"Фантастика 2023-172". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Демиров Леонид - Страница 568

– Достаточно, – сказал Георгий. – То, что было очень плохо – мы знаем. Что Вы успели сделать за прошедшую неделю?

– Я уже говорил, что вернули в штат всех офицеров, которые выразили свое согласие. Таких большинство. Бросили клич офицерам, которые уволены в запас. Возвращаются. Провели инвентаризацию техники и вооружений. Подали заявки на доукомплектацию.

– С Дорожкиным работаете в контакте? – спросил Георгий.

– Да, с этим проблем нет. Заявки оперативно передаются на производство, заводы расконсервируются. Мы уже определились с денежным довольствием военнослужащих и согласовали цифры с министерством Финансов. Оклад взводного теперь будет 20 тысяч рублей. Ротного – 25. За звание лейтенант будет получать 10 тысяч рублей, старший лейтенант – 12,5, капитан – 15. Плюс выслуга. Премии будут и годовые и квартальные, но лишать их сможет только непосредственный начальник. И приказать ему нельзя. Предусмотрен соответствующий механизм.

– Это хорошо, а что с призывом?

– Сроки вернули прежние. Два года в армии и три на флоте. Но появилась мотивация – предусмотрели реальные, а не постулируемые льготы для поступления в Вузы, включая и подготовку к вступительным экзаменам, и бронь на бюджетные места. Кроме этого в средствах массовой информации неоднократно озвучено, что на государственную службу теперь будут принимать только отслуживших в армии. Денежное содержание рядового – 10 тысяч рублей, сержанта – 15 тысяч. Нормы питания и сроки носки обмундирования пересмотрели. Даже первогодки будут теперь сытыми и опрятными. Плюс обязательная для всех спортивная подготовка. К концу первого года службы каждый должен получить один первый или не менее двух вторых спортивных разрядов. К концу второго – выполнить норматив кандидата в мастера спорта или получить 2 первых разряда в разных видах спорта.

– Ну и как, есть желающие?

– Представьте себе, хватает. И не только из глубинки и из села. Есть и москвичи и ленинградцы. Настоящими мужчинами хотят стать многие.

– То есть, с набором проблем нет?

– Сейчас трудно сказать наверняка, прошла только неделя, но, похоже, что скоро придется объявлять конкурс и вводить более жесткий отсев на медкомиссии.

– Ну, хоть чем-то порадовали. Техника и вооружения у Вас будут. Не сразу, но будут. Нужно развернуть производство. Танки, правда, на первом этапе получите старые, Т-90. Мы их немножко модернизируем, электроники добавим, но ручной режим обязательно сохраним в качестве дублирующей системы. Электронику противник может вывести из строя, но механика и оптика останутся, а они там очень даже неплохие. Со стрелковым оружием проблем нет. С вертолетами тоже. Черная акула Вас устраивает?

– Да, но не две штуки на всю армию.

– Я знаю, что они должны работать группой. Так что получать будете не штуками, а эскадрильями. С подводными лодками сложнее. Их на коленке не соберешь. Тут все упирается в верфи, которых осталось очень мало. Но выход есть. Дорожкин уже дал команду и выделил финансирование на достраивание трех подземных объектов, два из которых имеются на севере и один на Тихом океане. Их можно превратить в доводочные мастерские буквально за несколько месяцев. Строительство, при готовности объектов свыше 90 процентов, было остановлено более 20 лет назад. Это еще Горбачев постарался. В общем, по 2 – 3 лодки каждой серии до конца года построим, а весной введем в строй.

– С надводными кораблями сложнее. Заложить мы, конечно, успеем и очень серьезные корабли, но достроить их за один год не сможем. Но на десяток фрегатов УРО[149] можете рассчитывать. Это конечно даже не эсминец, но шороху может навести порядочного. Кстати, Вы определились с командующим ВМФ?

– Пока нет. Те, что сейчас командуют флотами, в лучшем случае потянут руководство полноцелой флотилией. Да, по сути, наши теперешние флота сейчас и не превышают нормальных флотилий.

– Есть хорошая кандидатура, – внес предложение Георгий. – Адмирал Шкиперец. В былые времена он командовал Северным флотом, когда этот флот еще был действительно грозным и опасным для всех без исключения противников. Сейчас он давно в запасе, а может быть уже и в отставке, но еще не стар, и главкомат вполне потянет. Я не знаком с ним лично, но видел в живую, а не по телевизору, и он мне очень понравился. Серьезный мужик. И весьма немаленький.

– Я слышал о нем, – ответил Колдунов. – И слышал только хорошее. Свяжусь прямо сегодня и сделаю предложение. Это как раз такая кандидатура, как нам нужна. Он масштабы представляет. Теперешним это не дано.

– А что с приемом во Ввузы?

– В этом году будет в среднем по 500 человек. Вашему можем дать тысячу.

– Тысячу мы сейчас не потянем. Из преподавателей и профессуры остались одни старики. Молодежь и среднее поколение наши модернизаторы выкосили почти всех. Так что давайте пока 500, а через пару лет, когда восстановим кадры и ТСО,[150] примем тысячу, как в былые времена. Адъюнктуру[151] восстановите?

– И адъюнктуру, и докторантуру восстановим в полном объеме. Армии сейчас очень нужны умные, думающие люди с широким кругозором. С ними сложнее, чем с дуболомами и подхалимами, но пользы они приносят намного больше.

– Ну ладно, охарактеризуйте, пожалуйста, на что способна наша армия сейчас, и что Вы рассчитываете получить через год?

– Сейчас, поднатужившись, мы способны одержать верх в одном локальном военном конфликте. В двух одновременно – уже нет. Про войну, даже скоротечную, вообще говорить не приходится. Воевать некому и нечем. Да и не умеет почти никто. Вся надежда на ядерное оружие, но применять его очень не хотелось бы.

– И не будем. Что с перспективой?

– За год мы планируем довести численность армии до полутора миллионов человек. Основу составят мотострелковые, танковые и воздушно-десантные дивизии. Половина из них будет с полным штатом, а половина кадрированными. В артиллерии, ПВО и тыловом обеспечении останутся бригады, но их количество мы увеличим. На каждом флоте будет несколько бригад морской пехоты. В авиации, ввиду нехватки самолетов, пока сформируем полки, состоящие из отдельных эскадрилий. Это будет самым сложным, но, если Дорожкин даст самолеты, – справимся. Слабым звеном остаются ПРО и ПВО. Даже с учетом ускоренного строительства установок, всю границу мы прикрыть не сможем.

– Вот по этому поводу, в основном, я Вас и пригласил. Ядерное оружие мы использовать не собираемся, а о наших противниках я бы этого не стал утверждать категорически. Они могут, и, скорее всего, будут. Мы ведь не Югославия и не Ирак. Поэтому ни одна ракета не должна даже подлететь к нашей границе. Я уже не говорю о том, чтобы пересечь ее. Наземными средствами мы этого обеспечить не сможем. На авиацию, также, надежды нет. Будем создавать космические войска. Давайте сейчас попьем кофе, а когда подойдет Олферов, продолжим наш разговор.

Министр Науки вошел в кабинет буквально через 5 минут. Ему тоже предложили кофе, и разговор продолжился. Георгий кратко ввел силовых министров в курс информации, с которой Олферов был уже ознакомлен.

– Таким образом, – подвел он итог, – через год над нашими границами на высоких геосинхронных орбитах[152] должна повиснуть группировка боевых спутников, вооруженных термоядерными лазерами. Сколько их нужно и как именно будет осуществляться управление ими, мы с вами должны сейчас решить. Данная информация имеет такой гриф секретности, что в полном объеме, кроме нас четверых ее никто знать не должен.

– Какова дальность гарантированного поражения быстро летящей цели? – спросил Колдунов.

– При такой мощности луча, которую мы собираемся получить, она ограничена только прямой видимостью, – ответил Георгий. – За горизонт мы стрелять не сможем. Высоту орбиты я пока точно, указать не могу, но предполагаю, что это будет примерно 36 тысяч километров. Это дает обзор почти трети поверхности Земного шара. Через пару дней я смогу ответить на этот вопрос более точно.