"Фантастика 2023-180". Компиляция. Книги 1-23 (СИ) - Лисина Александра - Страница 649

А теперь вот Эл.

«Хранитель — это судьба, мистер Мейсон, и судьба нелегкая. Я от нее не побегу».

Мне жаль, Эл. Это была не глупость. Это было мое решение — глупое, как вся моя жизнь. Но кто ж виноват, что родился я и вырос там, где принятие глупых решений — единственный способ жить в мире с собой? И знаю я, что с тобой мы разойдемся сейчас, как всегда, не сказав друг другу грубого слова, потому что поняли друг друга, а пересечение наших Путей — это всего лишь перекресток, а вовсе не повод для драки. Но мне, на самом деле, искренне жаль, что я тебя огорчил. В мире… в мирах, которых, как выяснилось, хоть жопой жуй, вполне достаточно сволочей, которым это огорчение было бы куда более кстати.

Предводитель Хранителей остановился на входе в зал, окинул его тяжелым взглядом из-под косматых бровей и гулко бумкнул в пол посохом. Низкое гудение распространилось по залу, и кое-кто из местных деятелей начал совершать суетливые и какие-то совершенно неуместные движения, а в самой середине зала вспучился пузырь темной полупрозрачной материи. Он быстро и неумолимо разбежался по залу, накрывая фигуры. Первым в него влип маг, оказавшийся ближе всех к центру. Сопротивляться или уклоняться он не пытался — покорно склонил голову, и пузырь обтек его, принимая, как жидкая смола поглощает неосторожную муху и застывает в виде янтаря. Я заметил еще тоску во взгляде Фирзаила, когда разбегающееся вещество накатило на него, накрыв сразу с головой, а потом она добралась и до нас. Страшно не было, никаких признаков дискомфорта на лице увязшего первым Мага не запечатлелось, единственно я вяло побеспокоился о сохранности пулемета — я-то прочный, а вот эту конструкцию может заклинить намертво. Айрин попыталась завизжать, но скрылась в пузыре в одну секунду, и зародыш визга оборвался мягко, как придавленный подушкой. Волна навалила без плеска, плавно обтекла все тело и даже на лицо легла скорее ощущением комфортного слоя крема. А потом мир остановился, и последней мыслью было любопытство — не через тысячу ли лет меня выломают из этого янтаря с известием, что времена сменились, вот оно — Объединенное Социалистическое Королевство, вот космические корабли бороздят просторы Галактики, а к Закону о Связях принята четвертая поправка, гласящая, что на предложение пенных садов отвечать грубым отказом запрещается.

Хорошо засыпать со светлой мыслью.

И просыпаться с нею тоже хорошо.

Мысль, собственно, осталась та же, и я даже подумал, что как-то оно быстро, не иначе нас отмыли от этой обтекающей пакости в считаные секунды, быстро разобравшись, что мера принята не по адресу. Однако быстро понял, что ошибся. По крайней мере, меня успели переместить в аппаратный зал, под одну из ламп, на которую я неосторожно глянул и, конечно, сразу ослеп.

Знакомые подушки легли на голову и влили заряд бодрости и свежести. Радужные круги разбежались, словно пришпоренные мощными пинками. Вот он я, сижу на полу, подпирая спиной какую-то постройку, не подающую признаков деятельности. На поясницу сильно давило — я не без удивления обнаружил там пулемет, который у меня отобрать никто не потрудился.

— Я не справился с ремнем, мистер Мейсон, а резать его постеснялся, — прозвучало из-под потолка. — Остальные ваши вещи слева от вас.

Рюкзак с притороченным ружьем действительно лежал слева. Из других моих вещей там же нашелся Чарли, лежащий пластом. Я огляделся. Эл справа от меня приводил в чувство Айрин, а Мик рядом с ним запихал в рот сигарету и тщетно пытался вытрясти из зажигалки огонь.

— Мелкие предметы могут не работать, — сообщил ему Эл. — Извините.

И дал прикурить от пальца.

— Еще одна такая полезность, Эл, и я на тебе женюсь.

— Не надо угроз, мистер Микки. — Эл ухмыльнулся, давая понять, что шутку понял. — А с этим делом вы бы завязывали. Никакой пользы.

— Не скажи. Руки занимает. А то у меня бывает неконтролируемое дракоизвержение.

— У всех бывает. Начинайте перебирать четки. Знаете такую придумку?

— Да, встречал. Спасибо, брат, я подумаю.

Айрин застонала и перевернулась на бок, а Эл переместился к Чарли и взялся за его голову. Сержант захрюкал и попытался выдернуться, но не на того напал. Хранитель потряс его, как грушу, легко приподнял за грудки и придал телу сидячее положение.

— Приходите в себя, я приду через минуту. Принести вам воды?

— Хорошо бы пива, — не растерялся Мик. — Да не той бурды, а которое Мейсон любит, у которого пена такая мелкая и плотная, и на ней даже буквы пишутся.

— Или даже чего покрепче. Я там одному рыжему ссудил бутылку дэниэлса…

— Видел, видел вашего рыжего. Бутылку тоже видел. Пока вы были в стазисе, он ее уговорил и пытался еще выцыганить. Надо сказать, на нас ваш алкоголь действует очень слабо, так что широту вашего жеста мы способны оценить только номинально. Но вкус ему, кажется, очень понравился. Пива нет, извините. Я скоро.

Он исчез между машинами, а я выволок из-за спины пулемет и примостил его на живот. Сидеть стало удобнее. Потянул рукоятку затвора — вроде ездит. Наверное, недостаточно мелкое, чтобы засориться, как та зажигалка.

— Мы живы? — глухо осведомилась Айрин. — Я уж думала, нам хана.

— Да нет, все же было вполне на мази, — беспечно откликнулся Мик. — Ну задержали для проверки документов… а что они так задержание проводят, так это их монастырь. Не зря же они все, включая эльфа, уверяли, что с нами Хранители не воюют.

— Тем более мы сами себе устроили такую радость, что впору посочувствовать.

Айрин стремительно села и повернулась ко мне. Я уже говорил, что в перепуганном виде она очень даже симпатичная? Или это они меня столько времени в анабиозе продержали, что гормоны успели полезть на стенку и мне теперь даже Вин Дизель симпатичным покажется?

— Мейсон, скажи, что последние моменты нашего общения мне приснились.

— Если ты была сверху, то да, я такого решительно не помню.

— Очень смешно. Что ты там вещал про то, что мы начали Апокалипсис?

— Да я, в общем, только предположил… ну довольно настойчиво предположил, других вариантов на примете все равно не было. А Фирзаил мог бы опровергнуть, если б я соврал, но он только подтвердил… паскуда.

С другой стороны с мычанием присоединился к беседе Чарли. Ему, вероятно, тоже было очень интересно, не соврал лия ради красного словца. Да я и рад бы, но боюсь, что правда все равно окажется немилосердной, стоит нам шагнуть за портал.

— По правде, тут трудно было не догадаться. Эльф сразу сказал, что заклинание должно как-то выправить проблемную ситуацию в мирах. Когда он перед самым запуском объяснил, как именно, стало ясно, что они собираются перекачать энергию из Отстойника. Добавим к этому настойчивые рассказки профессора — я что, один испытал к нему личную неприязнь и жгучую антипатию? — О скором Апокалипсисе и подумаем: как эти события могут быть связаны?

— Самое очевидное, что Апокалипсис — плановое отражение в нашем мире этой их процедуры, — подхватил Мик. — Они заранее представляли, во что это выльется — великое землетрясение и прочее, я уже цитировал и больше не буду, а то Чаки обкакается. Так что даже инструкции там оставили — как чего будет.

— Уж наверное, хлынуло туда так, что понаслучалось всякого. Но вариантов было — либо так, либо сложить лапки и подождать немножко, пока все окончательно накроется.

— Все так, но то ли ваши апокалиптические пророчества неточны, то ли вы их плохо знаете, — объявил Эл, как раз вернувшийся из своих странствий. Оказавшись среди нас, он демократично плюхнулся на пол и поджал ноги.

— Я их практически не знаю, и уверен, что они неточны. Это вот он у нас штатный трактователь священных писаний.

— Ты не томи, — посоветовал Мик. — Что мы из виду упустили?

— Заклинание действительно распороло пространство между тем ярусом Отстойника, где мы с вами были, и мирами. Со стороны миров… о, должен заметить, что вы пробыли в стазисе около недели, за что прошу прощения, надо было оценить ситуацию, и на все рук не хватало… так вот со стороны миров, в частности вашего, это выглядит как великое множество огромных, уродливых неконтролируемых разрывов реальности. Иначе говоря, постоянно открытые Врата. И через эти разрывы туда, в миры, устремилось множество тварей Отстойника — как нейтральных, способных к сосуществованию, так и откровенно чудовищных.