Испытание для невесты - Хоанг Хелен - Страница 20

Когда в приемную вошел Кай, Эсме оцепенела от страха. Она бы меньше испугалась привидения. «Что он здесь делает? Зачем приехал? Вдруг начнет на меня кричать?» – пронеслось у нее в голове.

– Что случилось? – взволнованно спросил он. – Тебя врач смотрел? Что они сказали?

– Я вывихнула ногу на лестнице. Доктор подозревает растяжение связок. Мне сделали рентген.

Кай наклонился и сдвинул пакет со льдом.

– Можешь пошевелить ногой? Вверх и вниз? Из стороны в сторону?

Дверь кабинета открылась, и Эсме услышала свое имя. Она встала, собираясь похромать в смотровую, но не успела поставить больную ногу на пол, как оказалась на руках у Кая, словно героиня романтического фильма.

– Не надо меня нести. Я могу сама. Я тяжелая, – испуганно забормотала девушка.

Он закатил глаза и пошел за медсестрой по коридору.

– Ты не тяжелая. Ты крошечный человечек.

– Я не крошечная.

Он держал ее крепко и нес без видимых усилий. Эсме почувствовала себя в безопасности. Приятно быть маленькой. Дома мать с бабушкой всегда просили ее достать вещи с верхней полки или принести что-нибудь тяжелое, потому что она была выше и сильнее их. А Кай считал ее маленькой. И ей это нравилось.

– Посадите ее сюда, – указал медбрат на кушетку, покрытую бумажной простыней. – Крутой у тебя бойфренд, – добавил он, выходя из комнаты. – Доктор сейчас придет.

Бойфренд. Никто из них не успел поправить парня. Эсме уткнулась взглядом в плакат на стене, изображающий кости и мышцы.

– Спасибо, – сказала она чуть погодя.

Кай неловко пожал плечами и опустился на стул.

– Тебе нельзя наступать на ногу.

– Уже терпимо. Вначале ужасно болело.

Подумав, что сломала ногу, Эсме запаниковала. «Все кончено, – подумала она. – Если не смогу работать, Ко Нга отправит меня домой раньше срока. Я не должна возвращаться домой, даже не попытавшись найти отца»

– Зачем ты приехал? – смущенно спросила она.

– Тебе больно.

Сердце защемило. Эсме отвернулась и опустила глаза к сложенным на коленях рукам.

Он приехал… просто поддержать меня? Странно как-то.

Она с детства привыкла к самостоятельности. Мама с бабушкой всегда работали. Заболела? – Сцепи зубы и выкарабкивайся сама. А после появления Джейд – тем более.

Кай взял пакет со льдом и переставил его другой стороной. Ни один человек в ее жизни не проявлял такой заботы.

– Уже все хорошо, – сказала она.

– Надеюсь.

В дверь постучали, и вошел доктор – тот же самый, что ее осматривал. Красивый, высокий, темноволосый, с труднопроизносимым индийским именем: Навниит, что-то там. Он держал в руках рентгеновский снимок.

– Хорошая новость, Эсмеральда. Перелома нет. Тугая повязка, лед и почаще держите ногу в приподнятом состоянии. Через пару недель все пройдет.

– Большое спасибо, – облегченно выдохнула Эсме.

– Пожалуйста.

Доктор сверкнул белыми зубами и вытянул из кармана визитку.

– Вряд ли при вашей травме понадобится повторный осмотр, но, если захотите как-нибудь встретиться со мной после работы, буду рад взглянуть.

Эсме перевернула карточку. На обратной стороне был написан еще один телефон. Она недоуменно посмотрела доктору в лицо, и тот подмигнул.

Кай встал. Только сейчас заметив спортивного парня в темной одежде, доктор слегка запнулся. Кай смотрел на него с серьезным, сосредоточенным выражением, которое при первой встрече заставило Эсме вспомнить наемных убийц из фильмов.

– Извините, я вас не заметил, – пробормотал доктор.

– Что вы имели в виду, сказав «после работы»? – серьезно спросил Кай.

– Э-э… ничего особенного.

Доктор попятился к выходу, не спуская глаз с угрожающей фигуры в черном.

– Всего хорошего. Я пришлю кого-нибудь наложить повязку, – натянуто улыбнулся он и скрылся за дверью.

Проводив его хмурым взглядом, Кай взял забытый на столе бинт.

– Я сам наложу повязку. Я умею.

Он осторожно поднял ее ногу и стал аккуратно бинтовать. От прикосновения его теплых пальцев по ноге пробежали мурашки.

У Эсме перехватило дыхание, и Кай вопросительно посмотрел на нее.

– Не слишком туго?

Эсме промолчала, слишком погруженная в свои ощущения. Прикасаясь к опухшей ноге, Кай не вытирал ладони о брюки, а бережно держал в руках ее ступню, словно немыслимую драгоценность.

– Нет, не туго, – придя в себя, проговорила она.

Кай продолжил перевязку. Эсме сжала кулаки так сильно, что углы визитной карточки впились в ладонь. Ей вдруг захотелось потрогать его лицо, погладить мужественные линии лба и носа, ощутить под пальцами красиво очерченные губы, созданные для поцелуев…

– Вот и все, – сказал Кай и убрал руки.

Аккуратная тугая повязка была зафиксирована металлической скрепкой.

– Если онемеют пальцы, скажи, я немного ослаблю.

– Хорошо, спасибо, Ан Кай.

– Ну, пойдем?

Эсме кивнула и спустила ноги с кушетки, намереваясь встать, но он вновь подхватил ее на руки и понес к выходу.

– Я могу идти, – прошептала она.

– Лучше не надо. Мне не трудно.

Эсме смирилась. Ей было приятно. С тех пор как она вышла из детского возраста, ее ни разу не носили на руках. Она всю дорогу сжимала кулаки и не позволяла себе расслабиться, не в силах забыть, как он отвечал на ее прикосновения раньше. Боялась испортить волшебство. Или напугать Кая – еще уронит!

У окошка регистратуры Кай ненадолго поставил больную на пол, чтобы заплатить за прием. Эсме осталась в неведении, во сколько обошелся визит. Он протянул регистраторше кредитку, не дожидаясь, пока та покажет Эсме счет. Затем вынес девушку на улицу, усадил в машину и пристегнул ремнем. Эсме сонно рассматривала мелькающие за окном огни.

– А где ты нашла ступеньки? – неожиданно спросил Кай. – В мамином ресторане нет лестницы.

На нее накатила волна страха, на висках выступил холодный пот.

– Э-э… там, через дорогу.

Пожалуйста, пусть он больше не спрашивает.

– В вечерней школе?

Эсме вжалась в сиденье и провела пальцами по дверной ручке.

– У тебя очень красивая машина. Как она называется?

– «Порше 911 турбо эс».

– «Пор-ше», – задумчиво повторила она. – Красиво звучит.

– Наверное, – пожал плечами Кай.

Эсме расслабилась: кажется, удалось его отвлечь.

Не тут-то было – уже остановившись перед домом, он спросил:

– А что ты делала в школе?

Ее прошиб пот, волосы прилипли к шее. Если он узнает, ничего не выйдет.

– Ты что…

Не дав ему закончить вопрос, она открыла дверцу, выбралась из машины и похромала к дому.

– Лучше не напрягай ногу, я тебя отнесу!

Нога уже почти не болела, но Эсме все равно кивнула. Кай протянул ей ключи и подхватил на руки. Она отперла дверь, и он внес ее в дом. «Если наклонить голову, можно будет поцеловаться, – подумала Эсме. – Нет, это его испугает. Никаких поцелуев. Нельзя».

А ей так хотелось провести пальцами по небритой щеке, потрогать густые темные локоны… Она заставила себя сдержаться лишь усилием воли.

– Тебе нужно подстричься.

– Знаю, – поморщился Кай.

– Могу тебя подстричь, я умею. Я всегда стригла своих кузенов, – сказала Эсме и затаила дыхание.

«Не надо было предлагать, – тут же подумала она. – Наверное, в их кругу не принято стричься дома».

– Ты можешь меня подстричь?

– Запросто.

– Я – трудный клиент.

– Покажи картинку. Я сделаю точно так же.

Кай молча внес ее в комнату и усадил на диван.

– Подстрижешь меня завтра утром?

– С удовольствием, – радостно улыбнулась Эсме.

– Договорились.

– А какую стрижку ты хочешь? Можешь показать?

– Мне все равно. Лишь бы короче.

– Я могу выбирать сама?

– Конечно.

Он едва заметно улыбнулся, засунул руки в карманы и подошел к столу, на котором лежала фотография.

– Кто это?

– Мои мама и папа.

– Твой отец учился в Беркли? – Брови Кая поползли вверх.

– Думаю, да, хотя точно не знаю, – тяжело вздохнула она. – Я никогда его не видела.