Бесславные дни (ЛП) - Тертлдав Гарри - Страница 114

   Когда двигатели транспортного судна "Ирвин" заглохли, взводный сержант Диллон играл в покер с четырьмя другими младшими командирами.

   - Это ещё, что за хуйня? - удивленно спросил он одновременно с ещё двумя сержантами.

   - Твоя ставка, Лес, - сказал ему Датч Вензел.

   Диллон кинул деньги в общую кассу.

   - Подниму на пару баксов, - сказал он. У него было две пары, комбинации выше, кажется, ни у кого не было. Однако перемены звука ему не нравились. - Что они там задумали? Останавливаются? Если встанем, будем отличной мишенью для подлодок.

   - Благодарю, адмирал Нимиц, - сказал Винс Монахэн, сидевший по левую руку от Диллона. Он швырнул мятые купюры. - Отвечаю.

   - Я пас, - сказал Вензел и взмахнул руками. Два других сержанта последовали его примеру.

   - Нате, вам, - сказал Диллон и выложил две дамы и две девятки. Монахэн неразборчиво выругался. У него были два валета и две пятерки. Диллон сгреб выигрыш. - Кто сдает? - спросил он.

   - Может, выясним, что происходит? - сказал Монахэн. - Мы вертелись на севере Тихого океана и чего-то ждали, а затем вдруг повернули на юг, будто куда-то собрались...

   - Ага. Куда-то, - сухо произнес Диллон. Остальные за покерным столом заворчали. Кто-то даже хихикнул. Они направлялись на Оаху и ждали высадки на берег. А теперь... теперь они никуда не шли.

   Через несколько минут двигатели снова заработали. Прерванная было игра, тоже возобновилась. Десантный корабль накренился. Внутреннее ухо Диллона подсказало ему, что теперь они двигались в восточном направлении, а не на юг. Игра продолжалась. Через полчаса "Ирвин" снова повернул, и ещё раз повернул ещё через полчаса.

   - Господи! - воскликнул Вензел. - Они там совсем ебанулись? Мы столько прошли, чтобы круги тут наворачивать?

   - Я, кажется, догадываюсь, в чём дело, - сказал Диллон.

   - Да, ну?

   - Ну, да. Основные силы флота идут впереди. Если они не очистят местность от япошек, мы до Оаху просто не дойдём. Если они встретились...

   Датч Вензел немного поразмыслил и кивнул.

   - Разумно, - признал он. - Они не хотят, чтобы мы напоролись на авианосец. - Он скорчил гримасу. - Иначе, весь день будет испорчен. - Затем спокойно добавил: - Кто сдает?

   Лейтенант Сабуро Синдо гордился собой, он ещё никогда не чувствовал себя столь воодушевленным. Завтра утром начнется битва, самая важная для Японии битва с момента нападения на США. Некоторые принимались скакать и кричать. Синдо не обращал на них внимания. Он сидел на стуле в конференц-зале и дремал. На нем был надет летный комбинезон. В любую минуту лейтенант мог оказаться в кабине "Зеро".

   Вскоре шум вокруг начал ему мешать и лейтенант очнулся. Очнувшись, он задумался над тем, чем бы ему заняться. Нападение не станет неожиданным. Американцы знали, что их заметили. Они отправили в погоню за заметившим их Н8К истребители. Они его сбили, но, прежде чем рухнуть в океан, экипаж гидросамолета подбил один "Уайлдкэт". К тому моменту как их сбили, об американцах уже знали все.

   Американцы могли под покровом темноты уйти обратно к западному побережью. Некоторые японские пилоты на это и рассчитывали. Но Синдо в это не верил. Сейчас отступление сочтут трусостью. Американцы не очень хорошо сражались на Оаху, но они бились храбро. Отступать они не станут.

   Если они не собирались отступать, то, что они задумали? Не успел Синдо ответить на собственный вопрос, как его снова сморил сон. Когда через некоторое время он снова открыл глаза, то заметил, что часть людей, которые толкались вокруг него, ушла, а их сменили другие. Словно и не спал, он снова принялся размышлять. Что американцы будут делать?

   Сидеть на месте и ждать нападения? Он бы так глупо не поступил. Синдо бросился бы вперед, рассылая перед собой разведчиков настолько далеко, насколько это возможно, а обнаружив японский флот, ударил бы всеми силами. Если он это понимал, понимали ли американцы? Синдо был склонен полагать, что понимали.

   У них три авианосца. У японцев тоже три, два из них - новейшие и быстрейшие во всём флоте. О навыках американских летчиков судить трудно. Японцы громили всё от Гавайев до Цейлона. У американцев в качестве истребителей были "Уайлдкэты". Японцы летали на "Зеро". Синдо зевнул и улыбнулся одновременно. "Уайлдкэт" мог лучше "Зеро" держать удар. Мог, и держал. Лейтенант снова задремал.

   Очнулся он от того, что его трясли за плечо. К нему тут же вернулась собранность.

   - Уже пора? - спросил он.

   - Не совсем, господин. - Стоявший перед ним человек оказался работником кают-компании. - Мы устраиваем специальный обед перед битвой. - Он держал перед собой полную чашку онигири - рисовых шариков, завернутых в бамбуковые листья со сливой посередине.

   - Arigato. - Синдо принял чашку из его рук. То же самое блюдо подавали перед вылетом на Перл Харбор. Ещё один работник принес поднос, заставленный чашками с зеленым чаем. Синдо залил рис этим чаем.

   Лифты "Акаги" поднимали с ангарной палубы на лётную истребители, готовя их к бою. Внизу механики выстраивали в очередь бомбардировщики и пикировщики. Лифт опускался, поднимался и на палубе оказывался очередной самолет. Там его заправляли и проверяли, чтобы все механизмы, орудия и системы управления работали как надо. Оружейники снаряжали самолеты бомбами, торпедами, патронами и снарядами. Когда настанет время...

   Но, пока оно не настало, Синдо собрал вокруг себя пилотов своей эскадрильи.

   - Когда американцы напали на Гавайи, некоторые из вас застряли там вместе со мной, - сказал он. - Они нас побили, унизили, из-за них мы потеряли лицо. У нас появилась возможность отомстить. Позволим ли мы пройти им сквозь наши ряды?

   - Нет! - хором воскликнули пилоты. Немногие тогда находились на острове, но возмущены были все. Разумеется, они скажут "нет".

   - Хорошо. Очень хорошо. Их нужно наказать. И накажем их мы. Когда мы с ними разберемся, они раздумают соваться на Гавайи ещё лет сто. Восславим Императора и пойдем служить ему!

   - Banzai! - выкрикнули пилоты. Все разбежались по лётной палубе.

   Синдо забрался в "Зеро". Утреннее солнце окрасило небо на востоке в серый цвет. Где-то там ждал враг. Проверяя системы самолета, Синдо уже знал, где именно. Он получал сигналы от бомбардировщиков, чьи радиостанции лучше подходили для разведки.

   С палубы начали взлетать самолеты. Лейтенант завёл двигатель. Тот ожил и мягко зарычал. Сигнальщик поднял зеленый фонарь. "Зеро" Синдо разогнался, нырнул с палубы вниз, а затем взмыл в небо.

XV

Сидя в кабине "Накадзимы" B5N1, Мицуо Футида слушал доклады экипажей гидросамолетов и самолетов разведки, которые флот послал на поиски американских авианосцев и кораблей сопровождения. Он понимал, что долго ждать не придется. Японцы знали, где искать противника.

   Футида оказался прав. Летел он не слишком долго, когда пилот гидросамолета обнаружил противника.

   - Дистанция, примерно 150 километров, - доложил пилот. - Азимут 045. - Он помолчал, затем выкрикнул: - Они запускают самолеты! Повторяю: в небе противник!

   "Мы их опередили, - подумал Футида. - Хорошо". Игнорируя нараставшую в животе боль, он произнес:

   - Равнение на меня.

   - Есть, коммандер-сан, - сказал первый петти-офицер Токунобу Мидзуки. Приказы он исполнял с присущим ему холодным спокойствием.

   Футида беспокоился, что американцы перехватят радиопереговоры и узнают о местоположении японского флота. Он пожал плечами. С такой электроникой на борту, они прекрасно увидят, откуда прилетели японцы и сделают соответствующие выводы. "Может, надо было заложить вираж", - мелькнула в голове старого бейсбольного болельщика Футиды мысль. Впрочем, думать об этом уже поздно.