"Фантастика 2023-198". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Далин Максим Андреевич - Страница 959

Наш отряд выстроился в две линии, по двадцать с небольшим человек в каждой. Произошло это настолько быстро, что лучники Кимура не успели даже выпустить стрелы. Впрочем, большинство из них смотрело наверх, пытаясь увернуться от падающих на головы камней.

Самурай тоже среагировал с небольшим запозданием. На полу ущелья уже лежали убитые, в муках корчились раненые, когда он указал катаной на пролом и проорал атаку. Под гулкие удары и треск разбивающихся булыжников сотня дико заорала и побежала на нас, а дальше произошло ожидаемое. «Чеснок» мы разложили широкой полосой и, забежав на нее, Кимура окончательно превратились в тупое стадо.

Деревянную обувь солдаты тут носят редко, а тонкая тростниковая подошва сандалий никакой особой защиты ноге не дает. Наступить на заостренный трехсантиметровый шип — штука не самая в жизни приятная, и воинствующие вопли тут же сменились криками боли. Пара десятков солдат противника завалились на землю, толпа смешалась, кто-то попытался бежать назад.

Понимая, что лучшего момента сложно будет дождаться, я указал копьем на завал, рявкнул «вперед!», и наш отряд, прикрываясь щитами от стрел, быстрым шагом двинулся на дезорганизованного противника.

Сверху продолжали валиться камни, находя все новых и новых жертв. Лучники устроили перестрелку с противником, над ущельем разносились крики раненых и умирающих, а меня накрыла адреналиновая волна. Такого на Земле не случалось… Я жаждал убивать, рвать этих тварей на части и даже немножко жалел, что примерно четверть из них уже отправилась к своим праотцам.

Двадцать метров мы прошли за десять секунд, и, когда отряды столкнулись, ущелье содрогнулось от грохота. Часть преодолевших заграждение Кимура умерли в первой же сшибке. Это все равно что стрелять из танка по вооруженным луками папуасам. Не сталкиваясь раньше ни с чем подобным, большая часть нападающих зачем-то пыталась прорубить щиты — и умирала, освобождая дорогу товарищам.

— Держать строй! — не прекращая орал я, но солдаты знали это и так.

Мы отрабатывали эту атаку всю последнюю неделю, и каждый понимал поставленную задачу. Да, наверное, это не легион, ведь быстро обучиться новой тактике невозможно, но преимущество в вооружении оказалось решающим.

Я колол и орал, строй качался, сбоку матерились солдаты, ноги скользили по мокрым от крови камням, пот заливал глаза, тяжесть доспеха давила на плечи, но плевать! Такого воодушевления со мной никогда раньше не случалось! Что это? Причуды нового тела? Юношеский задор, или что-то не так с моей головой? Не знаю, но убивать врагов копьем было гораздо приятнее, чем стрелять по ним же из автомата. Потом! Потом буду со всем этим разбираться, а сейчас…

Сбив щитом удар нагинаты, я атаковал очередного противника в незащищенное бедро и лицом к лицу оказался с командиром вражеского отряда. Пластинчатая броня и деревянные сандалии помогли этому уроду выжить, и большая удача, что улыбка судьбы отправила его на меня. Самурай был вооружен тати[83]. Заметив меня и презрительно оскалившись, он резким ударом меча перерубил древко направленного на него копья и, прикрытый справа солдатами, атаковал серией мощных ударов. Едва не расколов щит и, видимо, поняв бесполезность этих атак, командир Кимура попытался обойти меня справа, но это было последнее, что он успел. Римляне скрывали свои мечи за щитами, чтобы противник не мог определить направление возможной атаки, вот и сейчас… Бросив бесполезное уже копье, я выхватил гладиус и, резко шагнув самураю навстречу, атаковал. Все-таки Древний Рим — это сила! Самурай еще только размахивался своим тати, когда меч степняков вошел ему точно под подбородок. Удивленно вытаращив глаза, командир Кимура подох, и наш строй разразился победными криками.

Дальнейший ход сражения больше напоминал избиение. Ребята Микайо, уже особенно не скрываясь, прицельно кидали камни сверху в толпу. Из десяти выставленных на завале щитов уцелел лишь один, но последний лучник Кимура сбежал в глубь ущелья уже через час после начала сражения. «Чеснок» у нас особых проблем не вызывал, поскольку все солдаты были обуты в гэта[84] с дополнительными завязками вокруг ног, и, пользуясь этим преимуществом, мы без проблем теснили Кимура, спокойно передвигаясь по заградительной полосе.

Говорят, сражения в Средневековье порой длились по нескольку дней, но наш бой закончился часа за два с половиной. В какой-то момент мы с ребятами уперлись в завал и поняли, что воевать больше не с кем.

Адреналин вместе с кровью набатом стучал в висках, и мне стоило некоторых усилий остановиться и не лезть на завал, преследуя убегающих солдат неприятеля. Отдышавшись и скомандовав отбой, я оглядел поле боя и ужаснулся. Около сотни трупов в разных позах валялись тут и там в лужах крови, кишки на камнях и отрубленные конечности. Нет, меня не вывернуло, и никаких особых чувств я не испытал, но ужасало то, что все это произошло словно бы не со мной. Нет, я, конечно, попытаюсь понять и перестать ощущать происходящее представлением японского театра, но, с другой стороны — может быть, оно лучше именно так? Не пропускать все через себя, а просто наблюдать, словно ты зритель?

Вокруг радостно орали бойцы, часть солдат по приказу Икэды оперативно разошлись и сейчас добивали раненых Кимура. Зверство? Нет — лишь мера предосторожности. Это ведь не мы к ним пришли, а они к нам… Пришли грабить, убивать и насиловать… Пленные нам не нужны, а Женевской конвенции тут не случилось. Да даже если бы она и была, я бы все равно приказал всех добить.

— Таро-сан! Я бы никогда не поверил, если бы сам не участвовал в этом… — от размышлений меня оторвал потрясенный голос Икэды. — Полный разгром, при таком перевесе сил… Этот бой мы будем помнить всю жизнь!

— То ли еще будет, — усмехнулся я и убрал в ножны меч, который все еще держал в руке. — Лучше скажи, что у нас по потерям?

— Семеро убитых и одиннадцать раненых, но все в основном легко. Зелья мастера Кенджи за час поставят их на ноги, — полусотник кивнул на лежащий неподалеку труп и посмотрел на меня. — Убитых Кимура я пока не считал, но ушло не больше двадцати человек.

— Ясно, — кивнул я. — Тогда поступим так: телами убитых пусть занимаются парни Микайо. Остальные возвращаются в гарнизон и три часа отдыхают. Обработайте раны, поправьте экипировку, но не вздумайте есть. После отдыха выдвигаемся в сторону Нары — нужно помочь господину в битве с Кимура. В гарнизоне останутся те, кто не сможет идти, и солдаты Микайо.

— Вы думаете, они не вернутся? — задумчиво посмотрев в глубь ущелья, поинтересовался Икэда.

— Ну а ты бы после такого вернулся? — обведя взглядом трупы, пожал плечами я и, более ничего не говоря, отправился на территорию гарнизона.

Нет, не то чтобы мне больше всех надо, но если Кимура разобьют войско сюго, то потом без проблем передавят и нас. Одно дело — спланированный бой в узком ущелье, и совсем другое — в чистом поле стенка на стенку. Нет, так-то щиты дадут нам преимущество над копейщиками, но с отрядом конных самураев нам не совладать ни при каких обстоятельствах. Ну, разве что все они спешатся и решат попытать удачи в ближнем бою. В общем, куда ни плюнь — всюду засада, и единственный выход — это идти на соединение с основными силами Сато. Где произойдет основное сражение, мне прекрасно известно. Тут всего-то восемь километров через лес по дороге…

Глава 19

Из гарнизона выступили ближе к полудню. Небольшая задержка произошла из-за того, что часть коротких копий у нас сломалась в бою и мы оперативно обрезали под себя трофейные — длинные. Всего на соединение с Сато выступило тридцать четыре легионера и семеро лучников. Шли по дороге не торопясь, выслав вперед тройку разведчиков. Времени у нас хватало, ведь там, у Нары, вряд ли что-то начнется раньше обеда. Пока войска построятся, пока лучники постреляют друг в друга…