Сын поверженного короля (ЛП) - Торнтон А. С. - Страница 36

Вернувшись к столу, я начал просматривать письма.

Соляные шахты, торговля, приглашения. Ибрагим предлагал мне навестить его. У меня не было желания. Нассар мог поехать вместо меня. Я собрал письма в стопку для того, чтобы отдать их Нассару. Как я и предсказывал, хаяли снова превратились в недружелюбных торговцев. Если бы не моя мать, они бы уже давно вцепились мне в глотку. Я бросил их письма в ту же кипу, что предназначалась для Нассара. О, а вот это было нечто. Какая-то женщина писала, что её мужа убили в поселении Алфаара, которое теперь принадлежало мне. Она скорбела, она злилась, а ещё её людей оставили без правителя. Письмо отправилось в кипу писем для Мариам. Она могла задобрить её солью и подарками. Мне надо было написать Усману, чтобы он лучше работал.

Взяв очередное письмо, я испустил вздох. Боги, мне надо было возвращаться в пустыню. Столько всего требовало моего внимания. Я уронил голову на руки. По правде говоря, мне не хотелось покидать свой город в ближайшее время.

Наконец, я взял последнее письмо. На нём не было отметки о том, когда оно было отправлено, словно кто-то лично принёс его во дворец. На секунду я подумал об Эмель, но, когда открыл письмо, почерк оказался слишком элегантным. Оно было написано тем, кто был хорошо образован — как я или мой брат и сестры.

Саалим,

Если ты держишь в руках это письмо, значит, ей удалось это сделать. Я рыдаю при мысли о том, что ты вернёшься к нам, потому что я скучаю по тебе.

Мне столько надо тебе рассказать, но я боюсь, что во всём мире не хватит пергамента.

Остерегайся Захары. Она не умерла. И она хочет свергнуть тебя с трона. Я не знала об этом, когда она обучала меня. Жаль, что я этого не знала, иначе я бы её остановила. Остерегайся её, Саалим. Она может выглядеть не так, как раньше.

И, наконец, у неё есть кое-что, что может ей в этом помочь. Ходят слухи, что это джинн, и очень многие видели армию людей в чёрных одеждах. Будь осторожен.

Если я тебе понадоблюсь, я сейчас в пустыне. Это единственное место, где я наконец-то почувствовала себя дома.

С большой любовью,

Эдала

Мои руки задрожали, когда я уставился на слова, пытаясь поверить в то, что это была ложь. Жестокая шутка, которую кто-то решил сыграть со мной.

Потому что Эдала не могла быть жива. Это было невозможно.

Моя сестра, как и все остальные члены моей семьи, была мертва.

Глава 13

Эмель

Завязав бечевку на пятом пакете с травами, которые Альтаса попросила отнести меня этим утром, я вспомнила о нитях, которые переплетали между собой мы с сёстрами, чтобы скоротать время. Тави и я сидели обычно бок о бок, тянули за нити и складывали их то так, то эдак.

— Моя сестра хорошо бы с этим справилась, — сказала я Альтасе, которая набивала мешки быстрее, чем я успевала их завязывать.

Она подняла на меня глаза.

— Почему бы ей не прийти и не помочь, если она может справиться быстрее тебя?

— Я уверена, что она слишком занята, чтобы видеться со мной.

— Ну, а я не очень-то вижу, чтобы ты стремилась выбраться отсюда, чтобы повидаться с ней.

Я затянула узел так сильно, что верёвка резанула по моим пальцам.

— Ей уже всё равно, навещаю я её или нет.

— Не думаю, что это правда. Не стоит недооценивать любовь, которую мы испытываем к членам семьи. Только тяжёлый проступок может разрушить такие отношения.

Я подумала о своём отце, который меня едва ли интересовал. По которому я даже не плакала, когда он умер. Он совершил много тяжких проступков.

Неожиданно Альтаса перестала набивать мешки.

— Вот моей сестре точно было всё равно, навещала я её или нет.

Я остановилась и в ожидании посмотрела на неё.

— Она была красивее меня.

Альтаса похлопала себя по щеке.

— Я знаю, это тебя удивляет. Она должна была выйти за хорошего человека. Мои отец и мать вложили все, что имели, в её приданое, и вот она идёт и находит мужчину, которому не нужна жена. А потом узнает, что беременна.

Покачав головой, она снова продолжила складывать травы в мешки.

— Из-за неё наша семья лишилась последней возможности жить в достатке. Я не знаю, испытывала ли она чувство стыда или гнев. Но я никогда от неё не отрекалась. Никогда не позволяла ей думать, что её не любили.

Я вспомнила о том, как мы с ней ели суп после забега верблюдов. Несмотря на то, что она не одобрила моё решение, она точно так же не отреклась от меня.

— Вы поэтому поехали сюда за ней?

Как бы я хотела, чтобы Тави последовала за мной, чтобы она хотела меня видеть, нуждалась во мне.

— Где она теперь?

— Оставила меня здесь. Я подозреваю, что она вернулась домой. Не знаю, жива ли она ещё.

Я испустила глубокий вздох.

— И эта история должна заставить меня почувствовать себя лучше?

— Несмотря на то, что её больше нет со мной, я ни о чём не жалею.

***

Позже в этот же день Кас повёл меня на берег, не переставая говорить мне о том, что мы почти пришли.

Дворец остался далеко позади нас. Эта часть берега была более каменистой, и камней появлялось всё больше, чем дальше мы шли.

— Мы на месте, — сказал Кас и указал на какую-то груду камней.

Обернувшись на дворец, который был теперь размером с мой большой палец, я застонала.

— Мы проделали весь этот путь ради этих камней?

Он щелкнул языком, как это делала Хадийя, когда я начинала разговоры о торговле солью в зафифе, после чего двинулся в сторону камней, завернул за один из них и исчез.

— Кас?

Я быстро последовала за ним. Проведя рукой по грубой поверхности камня, я начала обходить его, и вдруг заметила небольшую расщелину, куда мог пройти лишь один человек.

— Кас? — позвала я.

Мой ответ эхом вернулся ко мне.

Ничего.

Я вошла внутрь, прошла немного вперёд по открытому пространству и за очередным поворотом обнаружила дыру. Вскоре солнечный свет стал тусклым за моей спиной.

Содрогнувшись, я поняла, что нахожусь в пещере.

— Кас? — сказала я чуть тише.

Его имя отразилось от стен, как и звук набегающих волн. Я услышала плеск воды и тихий металлический стук.

Как вдруг что-то просвистело, и передо мной появился Кас. Он стоял на расстоянии вытянутой руки в оранжевом свете огня.

— Боги! — громко вскрикнула я.

Кас так же громко рассмеялся.

Я шлепнула его по руке.

— О чём ты только думал? Я могла тебя убить.

— Ты? — он рассмеялся ещё сильнее. — Разве ты способна кого-то убить?

— Я бы не стала так говорить, если бы не могла этого сделать.

Я прошла дальше в пещеру, тени от фонаря начали плясать вокруг меня.

— Как ты его зажёг?

— Я уже приходил сюда сегодня и заранее зажёг его. Если бы ты увидела, что я взял с собой фонарь, это испортило бы сюрприз.

— Но, когда я зашла, было темно. А потом стало светло.

Я снова посмотрела на него. Он поднял фонарь вверх и осветил им неровные стены и низкий потолок.

— Я накрыл его, вот так.

Он приподнял тёмное одеяло, которое держал в другой руке.

Оглядевшись вокруг, я спросила:

— Что это вообще за место? Пещера си'лы?

— Си'лы?

В его голосе послышалась обида.

— Почему всё самое интересное приписывают злому духу? Почему бы не назвать это пещерой чудес?

Он пошевелил пальцами, как будто колдовал.

Я дошла до конца пещеры — точнее до нагромождения камней — и вернулась обратно. Пещера оказалась длинной и узкой. Здесь было не на что смотреть, и мне стало интересно, зачем он привёл меня сюда.

— Это старая соляная шахта, — сказал, наконец, Кас, указав на груду камней. — Если бы она не обвалилась, её, наверное, всё ещё продолжали бы использовать.