Служанка для князя тишины (СИ) - Цыплакот Анастасия - Страница 48

— Я ее не ощущаю, — нехотя признался Хаолл.

— Давно? Почему ты молчал? — недовольно выговорил другу Вергилий.

— На самом деле очень давно. В первые дни исчезновения лорда я стал понимать, что моя тяга становиться все слабее и слабее. И вот уже пять лет ее нет.

— Но это значит что…

— Ничего не значит! — нервно и резко перебил Камердинер. — Она жива! И он тоже! Просто они где-то далеко. Очень далеко. Возможно, в другом мире. Вот связь и оборвалась.

Управляющий ничего не ответил. А впереди уже блестели огни замка барона фон Амеля.

*

— Милорд, вас спрашивают два вампира, — остановил барона на лестнице дворецкий, удерживая прибывших за парадной дверью.

— Кто такие и что хотят? — недовольно спросил Бальво. Его ждет рыжая красотка, а он вынужден отвлекаться на непрошеных гостей.

— Хаолл и Вергилий от князя Баттори, — представил чопорный дворецкий.

— Оба разом? — удивился лорд Амель и еще более сердито крикнул, спускаясь с лестницы. — И чего ты их держишь за дверью болван!

Вид потрепанного Вергилия и встревоженного Хаолла были красноречивее слов.

— Абаддон так расстарался? Де Лоа? — задал всего два вопроса барон.

На первый Хаолл кивнул на второй, отрицательно помотал головой.

— Ну что стоишь, Элайо, устрой лэров и позаботься о бедняге, он еле на ногах стоит, — скомандовал Амель. — Позже все расскажете, — бросил уже гостям хозяин и вновь поднялся по лестнице.

Глава 34. Записки Фулбертуса

Эштон заботливо накинул свой сюртук на плечи Клэр и, усадив ее ближе к костру, вложил в холодные ладошки теплый восстанавливающий отвар. Терпеливо дождался, когда кружка в руках девушки опустеет, и только тогда снова вернулся к теме предназначения магического браслета.

— Ты уже читала записки Фулбертуса? Что собой представляет этот Азазеллов ритуал?

— Это вроде как стих, и некоторые его части звучат как головоломка, — предупредила Клэр и зачитала обряд вслух:,

Круг первый из ровно горящих свечей.

Второй круг поменьше из гладких камней.

На серых камнях не простые картинки.

Руны начертаны соком Пестринки.

Чтоб силы свои отдал лепесток

Крепко сожми в ладонях цветок.

В центре сосуд, что наполнят мужи.

В кубок тот сердце врага положи.

Нож, зачарованный плоть полоснет

И чарка кровь мага жертвой сочтет.

Трижды скажи заклинанье простое:

Асхата шисхано колле саланхоэ.

Князь нахмурившись, помолчал, а потом, забрав тетрадку, стал рассматривать рисунки, нанесенные карандашом.

— Круг первый и круг второй поменьше, — принялся рассуждать мужчина. — Видно из свечей надо выложить круг внешний, а внутри выложить из камней. Свечей полно в архиве, а вот камни придется искать. Причем желательно, чтобы они были одинаковые.

— Но прежде на камнях надо нарисовать руны, как показано на картинках. А я еще даже не приступила к их изучению.

— Жаль, что не могу помочь тебе с рунами, но возьму на себя подготовку остальных предметов для ритуала. Это Пестринка? — указал на нарисованный цветок Эштон. — Кажется, я встречал что-то похожее. Если его сок и правда заменяет краски, то эта часть не самая сложная.

— А что скажешь о кубке?

— Тот, что наполнят мужи? — улыбнулся де Лоа. — Обычная чарка для крепких напитков.

— Что-то мне не попадалась здесь посуда, украшенная камнями, и, судя по цвету, она, скорее всего, золотая, — скептически заметила Клэр.

— Да… кубок, как и ритуальный нож, придется поискать, — согласился Эштон.

— Кровь мага в качестве жертвы — это кровь того, кто проводит обряд? Мне правда, придется порезать себя?

— Не думаю, что нужно много крови. Обычно достаточно сделать небольшой надрез на ладони, — целуя раскрытую ладошку девушки, успокоил князь.

— Хорошо, а как же сердце врага?

— Я все равно охочусь. Уверен, подойдет любой ящер.

— Ну и вишенка на торте — само заклинание. Оно действительно простое.

— Итак. Подведем итог. Нам нужны свечи, камни, цветок, кубок, нож и сердце динозавра.

— Вроде немного, — вздохнула Клэр, — но где искать нож и кубок?

— В архиве, — уверенно кивнул Эштон. — Перевернем здесь каждый уголок. Вряд ли маг стал бы прятать инструкцию и ритуальные предметы в разных частях Асшиума. Давай сейчас не будем думать об этом. Слишком много новостей свалилось нам на голову. Завтра я поищу цветок и подходящие камни, а ты сможешь начать изучать руны.

— Да ты прав, — Клэр подтянулась ближе к лорду и, положив голову ему на плечо, позволила заботливым рукам обнять себя.

*

Когда князь вернулся с охоты, девушка веточкой выводила рисунки на земле.

— Как успехи? — поинтересовался Эштон, сбросив мешок возле кострища и поцеловав в макушку Клэр.

— Не уверена, что выдающиеся, — пожала плечами девушка. — Я всегда ужасно рисовала. Вот и руны выходят корявыми.

Мужчина склонился над чертежами, затем взял в руки книгу, чтобы сравнить с оригиналом.

— Мне кажется, вот тут ты не дотянула хвостик, — указал де Лоа на один из чертежей. — А здесь угол слишком маленький получился.

— Хм… — Клэр поправила первую руну и отшатнулась, когда та на несколько секунд засветилась желтым светом. — Ого! Такого раньше не было!

— Возможно, именно так и реагирует руна, когда она правильно выполнена. А кстати, что она означает?

Девушка сверилась с учебником:

— Ураганный ветер.

— Знаешь, что, милая, давай-ка собирай книги и быстро. Бурю лучше переждать под крышей.

— Ой! — охнула Клэр, сообразив, что натворила, подбирая в спешке разбросанные книги, учебники и исписанные листы.

Легкий ветерок закружил пыль с земли и, потрепав волосы, затих.

— Ложная тревога? — поинтересовалась девушка, непонимающе глядя на князя.

— Наверное, для полной силы и нужен цветок, как его? Пестринка? — Эштон сунул в мешок руку и, вытянув красивый, разноцветный, но, к сожалению, подсохший распустившийся бутон, протянул его неопытной волшебнице.

Клэр сжала его в ладони, но вместо сока он раскрошился, оставляя неприятное покалывание на коже.

— Не понимаю, — виновато произнес мужчина, — я же его только сорвал. Цветы не вянут так быстро.

— Может, это его особенность? Надо попробовать с несорванным растением.

— Позже я отведу тебя к тому месту, где нашел Пестринки, а на сегодня хватит экспериментов и учебы. Поедим и поищем кубок с ножом.

Но бесконечные поиски ритуальных предметов не давали ровным счетом никаких результатов. Архив был обследован от и до и не единожды. Это сильно беспокоило Клэр. Если с первоначальной магией и рунами девушка уже была не просто знакома, а вполне успешно ими пользовалась, то отсутствие необходимых предметов для завершения ритуала сильно затрудняло дело. Правда, было еще кое-что, с чем ей пришлось столкнуться впервые. Мысль о том, чтобы открыть портал для Эштона, уже не казалась ей абсурдной.

Здесь как раз пригодились знания магии воздуха и земли. На всякий случай тренировалась она тайно, исключительно когда князь уходил охотиться. До открытия самого настоящего портала, да к тому же в нужный мир было еще далеко, но, если верить учебникам, кое-что уже получалось. Телепортировать легкие предметы на небольшое расстояние не составляло проблем. Однако если работа с предметами заключалась только в практике, то отсутствие этих самых предметов вызывало тревогу и бессонницу.

Девушка, как обычно, лежала без сна, прислушиваясь к мерному дыханию де Лоа и думала, что они могли упустить. Какой уголок в огромном архиве пропустили. В отчаянии она закрыла глаза и мысленно представила кубок, превращая простой рисунок из книги в полноценную модель. И без того яркий образ, сложившийся в голове Клэр, вдруг стал ещё ярче. Чарка словно засветилась изнутри. Девушка от неожиданности открыла глаза и села.

В комнате не было окон, и плотную темноту рассеивала лишь тонкая полоска света из-под неплотно прикрытой двери. Поднявшись с кровати и встав посреди комнаты, Клэр снова закрыла глаза и вызвала образ кубка. Шагнув наугад в сторону двери, она заметила, что чарка, будто потеряв краски, приобрела серый оттенок. Тогда девушка, не разжимая век, повернулась в другую сторону. Яркие цвета снова наполнили кубок. Шаг вперед, еще шаг, и каждый камушек на чарке, играя гранями, ослеплял не хуже солнечных лучей. Не выдержав, Клэр распахнула глаза, старательно моргая, а когда зрачки стали различать очертания предметов, поняла, что стоит перед небольшим письменным столом.