Русская кровь - Кулагин Олег - Страница 60

– Спасибо, – как и положено воспитанному ребёнку.

Мы с Майей заняли спальню. Кровати оказались слишком близко к окну. Я сбросил матрасы на пол. Пока доставал из шкафа чистые простыни, Майя уже легла. И тут же уснула. Неудивительно. Она и так едва держалась на ногах – ведь всю ночь глаз не смыкала. Я не стал её тревожить. Тихонько укрыл и сам разместился ближе к дверям в гостиную, где отдыхали остальные.

Лёг прямо на полу. Замотался в одеяло. Свободный матрац оставил для Ксении. Но она почему-то не шла. До сих пор сидела в гостиной и болтала с Индейцем. Тот хихикал. Иногда доносился голос Лери:

– … морковка – в выхлопную трубу это не так прикольно. Лучше – петарду.

– А ты откуда знаешь?

– Один мой друг любил ставить опыты на всяком зверье.

– На кроликах?

– Нет, на полицаях.

«Правильно, – подумал я, – Кроликов – жалко.»

Зевнул.

В гостиной опять хихикали. И чего Султан их не угомонит?

Ведут себя, как дети.

Ладно Ксения. Хотя… Индеец – ненамного старше. Сколько ему? Максимум лет девятнадцать.

Толку, что вымахал метр девяносто. В этом возрасте мозги ещё не успевают за общим развитием. А Лери – такая же…

Хватит. Сейчас встану и прикрою этот ночной клуб.

Вот только повернусь…

Сейчас…

Белая башня высится над городом, упирается в звёздное небо. Каменная лестница опоясывает её, уходит к самой вершине.

Я поднимаюсь затёртыми ступенями.

Ветер бьёт в лицо.

Так и норовит сбросить вниз.

Лестница – слишком узкая. Ни перил, ни ограждения…

Зато Болхов отсюда – как на ладони. Тумана и следа не осталось. Чернеют глазницы домов. В лунном свете тускло блестит асфальт. На детской площадке колышутся пустые качели…

Птица. Одинокая тёмная птица парит, раскинув крылья.

Если бы я тоже мог… Шагнуть к краю, оттолкнуться посильнее. И кружить, опускаясь к земле и взмывая к небу. Это так просто.

Но я не умею летать.

Ускоряю шаг.

Звёзды всё ближе.

А ступени вдруг начинают трескаться.

Я бегу.

«Пламенный мотор» колотит о рёбра.

Там, у меня за спиной, лестница крошится и осыпается – будто выстроенная из песка.

Скорее!

Ступени едва выдерживают мои шаги.

Вершина так близко. Но не успеваю – опора уходит из-под ног. Я распластываюсь вдоль стены. Цепляюсь за выступы в кирпичной кладке.

Наверху – оборванка Лери:

– Дай руку, Денис!

Я тянусь к ней – изо всех сил. И холодею.

Две фигуры выросли у края башни. Женщина в зелёном свитере – похожа на учительницу или домохозяйку. Только лицо её – как мёртвая маска. А незнакомыйстарик в ветхом камуфляже улыбается:

– Зови меня просто – Михалыч…

Над ним сверкающие нити – будто пауки оплели небо. И ласковая тьма колышется в глазах:

– Так всё сложно, Денис, – улыбка острая, как боль.

– Дай руку! – умоляюще смотрит Лери, – Пожалуйста! – тянется ко мне.

Но я отдёргиваю кисть. Подошвы соскальзывают с опоры.

– ДАЙ РУКУ!

Я не умею летать…

Вздрагиваю. Открываю глаза.

Утираю холодный пот.

Что?

Где я?

Ага…

Рядом мерно посапывают Майя и Ксения. Через узкую щель между шторами белеет утренний свет.

В соседней комнате звучит голос Крота.

Кажется, всё в порядке.

Я встал и выглянул в гостиную.

– С добрым утром, – сказал Султан.

Я не ответил, окидывая взглядом комнату. Хрипло уточнил:

– Где она?

– Кто? – бригадир зевнул, потягиваясь.

– Лери.

– Эта чумазая? – улыбнулся бригадир, – Куда-то вышла.

– Давно?

– Не знаю, сам только проснулся.

– Минут пятнадцать назад, – уточнил Крот, – Мы с ней так интересно беседовали…

– Не сказала, куда? – я тяжело опустился на пыльный стул.

– Искать «замок». А «ключ» – уже у тебя.

– Конспирация, – подмигнул Султан.

Я взял бутыль с водой. Жадно сделал глоток. Опять посмотрел на Крота:

– И о чём вы с ней беседовали?

– О разном. О жизни. Она – умная девушка. Султан говорил, вид у неё непрезентабельный. Но ведь главное – то, что внутри.

– Да, – сухо кивнул я, – Главное – внутри.

Вернулся в спальню и растолкал Ксюху с Майей:

– Нам пора!

Торопливо проверил оружие.

– Спокойнее, – усмехнулся Султан, – Ещё успеем позавтракать.

– Потом!

– Ага! – в дверях возникла сонная мордочка Ксении, – Сначала денежки!

Индеец с автоматом в обнимку курил на крыльце. Удивлённо обернулся, когда мы вывалили всей толпой.

– Куда пошла Лери?

– Туда, – махнул он рукой, – А в чём дело?

– Ни в чём, – буркнул я, – Всё нормально.

Объяснять не стану.

Мы навьючились рюкзаками и покинули двор.

Было прохладно. Но вполне терпимо.

Хуже то, что дымка опять сгустилась. Силуэты деревьев – как наброски на белом холсте. Верхние этажи домов растворяются в близком небе…

Султан тронул меня за плечо:

– Что-то не так? А, Денис?

– Пустяки.

– Не темни.

– Слушай, а может, к дьяволу его – этот броневик? Столько возни…

Глаза Султана округлились:

– Ты чего? У нас ведь уговор.

– Я помню. Но есть ещё кафе, магазин… бордель. Там до фига «налички»…

– Ты спятил? Это же в центре – там кругом ходячие мертвяки!

Разумеется.

Убедить его невозможно. Особенно сейчас, когда до заветных баксов – рукой подать.

– Тогда идём быстрее! – буркнул я, перепрыгивая через канаву.

– Нервы шалят? – усмехнулся Султан.

– Вдруг, кто-то ещё обнаружит машину…

– Кто? Трупы?

– Живые. Не одному тебе известно о броневике.

– Ну и что? – усмехнулся Султан, – Они не знают секрета.

– Какого?

– Без которого сюда не войдёшь.

– Ты о чём?

– Конспиратор хренов, – он сердито моргнул, – Раз мы внутри – значит, оба знаем: кто-то должен быть из Болхова. Для кого город – не чужой!

Из Болхова?

Я оглянулся. Крот шёл чуть позади, придерживаясь за плечо Индейца. Слепой, беспомощный. И незаменимый.

Теперь ясно, для чего он в бригаде.

С моей «уникальностью» – тоже всё понятно.

Кое-что удалось выцарапать из биографии Дениса Воронина. Когда-то я здесь жил. Хотя бы это – знаю наверняка.

– Весь секрет? – удивился Индеец, – Так просто?

– Не очень, – хмыкнул бригадир, – Даже, если кто догадается – пусть попробует отыскать хоть одного местного. В Болхове обитали тридцать тысяч – и почти все сгинули. А тех, кто уцелел – давно отсюда выселили.

– Да, – пробормотал я, – Фомину была нужна земля.

– Пусть ей подавится… А мне нужны его деньги!

В главном Султан прав.

Болхов изолирован от остального мира не хуже крепости. Или лучше… Даже радиоволны здесь не проходят.

Мальчуган… Тот, что был с Лери… Вероятно, именно он – её пропуск в город. А сейчас, она его отослала. Или отрядила с сообщением? Ну, да. Ведь связь тут не работает. Только гонец со срочной депешей.

Пока он доберётся. Пока вернётся назад… Уже не один. Вместе с «быстрыми»? По мою душу?

Все равно, ещё есть время. Должно быть…

– Далеко ещё? – уточняю у Майи.

– Будет перекресток, а потом налево…

– Смотрите! – выпаливает Ксюха.

Мы цепенеем. Что-то странное происходит впереди. Туман тает на глазах. Улица светлеет, но очертания домов – какие-то неправильные.

А потом дымка исчезает. И мы видим фигуры людей.

Незнакомцы вскидывают оружие.

Мы падаем на землю. Откатываемся в придорожные канавы. Грохочут «калашниковы». Короткими, в три патрона, очередями работает М-16.

Несколько минут беспорядочной пальбы.

Наконец всё стихает.

Враги тоже залегли. Это не зомби – соображают быстро. Ни одного тела не осталось на дороге. Такие дерьмовые из нас стрелки?