедную женщину?

«Или он не хотел, чтобы они поняли, что я солеискательница», — неожиданно подумала я, и меня тут же накрыло чувством стыда. Хотя в людях, которые присоединились к нам, определённо текла та же кровь.

Мы проследовали за Саалимом и несколькими стражниками к смотровой будке, построенной сразу за лестницей дворца. Она была красиво раскрашена в голубые и синие цвета и оказалась гораздо больше, чем я ожидала. Внутри находилась почти дюжина человек. После ещё одной серии представлений — большинство гостей были из знатных семей, которые владели кораблями, мельницами или мануфактурами — мы сели.

Он сел рядом со мной, и наши руки слегка соприкоснулись. Наши ноги тоже почти касались друг друга.

— Вы уже катались по каналам? — спросил Саалим, указывая на водные пути за дворцом.

По воде плыла небольшая лодка, на которой ехали два человека.

Пара с востока ещё не делала этого, как и я. Мужчина, стоявший на носу лодки, управлял ею с помощью длинного весла. Кас пытался уговорить меня присоединиться к нему во время поездки на лодке. Но я едва доверяла дереву и камню, из которых были сделаны ступени, способные доставить меня прямо к небу. А довериться дереву, которое плыло по воде и могло утопить меня в любой момент? Нет. Я сказала об этом Саалиму, и пара рассмеялась. А улыбка Саалима была больше похожа на гримасу.

— Но ты ведь сейчас паришь над землей! — сказал мужчина.

— Вся моя храбрость напускная.

— Очень убедительно! — сказала женщина.

Саалим сказал:

— Вон там находятся самые красивые дома в городе.

Я посмотрела туда, куда он указывал, и увидела людей, сидевших вдоль улицы и ожидавших забега.

Меня снова наполнило то же чувство успокоения, что я испытала, когда надела абайю и хиджаб. Женщины на улице были одеты в такие же одежды, что и я. Мужчины были одеты в длинные одежды, а гутры, закрывавшие их лица, были завязаны у них под подбородками.

Люди махали королю, и, улыбнувшись так, что моё лицо заболело, я помахала им в ответ. Ко мне присоединились остальные, и мы с женщиной радостно расхохотались. Теперь я поняла, почему Саалим пригласил меня. Это было прекрасным напоминанием о моём доме.

Мимо прошёл слуга с едой, а затем ещё один предложил нам напитки.