"Фантастика 2024-5". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ляпина Юлия Николаевна - Страница 766

— И так всегда, — как ни в чём не бывало сказал Морберт. — Стоит только заговорить о чём-то серьёзном, как всё съезжает куда-то в сторону коммерции. О, эти поклонники Золотого Тельца! Наверное, если бы Мардуху противостояли лесные куки, у них бы дело продвигалось лучше. По крайней мере, они не склонны смотреть на остальной мир сквозь призму собственной выгоды.

— Вы, господин Морберт, как я понимаю, тоже человек не бедный, — дипломатично заметил Иннот.

Морберт рассмеялся:

— Я богач, старина! Будем называть вещи своими именами — я не просто хорошо обеспечен, как большинство в этом зале, — я богат. И могу себе позволить говорить об охоте, в то время как другие обсуждают состояние своего кошелька. Но вернёмся к моему предложению: как вам нравится идея экспедиции на юг? По крайней мере, мы хоть что-то сделаем, вместо того чтобы заниматься переливанием из пустого в порожнее; возможно даже, узнаем нечто новое о Мардухе.

— Но… Здесь же довольно много колдунов. Почему вы предлагаете это именно мне? — спросил Хлюпик. — Я вообще первый раз сюда пришёл.

— Как раз поэтому. Стоит некоторое время походить на собрания «Резистанса», как это начинает затягивать. Этакий вечерний клуб с налётом таинственности, знаете ли. Но по сути всё это иллюзия, друг мой. Тут никто ничего не делает. Что же касается волшебства — я вас умоляю! Если бы хоть один из наших горе-магов был способен так обойтись с фонтаном, как вы, он бы тут же надулся и лопнул — от спеси.

— Но ведь в Бэбилоне есть сильные маги!

— Разумеется, есть! Несколько хороших специалистов в университете, кое-кто ещё… Но большинству из них всякие там игры в заговорщиков — до лампочки. Кстати, хотите совет? Если вам предложат вступить в ряды — вернее, когда предложат — соглашайтесь только на наблюдательное членство.

— Как это?

— Ну, здесь такая система: есть действительные члены и наблюдатели. Практически это одно и то же. Наблюдатели лишь не имеют права голоса в финансовых вопросах. Зато и взносы с них в пять раз меньше.

— Взносы? — поднял бровь Иннот.

— Ну да. Вступительный взнос — пятьдесят золотых монет для действительных членов и десять — для наблюдателей. Ну и членские взносы — два золотых ежемесячно.

— Десять золотых! — Иннот присвистнул.

— Знали бы вы, какие тут закатывают банкеты! — Морберт подмигнул. — Впрочем, я могу выступить вашим спонсором, если вы согласны на моё предложение. По рукам?

— Мы должны всё обдумать, — быстро сказал Иннот.

— Ну разумеется! Знаете что? Давайте встретимся у меня на вилле завтра вечером, часов в шесть. Заодно я покажу вам свою коллекцию. Идёт?

— Идёт.

— Отлично. Вот, держите, — Морберт сунул Инно-ту визитную карточку. — Вилла «Сафари», шесть вечера. А сейчас, прошу меня извинить…

И Морберт ужом выскользнул за дверь, словно его здесь и не было.

— Интересный господин, как ты считаешь, Хлю? — вполголоса спросил Иннот.

— Да, пожалуй. Скажи, ты склонен принять его предложение?

— Скорее, я тебя должен об этом спросить. Как я понял, ему прежде всего нужен маг.

— Вообще-то мне очень интересно, — сказал Хлюпик. — Но в то же время я его и побаиваюсь. Он какой-то… непростой.

— Как и все богачи, Хлю. Они играют краплёными картами и держат туза в каждом рукаве. Но тебе нечего опасаться: с твоей… с твоим талантом ты запросто оставишь мокрое место от кого угодно. После сегодняшнего у тебя в этих кругах будет довольно зловещая репутация, — ухмыльнулся Иннот.

— А ты составишь мне компанию?

— Завтра — да. Почему бы и нет? А вот экспедиция… Не знаю, если честно. У меня, похоже, кое-что намечается. Кстати, почему бы нам не последовать примеру нашего нового знакомца и не покинуть потихоньку сие место? Думаю, наш уход никто не заметит.

Действительно, вокруг председателя разгорелся жаркий спор. То и дело слышались возгласы относительно уровня осадков, частоты гроз и состояния городской стены — очевидно, слова, брошенные по поводу затопления Бэбилона, нашли отклик во многих умах. Кто-то уже предлагал соседу скинуться и приобрести на паях партию подержанных лодок, какой-то изобретатель пытался втолковать сумрачно внимавшему казначею преимущества плавучего дома «на специальных баллонах, вроде дирижабельных, понимаете, о чём я?».

У самых дверей их нагнал запыхавшийся хозяин.

— Господа, господа!

— Мы сожалеем, но у господина Хлю на сегодня ещё запланированы дела, — Иннот развел руками, словно сочувствуя господину Хлю, вынужденному покинуть столь приятное общество.

— О, не смею вас задерживать! Прошу прощения за сегодняшний сумбур. Это всё казначей. Очень, знаете ли, серьёзно относится к своим обязанностям, иногда даже слишком. Я, собственно, хотел лишь предупредить, что следующее заседание состоится через неделю, в пятницу. Этот Морберт хоть объяснил вам относительно правил членства?

— Не только объяснил, но и вызвался быть нашим, как это…

— Спонсором, — пришёл на помощь Иннот.

— О, ну в таком случае всё в порядке. Морри, знаете ли, иногда заносит, но в целом он отличный парень. Просто отличный. И ещё одно. — Тромбе стыдливо перешёл на шёпот: — Друзья мои! Вы ещё молоды, я понимаю, и не слишком-то обременяете себя светскими условностями; но… Я хотел бы попросить вас в следующий раз прийти в галстуках. Разумеется, разумеется, я понимаю: магу вашего уровня, — он отвесил Хлюпику лёгкий поклон, — не до таких мелочей. Но всё же, господа: война с Мардухом требует серьёзного отношения. Очень серьёзного.

— Хм! — Иннот нахмурился. — Может, нам вообще не стоило появляться здесь без фраков?

— Ну что вы, молодой человек! — Тромбе всплеснул руками. — Зачем сразу такие крайности! Но галстук, господа, это же помимо прочего ещё и стиль! Я бы посоветовал узкий однотонный или галстук бабочкой. Только, я вас умоляю, не в горошек! Это так несолидно…

Косой луч солнца скользил по чердаку. Вот он коснулся жёстких курчавых волос, переполз на лицо. Йоо потянулся, не открывая глаз, и вдруг замер. Что-то было не так. Запахи густыми волнами накатывали на него — целые сонмы запахов. Пыль, доски, ржавый металл кровли, потухший костёр и спящие воины — он чувствовал всё это так невероятно отчетливо, словно вдруг обрёл способность видеть носом. Он попытался открыть глаза. Это оказалось тяжело — веки слиплись, будто склеенные чем-то.

Мир выглядел так, как если бы все предметы за ночь покрасили одним и тем же желтовато-зеленовато-бурым цветом. Йоо попытался встать и обнаружил, что не может. Тело было слабым, как у младенца, и совсем не слушалось.

— Ты лучше и не пытайся, — сказала Перегнида. — Пока метаморфоза не завершилась, двигаться нормально ты не сможешь.

— Что ты с нами сделала?! — попытался выговорить Йоо.

Вместо этого губы его издали совершенно невозможные звуки: «Уау! Уао! Ня-я-яу! Ау!» Рот тоже ощущался каким-то не таким; но в чём тут дело, Йоо понять не мог. Ясно было одно — всё это проделки мерзкой старухи.

Перегнида сидела в солнечном луче. На ярком свету закутанная в лохмотья ведьма выглядела особенно отталкивающе. В зубах она держала длинную чёрную трубку с тонким чубуком.

— Переняла от соседей, — сказала Перегнида, выпустив колечко дыма. — Вредно, но здорово успокаивает.

Йоо тоскливо поглядел на своё копьё. Оно лежало совсем рядом, но в этом состоянии он не смог бы даже взять его в руки.

Неподалёку что-то заворочалось и загугнило невнятно. С той стороны, где ночевали молодые воины, послышались звуки, до жути напоминающие звериный вой.

— Отдыхайте, пока можно, — посоветовала ведьма. — После превращения я буду вас гонять как проклятых.

Она поднялась и вылезла сквозь чердачное окно на крышу.

Йоо попробовал извиваться всем телом — так его учили освобождаться от пут. Торс, казалось, обрёл немыслимый вес — даже самые яростные рывки лишь слегка раскачивали его из стороны в сторону, не двигая с места. «Копьё, копьё. Главное — дотянуться до копья», — думал Йоо. Это казалось сейчас самым важным. Ему, наконец, ценой невероятных усилий удалось перевернуться на живот, и теперь он мучительно пытался подтянуть непослушные ноги коленями к животу. Лицо упёрлось в пол. Зрение, став однотонным, странным образом обострилось, и теперь он видел в мельчайших деталях неструганую доску настила прямо перед собой, тонкие отставшие волоконца дерева и муравья, суетливо бегущего по ним. Рядом ворочался кто-то ещё. Внезапно он замычал: «Уо-о-о…» Йоо поднял взгляд и похолодел: на него слезящимися глазами пялилось жуткое создание. Нижняя челюсть его, вытянутая вперёд, была намного длиннее верхней, тоже страшно деформированной. Нос распух и почернел, кожа на кончике стала влажной и пупырчатой. Мысок волос начинался почти от самой переносицы. Но хуже всего было то, что в чертах чудовища всё ещё угадывался облик Хадзме. Йоо закричал от ужаса. Но вместо крика из глотки его вырвался лишь тихий вой. Справа послышались скребущие звуки. Эрей умудрился доползти каким-то образом до своего копья и теперь пытался взять его в руку. Но короткие пальцы никак не могли ухватить древко и лишь царапали по нему острыми кривыми когтями.