#В поисках янтарного счастья - Бартош Джейн - Страница 31

На военной заставе мы не выбирали жилье – папе выдавали квартиру на время службы из того, что было свободно. Прожив некоторое время вчетвером в однокомнатной квартире (других свободных вариантов не было), мы были рады узнать, что одна семья переезжает на другую заставу и освобождает двухкомнатную квартиру – точнее, половину одноэтажного дома с отдельным выходом на улицу. Невероятно! У нас с братом снова появится своя комната, в доме будет большая веранда и даже крыльцо. Я смогу делать уроки в тишине, а наш кот Тигрик сможет сам выходить гулять, когда ему захочется, – осталось только научить его выпрыгивать на улицу через форточку.

Прежние хозяева нашего нового дома оставили нам неухоженный двор и покосившийся сарай, сбитый из выцветших от времени досок, с крышей из шифера, и напротив сарая вольер – открытый сарай с сеткой-рабицей, где папа поселил наших собак – Ральфа и резвую собачонку по кличке Фокс, которую он взял для охоты. Папа всегда любил собак. И эта любовь была такой сильной и искренней, что порой казалось, будто собаки были папе ближе, чем мы. Как только с собакой что-то случалось (один пес убежал и заблудился, другой умер от старости), папа тотчас приобретал маленького щенка – уже другой породы, с другим характером и привычками, но неизменным оставалось одно: изо дня в день папа продолжал гулять с собакой, вычесывал ее, дрессировал, бросая ей палку и обучая основным командам. Собаки любили папу крепко, следовали по пятам, караулили с работы, жалобно скулили, когда он задерживался, и неистово радовались, когда видели подходившего к их жилищу отца.

Оглянувшись назад

Весь оставшийся день Аня предавалась воспоминаниям. Роза вернулась только ближе к вечеру, она ездила погулять в Светлогорск с подругой.

– Анечка, привет! Как вы отдохнули?

Вилла Карла Кюна в г. Светлогорске

– Просто прекрасно! – расплылась в улыбке Аня. Она была искренне счастлива сегодня. – А как вы провели время?

– Как всегда чудесно, милочка! – ответила Роза, доставая из льняной авоськи продукты. – Светлогорск всегда оставляет приятное послевкусие – то ли сосновый воздух так действует, то ли красота бывших немецких вилл настолько радует глаз, что я всегда возвращаюсь в истинном воодушевлении. Ты поужинаешь со мной? Я купила копченого балтийского угря на рынке, ты непременно должна его попробовать! Это наш местный деликатес, я бы даже сказала, кулинарная достопримечательность Калининградской области.

Аня рассмеялась и согласно кивнула:

– Ну раз достопримечательность, то я с радостью! Угря мне не доводилось пробовать. А какая еще рыба водится в Балтийском море?

– Ой, может, всех я и не упомню, но точно есть угорь, форель, лосось, треска, палтус, судак, камбала, плотва, калкан, корюшка, сарган, – перечислила Роза, нарезая угря. – Садись к столу.

Угорь оказался очень нежным, слегка сладковатым на вкус и очень жирным, не похожим ни на одну рыбу, которую Аня пробовала.

– Ну как тебе? – спросила Роза, подкладывая Ане еще кусочек.

– Очень вкусно, но, наверное, очень калорийно!

– Зато как полезно! Угорь – кладезь витаминов, белка и микроэлементов, – ответила Роза.

После ужина Аня отправилась прогуляться по деревушке. Телефон молчал, а ей так хотелось, чтобы Роберт написал ей. Она разрывалась между желанием отправить ему сообщение и необходимостью ограничить всякое общение с ним. Но разум заметно проигрывал чувствам. Выйдя на пригорок, откуда открывался вид на море, Аня напечатала:

Отправила – и тут же пожалела. Она присела на песчаный холм и, вглядываясь в экран, стала ждать уведомления о прочтении и его реакции.

Спустя двадцать минут, показавшихся бесконечными, ответа все еще не было. Она снова ощутила себя марионеткой, которой управляют страсти. Это ж надо было так промахнуться с человеком!

Вернувшись домой, Аня приняла душ, положив телефон на край ванной и периодически на него поглядывая, и легла спать совсем без настроения, расстроенная его молчанием.

В полночь телефон пропищал:

Аня проснулась и тут же схватила телефон, но, прочитав сообщение, даже не нашлась что ответить. И это все, на что он способен?

Утром позвонил Лука и предложил продолжить знакомство с немецкой довоенной архитектурой. Аня согласилась, с предвкушением ожидая поездки.

На этот раз Лука повез ее в сторону Багратионовска, в поселок Корнево, бывший немецкий городок Цинтен. Оказалось, что друг Луки выкупил старый немецкий дом, восстановил его и проживает там со своей семьей, занимаясь разведением кур и кроликов. До войны в Цинтене находился курорт «Лесной замок», была кирха, водяная мельница, водонапорная башня. Лука показал Ане и бывшую мельницу, и руины кирхи, которая сильно пострадала в военные годы, и заброшенную водонапорную башню. Все выглядело печально – никому не нужным. Больше смотреть в поселке было нечего, хотя Аню поразила брусчатка, выложенная еще до войны ровными рядами и до сих пор сохранившая свой первоначальный вид.

– А теперь заедем в гости к моему товарищу, хочу показать тебе их дом и хозяйство!

Они заехали на просторный двор и остановились у двухэтажного дома из красного кирпича с высокой черепичной крышей, еще немецкой. Видно было, что дом качественно отреставрирован и приведен в порядок, на уровне второго этажа виднелись элементы фахверка – это архитектурный стиль родом из Германии, когда каркас дома возводят из горизонтальных, вертикальных и наклонных деревянных балок, а пространство между ними заполняют кирпичом; в дешевом варианте в начале XX века заполняли щебнем или камышом, а сверху обмазывали глиной, оставляя балки снаружи дома. На дворе гуляли куры и слышалось их кудахтанье и нежный писк цыплят. В Анином детстве тоже был писк цыплят, поэтому она подошла поближе, чтобы полюбоваться ими.

– Аня, пойдем в дом! – окликнул ее Лука.

– Тут цыплята, они такие милые!

Лука лишь улыбнулся, и они прошли в дом. Друзья оказались очень гостеприимными, показали им дом до самого чердака и двор, рассказали, как купили заброшенный немецкий дом, и как выгребали мусор и битые стекла из комнат, и в каком запустении тут все находилось.

– У вас чудесный дом! – воскликнула Аня. – Вам удалось воссоздать атмосферу немецкого имения.

– Приезжайте еще, мы всегда рады гостям!

На обратном пути Аня вспомнила про птенцов, которые когда-то у них были.

Как-то раз мама решила заняться разведением домашней птицы и купила два десятка цыплят, чтобы подрастить их и поселить в том самом сарае напротив нашего нового дома.

Однажды я пришла из школы и, скидывая ботинки в коридоре, увидела на полу что-то новое: картонный ящик из-под телевизора, накрытый куском белой марли. Не успела я обрадоваться появлению в доме нового телевизора, как из кухни показалась мама с белой эмалированной миской в руках. Мама подошла к коробке, ухватилась за край марли и сложила ее пополам. Послышалось шуршание. Мама наклонила миску над коробкой и начала высыпать туда мелкие кусочки сваренного вкрутую яйца. И тут-то мое сердце радостно забилось – из коробки раздался тонюсенький писк!

– Цыплята! – с восторгом выкрикнула я и одним прыжком оказалась у коробки.

Внутри вплотную друг к другу ютились взъерошенные цыплята цвета только что распустившихся одуванчиков. Они клевали кусочки яиц, свалившиеся на шею или спинку их собратьев, толкались, пищали и переминались с лапы на лапу, отчего казалось, что кто-то царапает коробку. Мама объяснила, что сначала цыплятам нужно немного подрасти и окрепнуть, и они вполне могут пожить некоторое время в коробке – там им будет теплее и уютнее, чем в большом и холодном помещении сарая.